Василиса Чмелева – Универсальный пассажир. Книга 3. Дитя эмоций (страница 8)

– Рой Хельвик, – с наигранной радостью произнес Дамир. – Мы заждались. – Архонт перевел взгляд на Морти, который, к удивлению, снова выглядел ребенком. – Я уж начал думать, что мой помощник не справился.

Флавус шумно выдохнул, поклонился и натянул капюшон. Затем молча удалился в дом. Очевидно, предпочитая держаться как можно дальше от нестабильного субъекта.

– Не самый удобный способ общения, – присвистнул Рой, указывая на зеркало. – И паренек у тебя чудной. Мрачный он какой-то.

– И не говори, – хохотнула Саяна.

– А ты у нас кто, красавица? – Рой расплылся в улыбке, обращаясь к незнакомке.

– Я та, кто за неосторожные слова превратит тебя в руины, – спокойно ответила Саяна, вскидывая руки. На её ладонях всё еще проступали темные линии, появившиеся после недавнего разговора с Дамиром.

– Сбавим градус, господа, – вмешался Архонт, поправляя ворот пальто и подключая всё свое тщательно отточенное обаяние. – Мы здесь все с общей целью. Саяна, давай будем доброжелательнее к новоприбывшему. А ты, Рой, будь добр – подбирай выражения и веди себя прилично.

Хельвик продолжал глупо улыбаться, и эфор недовольно скрестил руки на груди. Все последующие выходные Дамир пытался привить хоть какие-то манеры своей пока еще небольшой свите – учил, как правильно ходить, стоять, говорить в присутствии Архонта. Но выходило слабо. И главное – это совершенно не походило на то благоговение, к которому он привык в Высшем мире.

Там дисциплина была основой всего, культура – гордостью, а иерархия – законом. А теперь воронка, в которую провалился прежний порядок, навязывала моду на треники, дерзость и смешки в сторону классического искусства и воспитания.

Дамир с неохотой покосился на Роя с Саяной, которые вовсю флиртовали и подстрекали друг друга к дурачествам, как малолетние. Детский сад. За такую свиту другие эфоры высмеяли бы его в пыль.

– Перерыв, – сухо бросил Архонт и направился в сторону ручья, что протекал вдоль дачного участка. На ходу, не оборачиваясь, добавил: – Приберитесь за собой. И обсудите работу над ошибками.

Они, конечно, ничего подобного делать не станут. Но приказы должны звучать. Хотя бы ради формальности.

Единственное, что приносило эфору настоящее удовлетворение, – это яблоневый сад. Архонт чувствовал амальфин: он бурлил в соках стволов, обволакивал спелые плоды, как теплый парафин. Он вдыхал фруктовый аромат полной грудью и представлял, как однажды возродит лечебницу. Или, еще лучше, построит новую. Больше. Величественнее. Чтобы Высший мир вспомнил, кому обязан своим порядком.

Шагая мимо рядов яблонь, послушных и благодарных, в отличие от его новых учеников, Архонт вдруг уловил движение. На заднем участке, за забором, мелькнула тень. Едва заметный блик – что-то, или кто-то, явно не желал быть замеченным.

Он остановился. Несколько секунд вглядывался в то место, где только что была тень. Затем медленно направился к заднему забору, ступая почти бесшумно по перепаханной земле.

Яблони остались позади. Ветви слегка шелестели над головой, как будто подсказывали – будь осторожен. Архонт миновал край сада и вышел к ограде. Тишина. Ни звука, ни движения. Но он чувствовал: кто-то был здесь. И, возможно, еще оставался поблизости.

Дамир приложил ладонь к деревянной доске забора, чувствуя под пальцами легкую вибрацию. Как будто сама древесина пыталась выдать чужака.

– Кто здесь? – спросил он негромко, но голос прозвучал достаточно чётко, чтобы его услышали.

Ответа не последовало. Только легкий хруст ветки где-то левее, за пределами участка.

Архонт направился туда, не спеша, но сосредоточенно. Если кто-то пытался шпионить за ним – это была очень плохая идея.

Здесь забор был ниже, ветхий и давно нуждался в ремонте. Дамир ухватился за шатающееся ограждение, а затем с хищной грацией перемахнул через него.

С наступлением осени основная масса дачников всё реже наведывалась в свои угодья. Узкая тропинка, где едва могла проехать машина, была влажной после недавних дождей, а местами примятая трава уже пожелтела, заботливо укрывая старые следы шин. Архонт присел, внимательно вглядываясь в надломленную ветку – ту самую, хруст которой указал ему путь.

– Любопытно, – протянул Дамир.

В ту же секунду он затылком ощутил чужое присутствие. Резко обернувшись, эфор выхватил из кармана складной нож – нажал кнопку, и из рукояти с щелчком вылетело длинное, тонкое лезвие. Одним движением он повалил преследователя в грязь.

Мокрые комья брызнули в лицо Флавусу. Тот взвизгнул, и прямо под руками Архонта стал меняться – вытянулся, исчезли детские черты. На земле лежал молодой парень с распахнутыми от ужаса алыми глазами.

