Валерий Стрижов – ЧЕРНЫЙ КРУГ КНИГА ТЕНЕЙ ЛИХОЙ КОЛДУН (страница 10)

— Ну что ж, — сказал я, вставая с кровати. — Пора собираться.

Кольцо полыхнуло золотом. Книга на полке задрожала. Меч в тайнике запел тонко, нетерпеливо.

Новые приключения начинались.

Конец второй книги.

Продолжение следует...

Чёрный Круг

Книга третья. Хранитель порога

Глава I. О том, как чёрный камень привёл меня к забытой пещере и что шептали стены

Тот чёрный камень с руной Райдо я вертел в руках три дня. Он не грелся, не светился, не подавал признаков жизни — лежал себе на столе, как обычная галька с морского берега. Но я знал: он не обычный. Я чувствовал это каждой клеткой, каждой руной на коже, каждым ударом кольца на пальце.

— Это приглашение, — сказала Ведогоня, когда я показал ей камень. Мы сидели в её временном убежище — съёмной квартире на окраине Москвы, где она пряталась от глаз Чёрного Круга. — Райдо — руна пути. Тебя зовут в дорогу.

— Куда?

— Камень знает. Возьми его в руку, закрой глаза, и он покажет.

Я послушался. Кольцо нагрелось, камень в ладони задрожал, и перед внутренним взором предстала картина: старый лес, заросший мхом и папоротником, в центре — скальный выход, поросший корнями, а в нём — узкая расщелина, похожая на рану. Дальше — темнота. И запах. Сырости, грибов и чего-то ещё — древнего, похороненного, но не мёртвого.

— Я знаю это место, — сказала Ведогоня, бледнея. — Пещера Чёрного Ворона. Она находится в Карелии, на границе с финской стороной. Легенды говорят, что там похоронен первый колдун — тот, кто научил людей чертить руны. Его могила никогда не была найдена, но... возможно, камень ведёт именно туда.

— Зачем мне его могила?

— В ней хранится ключ. Не тот, что у тебя — другой. Ключ, открывающий седьмую рану. Ту, что находится в самом сердце мира.

— Я думал, мы уже закрыли одну рану на Ямале.

— Закрыли. Осталось шесть. Самая опасная — седьмая — не в земле. Она в человеке. В том, кто носит в себе Хаос. И этот человек — ты, Тарас.

Я замер.

— Калиостро хотел стать сосудом для Хаоса, — продолжила Ведогоня. — Но не смог. Хаос отторг его и ушёл в бездну. Но теперь он ищет новое тело. Твоё. Твоя кровь, твоя сила, твои артефакты — всё это привлекает его, как мёд привлекает пчёл. Если Хаос войдёт в тебя, ты станешь той самой седьмой раной. И тогда мир рухнет.

— Но я могу закрыть его внутри себя, как Калиостро?

— Калиостро не закрыл — он растворился. Ты сильнее, но и Хаос стал сильнее. Ты должен найти могилу первого колдуна и узнать, как изгнать Хаос навсегда. Иначе рано или поздно он войдёт в тебя, и ты станешь его тюрьмой, которая разрушится вместе с тобой.

Я сжал камень. Он полыхнул золотом, соглашаясь.

— Когда выезжаем?

— Завтра на рассвете.

Глава II. О том, как лес встречал чужаков и какие тайны скрывает Карельский перешеек

Мы ехали на машине Ведогони — стареньком «УАЗике», который пах бензином и дорожной пылью. Яромир присоединился к нам в пути, выйдя из портала прямо на трассе, чем едва не спровоцировал аварию.

— Люблю эффектные появления, — сказал он, запрыгивая на заднее сиденье. — Что мы знаем о пещере?

— Что она охраняется, — ответила Ведогоня, не отрываясь от дороги. — Древняя магия, старше любого из ныне живущих колдунов. Те, кто пытались войти, либо исчезали, либо сходили с ума.

— А мы чем лучше?

— У нас есть Ключ.

Я сжал в кармане медальон, образовавшийся из Ключа после закрытия ямальской раны. Он был тёплым, живым — и пульсировал в такт кольцу.

