бездушною я увлечен.
«Горячее чувство волнует меня —
бесчувствием я огорчен».
Не знал я покоя всю ночь напролет.
Скрывается месяц с небес,
Разносится звон колокольный,
Петух на рассвете поет.
Они возвещают, что скоро отсюда
моя дорогая уйдет.
Обряд поминания
кончился вместе с зарею.
С двора монастырского
люди уходят толпою.
Спокойно они разошлись по домам,
А я суетился,
не знал до рассвета покоя.
Все уходят.
Хop (поет).
Заключение на мотив «Стрекочет кузнечик».
Ты затмила луну,
пристыдила цветы красотою своей,
И едва, как косой,
не скосила ты всех – стариков и детей.
В ЭТОЙ ЧАСТИ ГОВОРИТСЯ:
Как мать Ин-ин
пустила дочку погулять,
Как Цуй Ин-ин
куренья жгла порой ночною.
ПОЛНОЕ НАЗВАНИЕ ЭТОЙ ЧАСТИ:
Как шла Хун-нян
узнать о сроке поминанья,
Как Чжан Цзюнь-жуй
в монастыре не знал покоя.
Часть вторая
Как Цуй Ин-ин внимала ночью звукам циня
Действие первое
Сунь Фэй-ху (входит, представляется зрителям). Моя фамилия Сунь, имя – Бяо, второе имя – Фэй-ху. Ныне, когда на престоле Дэ-цзун, государь династии Тан, в Поднебесной нет порядка. Из-за того, что главный полководец Дин Вэнь-я не умеет управлять армией, я отделился от него и во главе пятитысячного войска овладел Хэцяо. Сегодня я узнал, что у Ин-ин, дочери покойного первого министра Цуй Цзюэ, черные сходящиеся брови, а с лица веет весенней свежестью, словно от лотоса. Ее облик – как у тех, которые «разрушают города и рушат царства»; лицо у нее – как у Си-цзы и Тай Чжэнь. Люди видели ее в округе Хэчжун, в монастыре Пуцзюсы. И вот у меня в сердце родилась мысль: сейчас, когда столько воюют, да еще главный полководец никуда не годится, какой мне толк одному оставаться бескорыстным? Высшие и низшие во всем моем войске! Слушайте мой приказ! Всем людям взять в рот палочки, взнуздать коней и немедленно вступить в Хэчжун! Если я заполучу в жены барышню Ин-ин, исполнится желание всей моей жизни.
Настоятель Фа-бэнь (входит в смятении). Сунь Фэй-ху и с ним пять тысяч разбойников внезапно окружили монастырь, бьют в гонги и барабаны, машут знаменами и кричат, желая получить барышню Ин-ин в жены Сунь Фэй-ху. Здесь нельзя допустить ошибку, и я спешу уведомить старую госпожу. (Уходит.)
Старая госпожа (входит в смятении, говорит). Что теперь делать? Мы вместе с настоятелем пойдем в покои дочери и там посоветуемся. (Уходит.)
Ин-ин (входит вместе с Хун-нян, говорит). С тех пор как я увидела господина Чжана, душа моя рвется ему навстречу, мысли безрадостны, я почти не притрагиваюсь к еде и питью. Сердце мое болит в разлуке, а тут еще конец весны, и я совсем лишилась покоя!
В дивных, исполненных чувства стихах, —
нежность к луне полуночной;
Тихо опавших безмолвных цветов
ропот на ветер восточный.
(Поет.)
На мотив «Песня о Ганьчжоу».
Я все больше худею, объята тоской,
Я таю свои раны, страдаю душой —
Как мне сладить теперь с уходящей весной?
И одежда моя мне теперь широка —
Как же долго еще по ночам
убивать меня будет тоска?
Ветерок, расстелив благовонный дымок,
занавеской играет моей,
Дождь шумит, ударяя по груши цветам
в глубине, у закрытых дверей.
Я безмолвно стою,
опершись о резные перила,
И смотрю все туда, куда скрылся мой милый.
На мотив «Дракон, мутящий воду».
Рдеет покров облетевших цветов,
«Вихрем взметает, тоску нагоняя,
ветер стада лепестков».
Возле пруда сон рассеялся мой,
Я у ограды прощаюсь с весной.
Бабочек легкой пыльцою покрытые, 