– Морти, – рыкнул Дамир, не ослабляя хватки. – От кого ты тут прячешься?

– А… Архонт… – испуганно выдавил гид. – Я просто… гулял.

– Тогда почему побежал? – прищурился эфор. – Я ведь не запрещал тебе ходить по участку, если у тебя нет задания.

– Знаю. Простите, Архонт. Я… хотел побыть один.

Дамир еще несколько секунд пристально смотрел ему в глаза, как будто взвешивал, стоит ли верить. Затем встал и молча протянул руку. Флавус с трудом поднялся, испачканный и мокрый.

– Я мог тебя прирезать, – сказал эфор спокойно, почти буднично. – Больше никогда не подкрадывайся ко мне.

– Да, Архонт. Конечно, – быстро закивал Морти и поспешил к забору.

– Стой, – резко окликнул его Дамир. Голос был острым, как удар.

 Морти застыл. Но не обернулся.

– Ты часто выходишь за пределы дачи Эстер?

– Когда есть настроение, Архонт, – последовал ответ.

– Никого странного здесь не видел? Других существ?

– Нет. Только я.

Дамир молча прошел мимо, легко перемахнул через ограду:

– Ладно. Пошли. Для тебя есть еще одно дело.

Морти сглотнул тяжелый, вязкий ком. Всё тело дрожало, подталкивая к бегству. Он чувствовал, как сердце колотится слишком быстро, слишком шумно. Но знал: стоит замешкаться – Архонт раскусит ложь.

Он выпрямился и пошел за ним, послушный, как должник перед казнью.

– Как прикажете, – ровно произнес он. – Что от меня требуется?

Когда Морти привел Хельвика к дачам, он знал, что на выходные его никто не побеспокоит. Всё внимание и власть Архонта были направлены на обучение Нулевых Субъектов – тех, кто демонстрировал полную неспособность усвоить базовые принципы.

От Саяны требовалось научиться контролировать свою силу, мягко манипулируя сознанием дождевых червей. Дамир хотел, чтобы Найда умела подчинять их волю, заставляя копошиться в земле синхронно, как слаженный механизм вспашки.

Хельвику же отводилась роль сдерживающего элемента. Архонт считал, что его агрессивная энергия способна подавлять эмоциональные всплески Найды, создавая необходимый баланс. В теории – черви должны были работать быстро и послушно.

На практике всё шло иначе. Саяна то и дело теряла плавность энергетических импульсов, Рой откровенно смеялся и подстрекал её к очередному срыву. Бедные подопытные вспыхивали с пугающей частотой, и Архонту не оставалось ничего, кроме как отправлять учеников откапывать новых.

Гид бродил возле курятника, где тетушка Эстер собирала яйца и вполголоса ворковала с курами, как с детьми. И именно тогда он заметил её.

На другом конце участка, неподвижная, как изваяние, стояла Номадум. Желтые глаза – яркие, как два маленьких солнца, – сверлили взглядом свою бывшую подопечную.

Морти огляделся, чтобы убедиться, что вокруг нет посторонних, и быстро приблизился к гиду.

– Эс-сстер выглядит такой уставшей, – грустно произнесла Номадум. – Что они с ней с-сделали?

– Ты её наставник? – осторожно спросил Морти, внимательно разглядывая гида.

На ней было выцветшее коричневое пальто, под которым мерцала змеиная чешуя. Все пальцы украшали массивные серебряные кольца с лунными камнями. Плотные кудри были заправлены под широкий тканевый ободок, обнажая заостренные черты лица.

Гид посмотрела на свои грубые кожаные ботинки, будто стыдилась ответа:

– Была. Когда я увидела, что Архонт прибыл с-ссюда, я испугалась и убежала.

– Тебя трудно за это осуждать, – хмыкнул Флавус. – Кто из нас может похвастаться, что не лелеял подобных мыслей?

– Я вернулас-ссь в лечебницу. Но не нашла там ничего, кроме разрушения и отчаяния, – прошипела Номадум.

– Ты голодна, – Морти кивнул на её похудевшие руки и тонкую шею. – Поэтому и пришла обратно. Свобода отнимает больше, чем Высший мир.

– Не с-ссуди по себе, Флавус-ссс, – раздраженно ответила гида. – Я хочу забрать Эстер. Мы уедем.

– Мы раньше не встречались. Как тебя зовут?

– Нимэя, – Номадум показала свой длинный змеиный язык. – Я с-сстарше тебя.

– Но не выглядишь мудрее, – фыркнул Морти. – Ты ведь понимаешь, что не сможешь забрать Эстер? Она нужна Архонту. Она – его садовник.

– Зачем ему с-сстолько амальфина? Что он задумал?

– Я не знаю всего, – честно признался Флавус. – Но, послушай, Нимэя, что-то готовится. Прольется много крови. Я уйти не могу. А ты – можешь. Уходи, пока тебя никто не увидел. И не возвращайся.

 Нимэя смерила Морти прищуром своих желтых глаз: