Валерий Муллагалеев – Волчий клан (страница 48)

— Пиздец, — подытожил он.

— Околеть не встать! Это будет сенсация! — воскликнул Алексей, потрясая фотоаппаратом на треноге.

Он выпрыгнул из вагона, огляделся и передернул плечами. Увидев особо смачно распотрошенное чудовище, опустил подбородок вниз, сдерживая рвотный позыв.

— Какая сенсация? — спросил я подозрительно.

— Волколак защищает город от тварей Хаоса! Немыслимое противостояние зла супротив зла! — Алексей осекся и добавил: — Зла, на которое необходимо взглянуть новым взглядом! О, Небеса, это оглушительная, феноменальная сенсация! Ваше благородие, вы ведь не против дать интервью?

Я подумал и кивнул. Отличная возможность начать работу над общественным мнением.

— Будет тебе интервью. Все охренеют. Только погоди, с мыслями соберусь.

Алексей сжал кулаки и потряс ими у груди.

— Да-а-а-а! — прокряхтел он в восторге.

— Ушел гад, — вздохнул Свиридов. — И все из-за меня. Я видел, что ты сделал, Лютиков. Я твой должник. И моя семья.

— Купишь мне новые штаны, — усмехнулся я.

Небольсин спасся, но главное я сделал — вернул рекомендацию. Более того, благодаря этому ублюдку я получил возможность ознакомиться с тем, что там написал Рюмин.

Не в силах сдержать любопытство, я достал письмо и взглянул на текст.

— Пойдем в ресторан, — сказал Свиридов. — Нет, сначала в ателье. Баня, ателье, ресторан… и ратуша. Лютиков, ты слышишь?

Я не слышал. Я читал рекомендацию и офигевал.

Глава 21

Щучья голова и правда

Основную часть рекомендации составляли нудные форменные бланки, где Рюмин расписывал, кто я и откуда, каков мой послужной список и тому подобное. Впрочем, для меня эта информация не была очевидной, она касалась жизни капитана Лютикова до моего появления.

Я быстро пробежал бланки глазами. Теперь я хотя бы знаю о себе базовые вещи. Неприятно было только то, что Небольсин тоже узнал всю мою подноготную, например, где находится моя родовая усадьба и кто мои родственники.

Дальше Рюмин в свободной форме излагал свои соображения насчет меня, вот это и заставило меня оцепенеть. В написанных словах я будто вновь услышал насмешливо-глумливый тон Рюмина:

" Примечательно то, — писал он, — что сей бравый капитан умудрился заразиться ликантропией не в полнолуние. Тому могут быть две причины. Либо его покусал высокоранговый волколак, владеющий Яростью аки Волчий князь, либо у Лютикова есть предрасположенность к оборотничеству.

Первый вариант отметается, ибо, как мне доложили, он получил укус в рядовой стычке. Значит, у него предрасположенность. Это может означать только одно: род Лютиковых ведет начало от Волчьих князей былых времен.

Я не сомневаюсь в вашей прозорливости, но все равно подчеркну: Лютиков не должен этого знать, как и другие волколаки".

Первым делом я подумал не о себе, а об Игоре. Небольсин явно принадлежит к фракции тех, кто настроен радикально против волколаков. Не зря он стал куратором клейменого волколака и работу свою выполняет, мягко говоря, с пристрастием. Владея этой информацией, он сделает все, чтобы сжить со свету меня и моих родных.

Лично я насчет родства с древними волколаками сомневался. Больше походило на то, что свои способности я получил в результате перерождения в этом мире. Рюмин же этого не знал, потому и сделал такие выводы. И хрен я кого смогу переубедить.

Дальше Рюмин писал, как следует со мной обращаться:

"Не вздумайте предлагать Лютикову клеймо в обмен на власть и лояльность. Если и согласится, то обведет вокруг пальца. Увы, он не так туп, как кажется на первый взгляд.

Не советую также пытаться сломать его волю на арене. Он скорее подобьет цепных волколаков на восстание и потом будет мстить вам и вашим родичам. (Однако же в качестве угрозы это может сработать, он от этого бесится.)

Засим рекомендую использовать его в интересах Державы. В Особом отделе он себя проявит. Без зазрения совести кидайте его на самые трудные и опасные задания, он выкрутится, ибо не только силен, но и способен к дипломатии.

В качестве мотивации используйте титулы и власть, но в рамках разумного. Аппетит у него имеется. Деньги и бабы не сработают (они и сами к нему липнут). Через родных не шантажируйте — затаит злость и отомстит.

Отдельная личная просьба: отправьте его подальше от столицы. О причинах я умолчу, это дело интимного характера".

А Рюмин оказался более проницательным, чем я считал! В лагере он делал вид, что ему нет до меня дела, а тем временем составлял мой психологический портрет… Последняя приписка заставила меня усмехнуться. Ревнивый братец!

В конце письма Рюмин снова меня удивил:

"Почему я готов рекомендовать Лютикова в Тайную канцелярию, вместо того, чтобы ходатайствовать о его ликвидации как потенциальной угрозы?

