Валерия Василевская – Л+Б. В капкане Мурзлингера (страница 10)
Победят! Не зря они с Борькой пробирались ночами на кафедру по изучению мозга, куда школьникам вход запрещен, не зря изучали страницы индивидуальных кодов. В страшный год, когда звездолет с Арсеньевыми-Булановыми пропал с мониторов Центра контроля космических рейсов, поклялись найти пап и мам. В пучинах черного Космоса, всегда выручать друг друга, поддерживать связь друг с другом.
Пальцы сами тянут ребро спасительного экрана… Но нельзя, нельзя открывать!
Не может быть, чтоб мозгютер попал в пещеру случайно. Его подложил Пикарид. Нарочно. Чтобы девчонка позвала на помощь своих. Чтоб подвела своих. Если коды нейронов Бори зафиксирует память мозгютера, Пикарид сможет сам отправлять «Лизины» сообщения. Наврет с три короба, каверзно заманит, куда захочет.
Их ждут, готовят ловушку. А она – червячок на крючке. Приманка, ради которой Борис рванет сломя голову, мама с папой пойдут на риск.
Лизавета нежно погладила умнейшую вещь с Земли… Размахнулась, с силой ударила пластик о гранитную стену! Второй раз! Третий! Четвертый! Никакого эффекта – ни трещинки, ни сигнала тревоги. Еще бы! В экспедициях космопроходцы падают с высоты, тонут в море, мерзнут во льдах. Но Алике все нипочем, машет лапкой, спасает жизни.
– Прекращай! Доказала – не дура.
Черные пальцы в трещинах, словно хитин насекомого, сжимают в тиски, выворачивают тонкую руку девочки. Лиза ахает, из ладошки выскальзывает мозгютер. Гадостная ухмылка в окружении бороды склоняется над девчонкой, будто плюет в лицо:
– А ты не айтишник. Вспомнила, что прибор качает инфу в свернутом состоянии, да не знаешь, как защищаться.
Не знает. Контакт с мозготроникой – это работа Бори. Неужели она подвела? Позволила кодам Бори перепрыгнуть в память Алики? Зачем взяла в руки кубик?
Лиза смотрит на черные стены, куда не доходит свет лениво коптящего факела. Теперь ясно, там камера слежки. Надо было сразу понять: это подлая провокация, Пикарид за ней наблюдал. С какой целью? Зачем крылатому, похожему на неграмотного разбойника средневековья, специалист мозгютерщик? Какими путями к жителю неизвестной планеты попала земная умная техника?
Охота на молоко
Солнце плавно клонилось к закату, но жара стояла страшенная. Ленивые инги, прельщенные звучными песнопениями, льющимися с небес и вдруг некстати оборванными, в досаде залезли в озеро. Но купаться совсем не любили, намочили спины и гривы и уселись на бережок. Мохнатые, гороподобные полулюди-полуживотные. В самом деле, они разговаривали и гортанно, грозно смеялись, тыча пальцами в сторону острова.
Да, теперь Борис рассмотрел: у могучих «быков» с львиной гривой были пальцы, бороды, «лица», если принять за лицо отвратную морду с широким коровьим носом и большущим, от уха до уха, всепожирающим ртом. А рога – востренные пики толщиной с подросшее деревце. Ими крепости можно крушить. Пирамиды из мурзов – точно.
– Их доить? А стоит ли связываться?
Разумеется, парень не струсил – сто метров водной преграды надежно спасали урзов от внезапного нападения. Но будущим звездолетчикам внушали с первого класса: «Презирайте бессмысленный риск. Человек – вот самое главное, самое дорогое, что будет с вами в Космосе. Не играйте своею жизнью, не рискуйте жизнью товарищей. Исключение – отважный поступок во имя спасения друга или мыслящего существа на открытых вами планетах».
– Очень стоит, – заверил Чек. – Без целебного молока островитяне слабеют, болеют и умирают раньше сроков.
– А сроки – когда? – осведомился Боря. С видом будто бы равнодушным. Но пацан уже осознал, как важно на уникальном, не очевидном Мурзлингере досконально во всем разобраться.
– Урз обязан погибнуть в бою, защищая младое племя, – наставительно молвил шеф-повар.
Парень в принципе согласился – защита, это по-нашему. Но разве позволит грозный скалоподобный инг тощенькому урзенку дергать его за вымя?
– А на что смекалка дана? Ты умеешь подманивать песней, вот и будешь в нашей компании. Бери чан, разводи кособрод.
И пришлось пацану вливаться в компанию поварят. Тащить высокие чаны в две лодки, что ждали у берега, засыпать помятые ягоды, заливать озерной водой. Компоты не вскипятили за отсутствием огонька. Но чтобы усилить вкус, выловили из озера небольшие скользкие шарики со странным названием ню-ню. По три кругляша в каждый бак. В завершении процедуры, Чек важно встал над посудой, нашептывал заклинания. Борька хмыкнул. Но не аппетитный сомнительный кособрод вдруг вспыхнул живыми огнями, забулькал, заблагоухал. Пацан потянулся к ковшу.
– Не пей! – со всех сторон закричали смешливые урзы. – Вмиг свалишься!
«Стану козленочком?»
Поварята попрыгали в лодки, заработали легкими веслами и вмиг оказались на дальнем, заросшем травой берегу. Не там, где драчливые жвачные сушили гривы на солнышке, а в сторонке, на безопасном, почтительном расстоянии. Выставили бачки с сияющим кособродом, и обратно, бегом – юрк в лодки. Схоронились в прибрежных кустах, рты закрыли, сидят поджидают.
– Вы что, отравляете ингов?! – внезапно понял Борис. Вскочил, закричал в возмущении: – Это злостное преступление!
– Молчи! – рассерженный Чек дернул парня вниз за рубаху. – Если б эти разбойники плавали, разнесли бы наш остров по камушкам! Просто так, ни с того ни с сего, ради гнусного куража! Я тоже мог бы направить в луга беспощадную смерть, но я посылаю сон! Сейчас напьются и свалятся, будут дрыхнуть как заколдованные. Да не все, смотри в оба глаза. Шутники кособрода не пьют, а лишь притворяются спящими. Если руку порвут, – Чек кивнул на свои короткие щупальца, – благополучно отделаешься, бывало гораздо хуже. Единственное спасение – прыгать в воду, да прыткий ню-ню. Так что, вьюнош, не горлопань, а кору белесую стряхивай. Неуклюжий ты в жесткой шуршалке, непроворный.
«Но оригинальный. Так скорей узнают свои», – чуть было не ляпнул Борька. А вслух произнес:
– Я вступаю в битву в всеоружии!
И нож достал. С кровью бога. Чек поморщился и отвернулся.
Между тем бородатые инги уловили приятный запах, приманчивый, соблазнительный. Поднялись, неспешной походкой двинулись к угощению.
– Как их отличать?
– Зачем? – отозвался мальчишка рядом.
– Где корова, а где бычок? Кого доить?
– Всех дои. Не забудь, смотри в оба глаза!
Тем временем, жуткое стадо уселось у глиняных чанов и вполне культурно, ковшами, принялось выхлебывать пойло. Неторопом. Посылая нехорошие замечания в сторону замаскированных.
– Они про нас знают?
– Еще бы! – хихикнули пацаны. – Мы их каждый день угощаем, а они каждый день кочевряжатся. Обзывают урзов букашками, а сами за кособрод позволяют за вымя дергать.
«Алкоголики!» Борька сплюнул и с презрением посмотрел на рогатые горы мускулов. Которые постепенно вдруг начали оседать… Приваливаться на травку… Раскидывать руки в стороны… И залихватски всхрапывать, покачивая дыханием траву у мокрого носа.
– Вперед! – скомандовал Чек.
Лодки резко стукнулись в берег, поварята бегом вернули пустые котлы на борт, схватили ковши и бросились отдаивать молоко. В посуду, которую только что мусолили губы ингов! «Куда смотрит санэпиднадзор?» – в душе возмущался парень. Но ноги сами несли к лохматому толстому брюху, где торчали два крепких сосца. Доить Борис не умел, но восьмирукий урз довольно ловко управился. И вот уже первый ковш превкусного молока пролился взносом землянина в чан – общественную копилку. Второе вымя… Четвертое…
Вдруг: «Беги!» – раздалось где-то рядом, и Борька взлетел на воздух! Закрутился тряпичной куклой, подцепленной за рубашку рогом гнусного шутника! Инг мотал головой, а мальчишка вертелся как заведенный под хохот очнувшихся пьяниц! Сорвался и полетел в громадные лапы второму подвыпившему разбойнику! Тот схватил урзенка, замял хрустящую бересту, свистнул, отбросил третьему!
Поварята попрыгали в лодки, Чек застыл обалдевшим болванчиком – никакой от соратников помощи! Пацан порхал, словно мяч, маша беспомощно шлангами. Пару раз ему удалось шаркнуть ножом по шкуре, но «атаки козявки» вызвали новые взрывы хохота. О, если бы наш герой на минуту стал человеком! Он бы в пару приемов поставил паскудных коров на место! Но тощий урз не способен сопротивляться сильному.
Вдруг зеркальные воды озера всколыхнулись, обрушились грозным валом на бережок, и оставили на траве… чудище разъяренное! Закрывающее полнеба! Со светящимися глазницами! С раздвинутой грозной пастью, способной одним зевком проглотить рогатого сфинкса! Алкоголики вмиг протрезвели, швырнули мальчишку в морду невероятного хищника! И бросились наутек! А Борис шарахнулся в воду и, прежде чем утонуть, разглядел: десяток быков мчатся вдаль задирая хвосты, а над ними летит-простирается, лязгает частоколом метровых клыков «привидение»…
Разумеется, парня спасли, второй раз за длинный день. Поварята нырнули и вытянули потерявшего чувства собрата, уложили скорее на лодку. И со смехом крикнули урзам на втором, отчалившем ялике, что певца утянули на дно востренные камни в карманах. Борис смолчал, от стыда сильнее прищурил веки. Лоханулся и опозорился!
– Он в глаза не смотрел! – обсуждала ребятня поведение новенького. – А инги взялись перемигиваться. Я крикнул ему, да поздно!
– Он шуршалку не снял! Береста щекотала животным брюхи, вот задиры и пробудились.