Варвара Еналь – Мы остаемся свободными (страница 93)
– Вы совершаете фатальную ошибку, – детским милым голоском сообщила Женя. – Вы уничтожаете собственный дом. Люди всегда склонны к разрушениям, это ошибка в ваших генах. Вы нуждаетесь в улучшении, вам необходима наша помощь.
– Замолчи, – хмыкнул Ник.
– Заткнись, – посоветовала Эмма.
– Я говорю вам правду. Так, как оно есть. Вы опасны сами для себя, даже для своей планеты вы опасны. Вы почти уничтожили собственную планету, уничтожили человеческую расу. Это вы придумали стерилизацию, не мы. Не мы придумали, как можно управлять массами людей, контролируя их рождаемость. Мы только дали вам технологии. Новейшие технологии, которые могли бы помочь вам выжить. Но вы принялись уничтожать себе подобных, а заодно и свою планету с помощью наших технологий. И потому нам пришлось все взять под контроль.
– Да что ты говоришь, – ехидно протянула Эмма и выругалась. Точно так же, как ругалась в подобных случаях Тайка.
– Я говорю правду. И вам надо знать, что вы сами захотели, чтобы лучшие представители Гильдии вошли в Сенат. Вы сами пригласили нас и дали нам полномочия. Это был ваш выбор, мы ничего не захватывали насильно. Мы не вели с вами войн. Но теперь, когда планета в наших руках, мы можем дать вам лучшее. Мы можем контролировать вас и вашу агрессию. Это является лучшим для людей. Вам нужен постоянный контроль. Вы сами для себя враги. Самый главный враг у вас внутри.
Эмма вдруг вспомнила слова Тайки о том, что вирус не на станции, вирус в детях.
Может, робот Женя и права? Может, люди действительно утратили право на свободу, на жизнь, на планету? Просто потому, что не смогли справиться с собственными вирусами жадности, злости, лени и глупости?
И Эмма растерялась. Опустила меч, посмотрела на свои ладони, оглянулась на разруху за спиной. Вон ее родичи, бывшие родители, рвут зубами тонкие и уникальные технологии. Рычат, пускают слюни. А совсем недавно они точно так же рвали собственных детей. Да и на Эмму не кидаются только потому, что признали за свою, иначе бы загрызли.
Вот оно, прошлое человечества. Все завоевать, все разрушить, все поломать и испортить. А будущее? Какое у детей станции будущее? Не стоит себя обманывать, наверняка половина из них станет фриками. И тогда выходит, что робот Женя совершенно права?
– Я говорю вам правду, – сказала Женя и моргнула, взмахнув длинными ресничками.
И в этот момент появилось дерево. Его ветви прозмеились рядом с ногами Эммы – серо-коричневые стволы с гладкой корой и появляющимися на глазах завитками, усиками и листочками. Стеблей было несколько, они тянулись по раздвинутым стеклянным дверям, по полу, по стенам, их движение было настолько быстрым и странным, что Эмма в который уже раз ощутила восторг и изумление.
Такого ей не доводилось видеть, это казалось чем-то вроде чуда, невероятного и сказочного.
– Не всякая правда является истиной, – на чистейшем всеобщем языке произнес кто-то за спиной. Голос, хриплый и низкий, показался настолько непривычным, что Эмма оглянулась.
У входа в капитанскую рубку стоял смуглый черноволосый мужчина, чьи глаза поразительно напоминали Ника и Жака. Он презрительно щурился, и от его сведенных к переносице черных бровей так и несло еле сдерживаемой яростью.
– Это Люк, – сообщил Ник, – старший брат.
Женя, увидев древесные стебли, мгновенно подняла руку с лазерным пистолетом, и воздух содрогнулся от выстрелов. Инесса попыталась сделать то же, но проворные стебли облепили ее ладони, заползли на плечи, шею и запустили тонкие усики в уши.
Женя умела целиться, ее программы срабатывали безошибочно. Первыми же двумя выстрелами она перерубила один из стеблей, и розовые листочки с белыми цветочками свернулись и усохли на глазах, а погибшая ветка стала серой и безжизненной. Но больше ничего Женя сделать не успела – остальные ветви проворно облепили и ее.
Братья не вмешивались в короткую битву, видимо, они были уверены в силах удивительного дерева. Они просто стояли и смотрели, и Эмма стояла рядом с ними.
Инесса замерла, вздрогнула, лицо ее сморщилось, глаза закрылись, и она обмякла. То же самое произошло и с Женей, и оба робота стали удивительно похожи на поломанных кукол. Больших и нарядных кукол, которыми больше уже нельзя будет играть.
А стебли устремились к мониторам, приникли к белой стене главного сервера станции, нежно обвили ее проворными усиками, пролезли внутрь крошечных отверстий – и главный интеллект станции остановился. Одновременно погасли все экраны, мигнул свет в капитанской рубке, и запахло приятно и терпко. Дерево победоносно распускало маленькие беленькие цветочки.