Я подкинул монету, господа.

А покуда вы не подняли меня на смех, спешу пояснить. Я использовал родовой артефакт. Рюминские монеты были отчеканены из илектра три столетия назад моим родоначальником, Рюмом Алым. Если подкинуть такую монету и задать ей вопрос, то она даст предсказание.

Мой вопрос был простым: Лютиков — благо для Державы или вред? Монета выпала щукой вверх. Поэтому я уверен в своем решении, монета никогда не подводила. Напомню, что я куратор в армии. Я не раз доверялся рюминской монете в опасных ситуациях и, как видите, до сих пор жив.

p. s. Ввиду проделанной мной работы по выявлению столь ценного кадра для Особого отдела я прошу Канцелярию подать ходатайство в Разрядный приказ о сокращении срока моего кураторства на один год. Я утомлен обществом служилых дворян, господа".

Монетку он, значит, подкинул. «Она волшебная», — хихикал он. Вот уж действительно, лучший способ обмануть — это сказать правду.

Я помнил щучью голову на монете и тот спектакль, который из этого разыграл Рюмин. Несмотря на существование в этом мире магии, в предсказания я все равно не верил.

Даже если монета оказалась права, то почему бы благом для Державы не считать свержение магов и установление моей власти? Вот и получается, что мы с Рюминым видели одну и ту же сторону монеты, но для каждого герб Державы означал разное.

— Лютиков, ты там по слогам что ли читаешь? — возмущенно сказал Свиридов. — Может, писаря прислать, чтобы он тебе вслух зачитал?

Я убрал письмо в карман. Да уж, любопытно, как отреагирует сотрудник Канцелярии, когда осознает, что я прочел запретные для меня строки. Небольсин мне здорово подгадил, но вместе с тем невольно дал мне преимущество. Теперь я знаю больше, чем положено. Он, правда, тоже…

Раздался свист.

Я огляделся. Перрон заполонили стражники. Судя по количеству, они стянулись сюда со всего уездного городка. Сейчас один из них дул в свисток, призывая к порядку. Раненых людей перекладывали на носилки.

Из-за здания вокзала показалась карета с открытым верхом. Кучер остановил лошадей, из кареты вылез дородный маг. На нем был камзол темно-синего цвета, невысокий рост компенсировался цилиндром.

Приоткрыв от удивления рот, маг оглядел перрон — кругом тела омерзительных монстров, кровища и бардак. Увидев Свиридова, маг поспешил к нам.

— Гурий Александрович! — воскликнул он, пожимая ему руку. — Какая удача, что вы оказались здесь и разделались с этими диавольскими порождениями! Весь Кашинский уезд и я лично перед вами в неоплатном долгу. Будьте уверены, я все расскажу графу, и вас представят к награде!

Алексей — репортер, известный под прозвищем Скороход, деликатно кашлянул, но не стал вмешиваться в разговор аристократов.

— Боюсь, вы неправильно растолковали увиденное, Созонт Антипович, — чуть улыбнулся Свиридов. Тварей изничтожил вот этот господин. — Он кивнул на меня. — Капитан Лютиков Георгий Владимирович. Я лишь немного подсобил.

— А… — Созонт Антипович осекся, разглядывая меня во все глаза.

Преодолев замешательство, он протянул мне руку и принялся трясти с тем же рвением, что и Свиридову.

— Прошу пардону за мою ошибку, капитан, — сказал он. — Но я в толк не возьму, как же вы справились с этими чудищами, ведь вы, как я погляжу, не маг. Нет-нет, я не сомневаюсь в вашей доблести, просто одним лишь клинком тут не совладать.

— Господин капитан — волколак, — сказал Свиридов.

Созонт Антипович встрепенулся, глаза его расширились, губы скривились. Первым его побуждением было высвободить отдернуть руку, но я сжал его ладонь крепче и не отпустил.

— Благодарю вас за теплые слова, ваше сиятельство. Приятно слышать заслуженную похвалу, — сказал я и широко улыбнулся, демонстрируя клыки.

Созонт Антипович побледнел, натужно сглотнул.

— Еще раз благодарю вас, — проговорил он в смятении.

Я отпустил его ладонь.

— И я вас благодарю, ваше сиятельство, за ваше решение сообщить обо всем графу. Буду рад с ним познакомиться и получить награду, которую вы столь благосклонно пообещали.

Созонт Антипович в растерянности глянул на Свиридов. Тот кивнул и развел руками.

— Осмелюсь напомнить вам об интервью, ваше благородие, — сказал Алексей.

— Все будет, не боись, — ответил я. — Но сначала надо привести себя в порядок.

— Давно пора, — сказал Свиридов.

— Распоряжусь подготовить банкетный зал в ратуше, — сказал Созонт Антипович. — Вы все мои гости.

Первым делом мы смыли с себя кровь и слизь в общественной бане. Свиридов побрезговал мыться с простыми людьми и распорядился освободить целую секцию.