Валерий Пушной – Проклятие Велеса (страница 5)

– Не серчай, старая, я уже возвернул ее, где взял.

Ариста и Виталий одновременно посмотрели на стол: грамота лежала в развернутом виде, какой запомнилась до ее исчезновения. Парень судорожно сглотнул слюну, расширил глаза:

– С кем вы сейчас разговаривали?

Старуха повела клюкой в сторону противоположного угла:

– С жильцом вашим. Духом этого обиталища. Кондрашкой кличут его.

– Не обижай, старая. Давно уже я Кондратий. Сколько еще быть Кондрашкой? – раздался голос, в котором слышались обидные нотки.

– Молод ты еще для Кондратия, разбойник! – осадила старуха. – Годками не вышел. Да и дурачиться иногда любитель. – Повернула лицо к Виталию. – Он еще молод, хоть и жилищ поменял уйму: коих уже давно нет, а кои в полном запустении, поскольку остались без хозяев. От силы три сотни годков пролетело от начала Кондрашки. Посему хочет еще иногда порезвиться.

Немного оправившись, не выдержала Ариста, вклинилась:

– Но где ж он? Мы никогда не видели его и сейчас не видим. Стукнув громко клюкой, старуха выдохнула свою хрипотцу:

– Здесь он, разбойник! Покажись, Кондрашка!

– Надо ли, старая? – в голосе было сомнение.

– Не страшись. Плохого ничего не случится.

– Я и не страшусь, старая.

– Вот и дело. Ты свое любопытство утолил в государевой грамоте, теперь утоли и их любопытство. Не сунул бы свой нос, куда не след, – никто б о тебе не вспомнил. А сейчас не обессудь, Кондрашка. Не впервой, поди. Забыл, разбойник, как иногда прежде бывало?

– Ничего я не забыл, старая.

– Тогда и делай, что говорю! – Клюка снова ударила в пол, словно высекала искры.

Вздрогнув от стука клюки, Ариста и Виталий вдруг увидели, как возле комода возникло какое-то существо, похожее на маленького, ростом около тридцати сантиметров, человечка, обросшего волосами, сквозь которые светились круглые глазки и раскрывался большой рот. На голове странноватый головной убор. Ни шляпа, ни шапка – что-то с большой натяжкой напоминающее панамку. Одежда сверху легкая, но непонятного фасона.

– Ты Кондрашка? – вытаращила глаза Ариста.

– Я Кондратий, – раздался в ответ тот же голос, который недавно разговаривал со старухой.

– Прости меня, я хотела сказать «Кондратий», – тут же поправила себя девушка.

– То-то же! – раздалось удовлетворенное сопение.

– Не тесно тебе жить с нами в одной квартире?

– Разгуляться есть где.

– Не скучно?

– Некогда скучать. Работать приходится не покладая рук.

– Работать? – Гримаса изумления легла на лицо Аристы. – Что же ты делаешь?

Клюка старухи вновь стукнула по полу, прерывая их диалог:

– Хватит болтать без толку, Кондрашка, отправляйся по своим делам!

Тот мгновенно исчез, и через минуту уже не верилось, что недавно здесь был домовой. Старуха приподняла клюку, обращаясь к Виталию:

– Говорю тебе последний раз: верни грамоту на место! Иначе свершится непоправимое! Иначе быть беде!

Невольно поддаваясь ее настоянию, парень закивал головой, обещая:

– Верну. Сегодня же верну.

В следующее мгновение дверной проем опустел. На минуту в квартире установилась полная тишина. Виталий и Ариста приходили в себя. Затем он резко повернулся к столу и начал аккуратно сворачивать свиток. Пропало желание читать его. Подгоняло желание скорее избавиться от грамоты, отвезти в овраг.

2

Бросившись в туман следом за своим противником, Алексей в мгновение ока оказался окутанным дымкой со всех сторон. Молочная пелена застила глаза. Не было видно ни недавнего противника, с которым бился на саблях, ни тех, что утащили в белую дымку раненого гонца, везшего государеву грамоту. Алексей остановился, прислушиваясь и пытаясь разглядеть, что происходило впереди, откуда несся шум. Тот походил на шум схватки. Слышался звон металла, и это явно были сабельные удары. Алексей крепче сдавил рукоять своей сабли, в любую секунду ожидая нападения с любой стороны. У него не появилось мысли, что стоит вернуться назад, напротив, он был совершенно уверен, что надо двигаться на шум битвы. Видимо, та происходила там, где тумана уже не было. Стало быть, облачная ловушка небольшая, за нею свет, ибо сражаться в непроглядном облаке, не видя врага своего, немыслимо. Мгновенно решив пробиваться сквозь туман на шум схватки, он сделал первый шаг, но тут задержался, уловив шум шагов позади себя. Поднял саблю, чтобы отразить нападение, и услышал голос Марии:

– Ты здесь? Я тебя не вижу. Я не вижу тебя! Я ничего не вижу. Ты где? Ты там живой?