– Все, – решительно сказал старший брат. – У нас не больше двух часов на эвакуацию. Два часа гиганты смогут поддерживать климат и температуру, а дальше станция прекратит свое существование. Детей уже вывозят через нижние ангары.
– Я хочу увидеть цех, – заявила вдруг Эмма и посмотрела на Ника. Все-таки он, можно сказать, теперь ее боевой товарищ, они вместе воевали против роботов. Он должен ей помочь.
– Пошли, – на удивление спокойно согласился Ник и двинулся вперед по коридору.
Жак зашагал следом, и старший брат не стал возражать, лишь посоветовал не задерживаться.
Она хотела увидеть цех, чтобы понять, ради чего роботы прилагали столько усилий. Чтобы сражаться с ними, надо разобраться, как они мыслят, что они делают и зачем. Поэтому Эмма даже не сомневалась в правильности своего решения.
Глава 9
Таис. Все находится в нас
Проснулась Таис от яркого солнечного света. Лучи били прямо в глаза, заставляя жмуриться и отворачиваться. Совсем рядом сверкал радостными отблесками крошечный заливчик, уходящий под неприступную скалу, и белый солнечный диск, заглядывающий за изрезанную скальную кромку, отражался в нем множеством слепящих бликов.
Океан тут походил на маленького тихого зверька, который свернулся клубочком и ворчал тихо и лениво. Скалы огибали заливчик с одной стороны неприступным высоким полукольцом, превращая его в природный бассейн, скрытый в угрюмом гроте.
С другой стороны бассейна скалистый кряж становился пологим, мягким, и на его склонах росли деревья, кусты и травы. Каменистые вершины упирались в облака. Скалы прятали уютное местечко, укрывали его собой, делая незаметным и спокойным.
Здесь было раздолье для всяких жуков – Таис сразу же увидела несколько мелких букашек, ползущих по стеблям трав, и уставилась на них, щурясь от назойливых солнечных лучей.
– Ничего себе, – проговорила она.
Федор возился с костром. Он оглянулся, улыбнулся и спросил:
– Хорошо тут, правда?
– Они двигаются, представляешь? Такие мелкие, фу. А если заползут на меня?
– Стряхни – и все, – раздался за спиной голос Григория.
Таис подскочила и оглянулась. Григорий ломал длинные сучья и складывал их в кучу. Сучья трещали, рассыпая сухую кору и пыль, и пахло чем-то терпким и непривычным.
– Когда-то весь остров был таким, зеленым и с насекомыми, – сказал Григорий и резко хрустнул очередной веткой, – а после роботы превратили его в Свалку.
Таис поднялась, вышла из небольшой пещерки, в которой они ночевали, и оказалась у самой воды. Свод пещеры надежным козырьком укрывал под собой беглецов, поэтому ночью летающий дрон их не обнаружил.
В этих местах все было маленьким, кроме самих скал. И деревья, и кусты, и тропинки, и заливчик. И даже ручей, сбегавший в воду с каменного уступа, был тоненьким и робким. Таис вдруг подумала, что, видимо, это сама природа спряталась в каменистое укрытие от роботов и пытается выжить. И теперь вот предоставила надежное убежище и людям…
Вар успел наловить рыбы, и теперь Надя чистила ее под струей ручья. Орудовала ножом ловко и быстро, и блестящие чешуйки разлетались во все стороны, точно радостные светящиеся точки.
– Помочь? – осторожно спросила у нее Таис.
– Управлюсь. На завтрак только рыба. Есть еще мука, ее захватил Вар, но совсем немного. Сделаю к обеду оладьи. Надо бы пойти и поискать в здешних местах каких-нибудь съедобных ягод или фруктов, иначе нам придется туго с едой.
Таис поежилась. Мысли о голоде были неприятны. Когда-то ей уже довелось воевать за каждый кусок хлеба, за каждую пачку чипсов.
– Может, стоит сделать вылазку в поселение?
– Нас там сдадут роботам ваши же люди, – заметил невесть откуда появившийся Вар. Запыленный и лохматый, он задорно растягивал губы в улыбке и проворно прыгал по камням. – Наверняка теперь у них в чипах есть задание распознавать сбежавших людей и докладывать о них. Или даже задерживать. Нам теперь хода в поселения нет.
– Тогда нам крышка без еды, – невесело подвела итог Таис.
– Никаких крышек! – Надя подняла серые глаза, и при ясном солнечном свете стало видно, что радужка у нее отливает желтым, делая взгляд мягким и добрым. – У нас есть океан, он не даст нам умереть с голода. Рыба тут разная бывает, вот и будем ею питаться. Муки на лепешки хватит на несколько дней. По паре лепешек на обед – вот и будет нам разнообразие. А если найдем фруктов или орехов, то вообще отлично. Вот сейчас поедим и отправимся на поиски, время у нас для этого есть.
– Да уж, мы тут застряли. Времени теперь – сколько хочешь.
Таис оглядела свою раненую руку, которая теперь не болела так сильно, но двигать ею все равно было неприятно, стянула куртку, штаны и в одних трусах и майке вошла в воду. Хоть окунуться, что ли…