Валерий Мусиенко – Прииск на левом берегу Колымы (страница 1)
Валерий Мусиенко
Прииск на левом берегу Колымы
© Мусиенко В., 2022
Эта книга, в художественных повестях и рассказах, на основе реальных событий, знакомит читателя с последними годами работы золотодобывающего колымского прииска «Имени «40 лет Октября» и его тружениками, добывавшими на этом предприятии валютный металл для страны, в период с 1990 по 1995 годы.
Рассказы и повести о работниках прииска, простых горняках. Ведь истинное золото Колымы – это ее люди, которые в условиях вечной мерзлоты и постоянных лишений, сумели сохранить тепло своих душ и горячих сердец. Книга о дружбе, взаимовыручке и специфическом чувстве юмора колымчан, который согревает их в самые лютые северные морозы. О неповторимой природной красоте этого сурового дивного края.
Возможная угадываемость отдельных героев рассказов и повестей обусловлена схожестью человеческих характеров и судеб, специфичностью ситуации, сложившейся, на тот момент, на всех золотодобывающих предприятиях территории Магаданской области. Некоторые сюжетные линии и диалоги персонажей являются авторской выдумкой либо домыслом реально произошедших событий.
В настоящее время очень мало встречается источников информации о прииске «Имени «40 лет Октября» и о его базе – погибшем горняцком поселке Мой-Уруста Тенькинского района Магаданской области. И вообще – очень печалит, что практически исчезли книги о людях труда. Эта книга – слабая попытка устранить такую несправедливость.
Сейчас я думаю, что это предприятие было уникальным. Уходящая натура. Сейчас так уже не работают и работать не будут. А в то время это был самый обычный прииск. Прииск на левом берегу Колымы.
За сеном
1. Сборы
Руководством прииска нам на сборы было отпущено целых четыре дня. Нам бы хватило и двух. Но нас задержала поломка нашего приискового флота, который должен был доставить нас по Колымскому водохранилищу в устье небольшой, но бурной в своих верховьях, реки Кюель-Сиен, являющейся единственной рекой, вытекающей из воистину жемчужины Магаданской области, озера Джека Лондона, протекая по пути еще через одно озеро дивной красоты – озеро Танцующих Хариусов.
Задача нам была поставлена простая – добраться по Колымскому водохранилищу до указанного места, доставив туда на паромекатамаране наш бульдозер, которым нужно было перевезти на катамаран и уложить на его палубе двадцать тонн сена, накошенного, уложенного там же, еще летом, в копны и ожидающего, когда мы привезем его для нашего приискового подсобного хозяйства, чтобы было чем кормить наших буренок долгой колымской зимой. Потом прибыть обратно. С сеном и бульдозером. Все просто и понятно.
А пока мы – Виктор Фартов, Серега Кум, мой друг Серега Белый и я – экипаж старенького бульдозера Т-170, готовили своего железного монстра к последней в его жизни миссии. Дело в том, что бульдозер был древний, шел под списание, поэтому его после нашей поездки было решено отправить в районный центр, поселок Усть-Омчуг, для проведения капитального ремонта. Хотя ремонтировать такую старую машину, как было понятно из сложившейся практики, никто там не стал бы. Просто сняли бы еще хоть на что-нибудь пригодные узлы и детали, а оставшееся железо пошло бы в металлолом. Словно зная о своей судьбе, наш бульдозер печально стоял у здания ЦРГО (цех ремонта горного оборудования), в котором для нас не оказалось свободного места, так как на дворе стоял сентябрь и постепенно весь цех был занят ремонтируемой после напряженного промывочного сезона техникой, в основном такими же бульдозерами. И хотя деньки стояли погожие, и промсезон еще не закончился, обычного напряжения не было, план по добыче золота прииском был давно выполнен. Все золото, что намывалось прииском в эти дни, до наступления морозов, пока течет вода, шло как сверхплановое, что тоже весьма одобрялось районным руководством «Тенькинского ГОКа», а также областным «Объединением «Северовостокзолото», но оплачивалось уже гораздо скромнее. Поэтому особо напрягаться прииску резона не было, нужно было готовиться к зиме, а она на Колыме всегда непростая, особенно у такого населенного пункта как поселок Мой-Уруста, который находится на левом берегу Колымского водохранилища, вдали от всего района. И полностью летом зависит от навигации, а зимой от «зимника», нашей ледовой «дороги жизни».
