Вальтер Аваков – Книга о торгах. История и практика проведения публичных торгов. Книга 2. Торги по кофе (страница 22)
В XVII веке появился еще один важнейший экономические фактор, который кардинально перевернул все финансовые и платежные отношения как в Европе, так и в остальном мире. Испания, мало того, что неправомерно (как считали остальные европейские монархи) владела половиной «другого мира», т. е. Нового Света, и обогащалась «на ровном месте», грабя и уничтожая местных индейцев, так еще Испания получила второй и тоже незаслуженный (как считали те же европейские монархи) подарок от Бога – открытие в 1545 г. в Боливии крупнейшего в мире оловянно-серебряного месторождения в горе Серро-Рико-де-Потоси (Cerro Riсо de Potosi) сделало Испанию на следующие 200 лет богатейшей страной Европы, чьи «серебряные галеоны» (корабли, набитые серебром, добытым в Латинской Америке) вызывали нескрываемую зависть и открытую злобу всех без исключения монархов Европы. А открытие в XVII веке огромных залежей серебра в Перу и Мексике привело Европу, а потом и весь остальной мир к новой мировой денежной системе, а точнее, как на скоростном экспрессе привезло европейцев к внушающей страх безудержной инфляции, которая возникла из-за того, что было выпущено слишком много серебряных монет. Самой распространенной валютой в Европе и во всем остальном мире, куда смогли доплыть европейские мореходы, стала испанская монета в 8 реалов.
Испанцы чеканили огромное количество серебряных монет, «как не в себя»! Их общее количество неизвестно, но, например, документально подтверждено, что в течение десяти лет между 1766 и 1776 годами в одной только Мексике было произведено более 200.000.000 (!) монет, каждая из которых весила чуть меньше унции. Еще раз и прописью – ДВЕСТИ МИЛЛИОНОВ МОНЕТ. Чудовищная сумма! Это всё равно, как сегодня напечатать 5 триллионов долларов США (и мы все знаем кто и где их печатает! И к чему это приводит мировую финансовую систему). С XVI по XIX век «испанский доллар», так любимый в Мексике, являлся де-факто универсальной мировой валютой. Неважно, в чьих руках был «испанский доллар» – влиятельной торговой компании, морского пирата или простого местного торговца. Им можно было расплатиться за мускатный орех на островах Банда, за ситец в Гуджарате, за шелк в Маниле или Мексике, за кофе в Йемене и за корицу на Шри-Ланке. Серебряные испанские монеты имели тенденцию исчезать и снова появляться. Например, в Индии в конце XVII века, где серебро было очень популярно, испанские монеты переплавляли в рупии или ювелирные украшения. А в США, наоборот, «испанский доллар» был… (барабанная дробь!) государственной денежной единицей вплоть до… 1857 года! Сюрприз! Так что в XVII веке в Йемен на закупку кофе представители всех без исключения европейских компаний везли не английские фунты, французские луидоры, голландские гульдены или итальянские флорины, а только серебряные испанские реалы!
После 1700 г. методы совершенно изменились. Новые товары: кофе, сахар, чай и хлопок, малоизвестные раньше в Западной Европе, заняли доминирующее положение в мировой торговле. А производство этих товаров можно было перенести на другой континент! Перевозка нескольких тонн пряностей, шелка или благовоний в порты Антверпена, Лондона, Лиссабона, Амстердама или Венеции больше не приносила огромных прибылей. Теперь компаниям приходилось стимулировать спрос на продукты широкого потребления, потому что с учетом огромного количества испанских серебряных реалов в Европе бушевала никем неконтролируемая инфляция (печатный станок Мадрида работал также безудержно, как сегодня работает печатная машинка ФРС США). И при этом цены на товары, за которые расплачивались серебром, падали!
График импорта товаров в Европу иллюстрирует хронологическое изменение прибыльности импорта товаров Голландской Ост-Индской компании в Амстердам, на нем ясно видно преобладание новых колониальных товаров в XVII–XVIII веках. (
То, что англичане сумели добиться превосходства в торговле кофе (а позже и чаем), еще не определяло результатов европейской конкуренции. Конечно, эти товары происходили из Йемена и Китая – стран, в которых голландцы и французы развили деятельность задолго до англичан. Но англичане смогли своими политическими, военными и экономическими действиями выдавить французов и голландцев с рынков колониальных товаров, которые англичане смогли захватить. При этом англичане не стремились к коммерческой «всеядности», т. е. в обладании или контроле над потоками всех колониальных товаров. Это всеобщее и глубокое заблуждение. Например, англичане вообще не полезли на рынок производства и торговли сахаром. Этот рынок они оставили французам и голландцам, чтобы те своей конкуренцией ослабляли друг друга и снижали цены на сахар. После того, как Голландия начала сама выращивать кофе в своих колониях, англичане квалифицированно переключились на новый напиток – чай, и не пытались в своих колониях выращивать кофе. Об этом мы подробно расскажем в третьей книге нашей серии – «Чайные аукционы».