Карелия встретила нас хмурым небом и мелким, колючим дождём. Лес здесь был другим — не московским, ухоженным, а диким, первобытным. Сосны уходили в небо на десятки метров, их корни переплетались под ногами, образуя естественные лабиринты. Воздух пах мхом, хвоей и чем-то ещё — сладковатым, приторным, как запах падали, но не мертвечины, а чего-то, что только готовится умереть.

Пещеру мы нашли лишь к вечеру. Она пряталась в скальном выходе, который со стороны казался просто нагромождением камней. Но когда я поднёс к нему чёрный камень, камни расступились, открывая узкий лаз.

— Я пойду первым, — сказал я.

— Нет, — одновременно ответили Ведогоня и Яромир.

— У меня есть кольцо. Оно защитит.

— А у нас — здравый смысл, — отрезал Яромир. — Идём вместе. Тройка.

Мы полезли в лаз. Он был узким, низким, сжимающим грудь. Стены царапали лицо, корни цеплялись за одежду. Я полз, чертя перед собой руну Альгиз, чтобы хоть как-то осветить путь. Кольцо светилось, но этого было мало.

Через двадцать метров лаз расширился. Мы смогли встать в полный рост, и я зажёг Кеназ на ладони — шар золотого света озарил пещеру.

Она была огромной. Свод уходил вверх, теряясь в темноте. Стены были покрыты рунами — древними, выбитыми в камне, и они светились — тускло, устало, но всё же светились. Я узнал некоторые: Феху, Уруз, Турисаз — начало начал.

— Это — библиотека, — прошептал Яромир. — Первая библиотека. Здесь хранились все знания, пока люди не научились читать и писать.

— А сейчас здесь что?

— Только то, что не смогли унести. И то, что не захотели брать.

Мы двинулись вглубь. Чем дальше мы шли, тем сильнее стены давили, тем тяжелее становился воздух. Руны пульсировали в такт моему сердцу — или моё сердце подстраивалось под них.

— Осторожно, — сказала Ведогоня, останавливаясь. — Здесь круг.

Я посмотрел вниз. На полу, выложенный из чёрных камней, горел круг. Он был маленьким, в рост человека, и внутри него, скорчившись, лежал скелет. Скелет был одет в истлевший балахон, в руках сжимал посох — простой деревянный, с железным наконечником.

— Первый колдун? — спросил я.

— Нет, — покачал головой Яромир. — Первый колдун не умирал. Он ушёл в иной мир. А это — один из его учеников. Тот, кто остался охранять пещеру. И охраняет до сих пор.

Скелет зашевелился.

Я отшатнулся, выхватывая меч. Костяные пальцы разжались, выпуская посох. Череп повернулся ко мне, и в пустых глазницах зажглись огни — синие, холодные, как зимнее небо.

— Вы пришли, — сказал скелет голосом, похожим на скрежет камней. — Я ждал. Тысячу лет ждал.

— Чего? — спросил я, не опуская меча.

— Чтобы передать знание. Учитель оставил его для того, кто закроет раны. Ты — тот, кто нужен. Я вижу кольцо на твоей руке. И книгу за пазухой. И меч у пояса. Ты — Хранитель.

— Что я должен сделать?

— Пройти три испытания. Первое — победить свой страх. Второе — принять свою тень. Третье — открыть сердце.

— Это загадки?

— Это жизнь, — ответил скелет, и его челюсть сложилась в подобие улыбки. — Готов?

— Нет. Но делать нечего.

Скелет щёлкнул пальцами — и мир исчез.

Глава III. О том, как я сражался с самим собой и что страшнее монстров

Я очутился в комнате. В своей комнате. В Москве. На столе — ноутбук, кружка с остывшим чаем, на стенах — плакаты с фильмами, на кровати — разбросанная одежда. Обычная квартира обычного парня.

— Что это? — спросил я, оглядываясь.

— Твой страх, — ответил голос — не скелета, а мой собственный, но искажённый, злой. — Ты боишься, что вся магия — лишь сон. Что ты не колдун, а сумасшедший, который выдумал себе мир.

Из-за угла вышел я. Другой я. В домашних штанах, растянутой футболке, с кружкой в руке. Его глаза были пустыми, как у куклы.