А сейчас, в середине сентября, по ночам уже были заморозки, на лужах лед становился с каждым утром все толще, а с каждым днем все позже таял. Лужи, которые днем находились в тени, иной раз и не таяли за весь день. Мы дружно протянули гайки на нашем бульдозере, даже на башмаках гусениц, смазали подшипники, добавили масла в двигатель, коробку передач, бортовые редукторы и гидробаки. Кое-что укрепили электросваркой. В общем, были готовы. Хотя состояние бульдозера и вызывало легкое беспокойство. Бесконечно что-то ломалось, лопалось, отваливалось. Он норовил разуться прямо на дороге, так как катки и сами гусеничные цепи были порядком изношены за время промсезона. В общем, наш старичок вредничал и капризничал. Работать в карьере до полного окончания промсезона он уже физически не мог, да и не хотел, судя по всему. Поэтому и был отправлен на «легкий труд».
Вся горная техника окрашивается заводом-изготовителем в яркий желтый цвет. Во время ремонтов и капремонтов цвет обновляют, но не меняют. На боковых дверцах бульдозеров и сзади, на топливном баке, крупными белыми цифрами через трафарет пишется номер машины. Наш же бульдозер, с непонятно какой целью, прежним экипажем был любовно выкрашен в тоскливый темнозеленый цвет, в результате чего получил имя собственное – Крокодил Гена. Что бывает не часто, только в исключительных случаях. По бортовому номеру нас никто уже не называл, все другие бульдозеристы зубоскалили по поводу нашего цвета, единственного на всем прииске. Благодаря этому нашу машину можно было легко узнать за километр и больше.
Мы получили аванс в размере десяти тысяч рублей на экипаж, на покупку продуктов. Для осени 1992 года это были очень даже неплохие деньги, особенно если учесть, что уже два года как начались задержки с выплатой зарплаты. Серега Кум даже успел на радостях пару дней дома «попраздновать» по этому поводу. Единственное чего нам не дали, несмотря на наши неоднократные настойчивые просьбы, это утеплитель на капот бульдозера. Руководство нас «отшило» со словами, что едем мы дня на четыре, не более. За это время таких сильных морозов еще не будет, перебьемся без утеплителя эти дни, а там бульдозер отправят в «капиталку». Бульдозеристы с других машин ёрничали, что якобы видели, что руководство прииска наш утеплитель по домам растащило, на зиму утеплять входные двери своих квартир, что возможно было недалеко от истины.
2. Отплытие. Курс – на Кюель-Сиен
Наконец, на четвертый день, мы пригнали наш бульдозер на причал, заехав по пути в продуктовый магазин и сделав запас продуктов. На причале нашего прииска «Им. 40 лет Октября», базирующегося в поселке Мой-Уруста, расположенного на берегу Колымского водохранилища, нас уже ожидали Серега Желудев и Саня Бычков, наши капитаны – судоводители катамарана. Руководил нашей экспедицией помощник директора прииска Денис Павлович, или просто Палыч, как мы его сокращенно называли. Палыч больше всех рвался поскорей отчалить, рассказывал нам, какие там богатые на дичь места и какая там шикарная будет рыбалка. Особенно он хвалился, что неоднократно вылавливал там налимов вот таких размеров. При этом он разводил руки как можно шире. А в его глазах читалась давняя тоска о том, что у него не самые длинные руки на прииске.
– А где мы это сено искать там будем? – начал интересоваться Серега Кум.
– Там на месте два сенокосчика, которые по договору с прииском его косили. Они нам сено передадут и помогут загрузить. Мы так договаривались – успокоил Палыч.
– Так может взять хоть пару вил с собой? Быстрее управимся – не унимался хозяйственный Кум.
– Не надо, там все есть, всем инструмента хватит, отчаливаем.
Что касается нашего водного средства передвижения, тут необходимо отдельное пояснение. В свое время у прииска имелся флот, состоящий из двух трудяг катеров (речных буксиров), которые таскали в поселок Обо (18 километров от Мой-Уруста по воде) на правый берег Колымское водохранилище паром, грузоподъемностью 200 тонн. Навигация была короткой, с конца июня, когда таял лед на водохранилище и до октября, когда уже лед следующей зимы сковывал водохранилище до следующего лета.
Паром делал не менее трех рейсов на Обо и обратно на Мой-Уруста, завозя на прииск горную технику, уголь, запас стройматериалов и запчастей, запас взрывчатки для ведения горных работ, топлива, продуктов. От нас вывозили только добытое на нашем берегу золото, иногда металлолом, технику в «капиталку», личные вещи тех, кто решил навсегда порвать с Колымой и перебраться в более теплые и уютные края.