Но хуже всего для коммерческих соперников Англии было то, что появились новые товары, которые выращивались во многих местах. И спрос на них был повсюду. Именно таким товаром стал хлопок, который англичане успешно подмяли под себя (насколько это было возможно). Но это уже совсем другая история.
Понятно, что конкуренция между крупными компаниями, за которыми стояли европейские монархи, никогда не утихала, переходя от военных действий в политическую плоскость или трансформируясь из экономической в общественно-публицистическую плоскость. И это отражалось в каких-то мало кому понятных (из непосвященных) общественных дискуссиях, которые разворачивались на страницах европейской прессы. Например, в середине XIX века развернулась острая дискуссия среди европейских «экспертов», связанная с новыми технологиями кораблестроения, когда парусники начали заменять на железные корабли с двигателями на угольном ходу. Много тогда было «сломано копий» на тему о том, что перевозка пищевых грузов, таких как чай, кофе, сахар и т. д. плохо, если не пагубно влияет на качество перевозимого товара.
Постепенно растущая эффективность паровых двигателей поборола доблестные, но уже арьергардные атаки парусов. К 1855 году пароходы взяли на себя более трети английской торговли с западным Средиземноморьем и почти всю торговлю с Северной Европой, а к 1865-му году при помощи пара грузы уже перевозились и в египетскую Александрию. В 1865 г. пароход «Халли» прибыл с грузом кофе из Рио-де-Жанейро в Нью-Йорк, окончательно разрушив и похоронив миф о том, что лишь деревянные суда могут сохранить вкус кофейных зерен. И дальше стальные пароходы уже стали преобладать в водах восточного побережья Северной и Южной Америк.
К началу XX века на место Английской и Голландской Ост-Индских компаний пришли еще более мощные транснациональные корпорации, которые сейчас действуют во всех отраслях производства и сферах экономики. Сегодня эти организации, обеспечившие западное и, в особенности, американское экономическое превосходство, часто вызывают враждебность и негодование в остальном мире. Но начиналось всё именно в XVII веке!
Завоевание мира
США – мировой лидер среди кофеманов
Со сменой в XVIII веке в Англии кофейных приоритетов на чайные, американские 13 колоний будущих США тоже поначалу ориентировались на лондонские тренды – кофейни закрывались, а на их месте возникали чайные дома. Как же тогда получилось, что современные американцы пьют кофе гораздо чаще чем чай? Причина в налогах на чай. Американские колонии снабжала английская Ост-Индская компания, но английский король Георг III отчаянно нуждался в деньгах, впрочем, как и любой монарх вообще. Английский король ввел высокие налоги на множество товаров. Реакция парламента была незамедлительной – парламент отменил все пошлины, кроме налога на чай. Американцы начали жесткий бойкота английского чая и венцом этой истории стала знаменитое «Бостонское чаепитие», когда переодетые в костюмы индейцев американцы прорвались на корабль британской компании и выбросили за борт весь чай. С этого момента отказ от чая для американцев стал приравниваться к публичному акту патриотизма. Один из отцов-основателей, 2-й Президент США Джон Адамс писал, что чай должен быть отвергнут повсеместно. И чем скорее, тем лучше. Но что-то же пить вместо чая надо! И среднее потребление кофе в американских колониях за 27 лет вырастает более чем 7 раз. К этому времени кофе был знаком американским колонистам уже более века.
В Новый Свет кофе был завезен в 1607 г. капитаном Джоном Смитом, основателем города Джеймстаун в штате Вирджиния, в котором, предположительно, поселились люди, хорошо знакомые с кофе. Сам Джон Смит до своего плавания в Северную Америку долгое время путешествовал по Турции. Во всяком случае, известно, что в списках грузов корабля упоминаются деревянная ступка и пестик для приготовления кофейного порошка. Во второй половине XVII в. поселенцы Северной Америки уже пили кофе с добавлением сахара, меда и корицы.