Василий Головачёв – Метастазы (страница 33)
– Услышат! – так же шёпотом возразил Голубев.
– Шприцы! – Шелест первым полез в потайной карман бронежилета, где лежал в керамическом контейнере размером с пенал «шприц» – модуль с разжижающим камень и металл составом.
– Куда льём? – спросил Банщиков, делая то же самое.
– Засов с той стороны, надо попасть по нему.
– А замок?
Повозились у плотно пригнанных друг к другу створок, пытаясь разглядеть запор с внешней стороны ворот.
– Кажется, здесь. – Лужин ткнул пальцем в тонкую щель на высоте метра над землёй.
– Осторожнее, надо попасть на две полоски слева и две справа.
Всунули тонкие носики «шприцов» в щели.
– Отойдите!
Шелест выдавил поршень своего пенала, а Банщиков своего. Зашипело! Выдавившиеся из них колбаски «суперрастворителя» начали расходиться пеной, разъедающей материал створок и металлические скобы и засов. Звякнуло: часть засова свалилась на плитки дороги перед воротами.
Замерли, взявшись за оружие, ждали минуту.
– Выходим!
Бойцы медленно распахнули тяжёлые створки ангара, выбрались наружу… и в этот момент в глаза всем ударил яркий свет прожекторов! А вслед за ним долетел усиленный мегафоном голос:
– Сдавайтесь, орки! Считаю до пяти!
По-видимому, тот, кто выкрикнул угрозу, не ожидал, что русские десантники, ослеплённые прожекторами, начнут сопротивляться, и просчитался. Уже через секунду последовала реакция: дружно ударили «стены» бойцов, затем к ним присоединился пулемёт в руках Кости Лапника, и прожектора погасли, пробитые пулями. Раздались крики раненых.
– Спина! – рявкнул Шелест.
Группа метнулась к воротам, исчезая в темноте, и ответный огонь украинских солдат запоздал.
– Не прорвёмся! – выдохнул Банщиков, ныряя за бульдозер. – Только на танке! Вызывай подмогу!
Шелест не ответил. Мысль вызвать подкрепление уже сверлила душу, но они находились не на линии фронта, а в тылу врага, и если здесь и есть российские разведчики, рисковать ими не стоило.
– Беречь патроны!
Огонь группы начал ослабевать.
Засадное же подразделение, наоборот, усилило стрельбу. Изрешеченные ворота с грохотом упали, и внутрь начали залетать не только пули, но и гранаты.
– В укрытия!
– Может, рванём назад? – предложил Голубев. – Они не станут ждать нас там.
– Тот ангар заминирован.
– Лучше захватить их БТР! – прогудел Лужин.
– А дальше чё будешь делать? До границы отсюда небось километров шестьдесят с гаком!
– Главное – убраться отсюда, там разберёмся.
– Костя! – позвал Шелест.
– За его спиной выросла мощная фигура водителя «Макпро».
– Попробуй завести бульдозер!
– Если только в баке есть соляра! – Сержант метнулся к громаде трактора.
Стрельба со стороны площади начала стихать. Загудели моторы невидимых машин.
– Бээмпешки подтягивают, бандерлоги! – зло бросил Банщиков.
– Парни, снимите пару прытких бандерлогов!
– Из этих пукалок только по воронам стрелять. – Старлей презрительно вскинул «стен». – Нам бы «бесшумку».
Он имел в виду снайперскую винтовку.
– Работай из того, что есть.
Лужин скользнул к воротам слева, Банщиков справа.
Через несколько секунд раздались короткие очереди. Издалека донёсся крик. На ворота обрушился град пуль. Но звук моторов БМП стал глуше, солдаты засады рисковать с наступлением не стали.
За спинами бойцов гулко затрещал пускач двигателя бульдозера. Ещё спустя несколько секунд двигатель завёлся.
– Готово, товарищ полковник! – почти неслышно заорал в его треске водитель.
– Всем следовать за траком! – крикнул Олег. – Костя, жми! Захватываем БМП и уходим!
Бульдозер двинулся к воротам, кашляя и чихая давно не работавшим движком, отбросил ножом какой-то ржавый бак.
За ним вплотную метнулись бойцы: Горелов и Банщиков слева, Лужин и Решетников в танковом шлеме, а также «инспекторы», справа.
Шелест запрыгнул в кабину.
– Поднимай нож!
Бульдозер поднял ржавое полотно отвала, в которое с металлическим грохотом начали врезаться пули.
Выехали на площадь перед ангаром.
– Прямо! – скомандовал Шелест, заметив пятившийся пятнистый броневик.
Лужин и Банщиков прыгнули вправо, маневрируя и стреляя по скоплению контейнеров.
Шелест медлил, решая, броситься за ними или нет, и в этот момент что-то произошло.
Сначала из-за шеренги лип раздался громкий странный звук, очень громкий – даже уши заложило! – но не взрыв. Точнее, он не походил на взрыв какого-то известного боеприпаса. А потом начала резко стихать стрельба украинских военных. Через какое-то время справа от ангара наступила тишина, а слева раздавались редкие хлопки из автоматических винтовок, которыми были вооружены вэсэушники, скорее всего, немецких «Хеклер и Кох». Но и они вскоре умолкли.
– Стой!
Костя рванул рычаг тормоза.
Бульдозер клюнул носом, остановился, двигатель заглох.
– Ноги в руки!
Оба выпрыгнули из кабины, перекатываясь кто влево, кто вправо.
– Командир! – донёсся голос Лужина. – Тут кто-то укропов мочит!
– Не высовываться!
Из-за контейнеров справа выбежал человек в дымчатом камуфляже, скрадывающем фигуру, крикнул:
– Не стреляйте, свои!
Лежавшие на бетонных плитах Голубев и Банщиков поднялись на ноги, держа незнакомца на прицеле.
Слева из-за кустов вышла ещё одна фигура в таком же спецкомбинезоне. По её походке Шелест определил, что это женщина.