– Живой, живой, не волнуйся! Я тут. Я тут, – отозвался он. – Иди на голос. Здесь никого нет.

В ответ донеслись ее вскрик и чья-то громкая усмешка:

– Да как же нету? Здесь я, боярин! Поджидаю тебя. В самый срок повезло боярыню твою словить. Приманка для тебя.

– Кто это? – насторожился Алексей, закрутился на месте, вытянул вперед саблю. – Отпусти ее! Не тронь! – потребовал.

– Ишь, какой ты неугомонный! – в голосе отчетливо звучала насмешка. – Как же отпустить? Никак нельзя, боярин. Отпущу боярыню – тебя не выманю. Так как не она, а ты мне нужен, боярин. За твою голову обещано мошну набить! Твоя боярыня поможет мне выманить тебя! Ты ведь придешь за нею!

– Кем обещано?

– Тем, кто послал за тобой.

Вслед за тем разнеслись непонятный шум и новый выкрик Марии:

– Я его вырубила! Коленкой в пах! Ты где? Отзовись!

Затем после ее крика со стоном выругался мужской голос:

– Ай, шустра боярыня! Шустра! Не метусись, все одно по ваши души я тут!

– Кто ты? Не вижу тебя! Закрой рот. За нее голову снесу тебе! – подал накаленный голос Алексей. – Я здесь! Я тут! – Не успел добавить еще несколько слов, чтобы помочь ей ориентироваться в тумане, как Мария всем телом ударилась в него, едва не налетев на саблю. Он обхватил жену. – Все, все, я тут.

– Куда мы попали? – Тело ее дрожало от напряжения.

– Пока в туман, – неопределенно прозвучал ответ.

То ли он имел в виду окружившие их молочные клубы мути, то ли туманом назвал обстоятельства, в которых они с нею оказались. Мария не поняла. Шепнула:

– Мы, похоже, действительно, в другом времени, Алексей. Одежду у гонца видел, и у тех троих, что из тумана выскакивали? Она из прошлых времен.

– Ты еще сомневаешься? – сердито с раздражением отчеканил. – Кажется, Виталий оказался прав!

– Почему-то меня этот тип в тумане назвал боярыней, а тебя боярином и хочет лишить головы. Кто-то заказал тебя, Алексей, кому-то ты поперек горла здесь. – Крепко сдавила ладонью его запястье.

– Не меня хотят лишить головы, – поправил он и плотнее прижал жену к себе, – какого-то боярина, за которого приняли меня.

– Думаешь, перепутал этот тип?

– Меня даже не видел он в тумане, поэтому не исключено. – Помолчал пару секунд, которые заставили его усомниться в своих выводах. – Хотя гонец называл меня боярином без тумана. Ни черта не пойму!

– Надо выбираться отсюда, Алексей. Здесь опасно для тебя, что-то не так. – Она сделала попытку потянуть его вперед, но тотчас прекратила ее, потому как ждала его решения.

Не видя перед собой ничего, кроме молочной пелены, и едва различая очертания головы Марии, прижавшейся к нему, Алексей серьезно предупредил, причем не только ее, но и себя в том числе:

– В другом времени все может быть опасно для нас и все не так, как мы привыкли, Мария. Если повезет – выберемся назад, не повезет – придется приспосабливаться. Но тогда все непредсказуемо. Мне очень жаль, Мария, но мы можем оказаться в кошмарах. Не стоило тебе нырять в этот туман.

– То же самое я могу сказать тебе, – парировала жена. – Нашел о чем сейчас сожалеть! Я с тобой, Алексей, где бы ты ни был.

– Знаю, Мария. Тогда давай-ка теперь начнем выкарабкиваться из этой кромешной мглы. На солнышке быстрее разберемся. – Он вытянул шею и попробовал оглядеться, но его старания не дали результата: взгляд не смог пробиться сквозь дымку.

Чувствуя, как напружинилось тело мужа, как он приготовился сойти с места, Мария опередила вопросом:

– В какую сторону пойдем?

Чеканный голос Алексея спокойно выдал: