Валерий Муллагалеев – Волчий клан (страница 49)

Я вымылся быстро, пользуясь простым дегтярным мылом и ушел в ателье искать новую одежду. Свиридов же остался плескаться в пенной ванной и вызвал цирюльника. Его водные процедуры обещали затянуться надолго.

Алексей встретил меня у порога, когда я выходил из бани.

— Меня не пригласили на банкет, — угрюмо сказал он.

— С этим я могу тебя только поздравить, — ответил я. — Ничего интересного там не будет, уж поверь.

— Я думал, мы поговорим там…

— Знаешь, что такое матрешка?

— Эм… да, игрушка такая детская.

— В ней заключена великая мудрость. Одну вещь можно поместить в другую и так сэкономить место. Так что пока мне будут подбирать и подшивать одежку, задавай свои вопросы. Начинай прямо сейчас.

За нескончаемой болтовней мы нашли лучшее в городке ателье. Такого же мундира, какой был у меня, там не оказалось.

Руководствуясь подсказками портного, я выбрал гражданский костюм, какой принято носить у служилых дворян. Покроем он напоминал деловой двубортный костюм, только расположение пуговиц на пиджаке было как у военного жакета: две линии пуговиц расходились от пояса к плечам, образуя латинскую букву «V».

Я выбрал сукно темно-серого цвета, и портной проводил нас в примерочную. Там нас встретила симпатичная девушка, которая принялась снимать с меня мерку. Я стоял посреди комнаты, а Алексей продолжал слушать мои истории и задавать уточняющие вопросы. Он строчил карандашом в блокноте, то и дело перелистывал исписанные мелким почерком страницы.

Примерка затянулась. Девушка вслушивалась в мои рассказы, глаза ее стали огромными, двигалась она как во сне. Она нарочито делала все медленно, но я не стал подгонять ее.

Чем больше людей узнает про волколаков из первых уст, тем лучше. Если я хочу чего-то добиться в этом мире, то придется преодолеть общественное мнение, сложившееся о волколаках. На данном этапе даже один человек важен.

— Вы болтливая девушка? — спросил я портную.

Она потупилась и ответила:

— Вовсе нет. Я никому ничего не расскажу, ваше благородие!

— Как вас зовут?

— Виктория.

— Вика, ты видишь этого юношу, который неистово орудует карандашом?

Алексей напрягся, а я продолжил:

— Он репортер и собирается написать обо мне статью в губернской газете. Поэтому все, что ты слышишь, не нужно утаивать, совсем наоборот. Я ни от кого не скрываюсь. Рассказывай обо мне сколько хочешь, но только при одном условии.

— Вы что-то со мной сделаете? — спросила она с ужасом и надеждой. — Укусите, я превращусь в волколачку, а затем…

— Минуточку! — сказал я, хохотнув. — Условие другое. Ничего не преувеличивай и не искажай факты. Просто рассказывай правду.

— А тут ничего преувеличивать и не требуется, — подал голос Алексей. — Это тот редкий случай, когда правда сама по себе оглушительна, без прикрас. Это будет сенсационная сенсация!

Когда костюм был готов и мы с Алексеем вышли на улицу, Вика окликнула меня и попросила вернуться. Она отвела меня в пустующую примерочную и прикрыла дверь.

Зрачки ее были расширены, я чувствовал ее учащенный пульс.

— Да-да? — спросил я.

— Укусите меня, пожалуйста, — сказала Вика и наклонила голову, подставляя шею.

Я не смог сдержать улыбку.

— Я что тебе, вампир, что ли? Я кусаю за другие места.

— Какие⁈ — выпалила она и покраснела. — Кусайте везде, господин капитан. Я хочу стать волколачкой и сопровождать вас в ваших приключениях!

— Так, красавица. — Я взял ее лицо в ладони и посмотрел в глаза. — Во-первых, сейчас не полнолуние, поэтому ты не превратишься. Во-вторых, я не хочу подвергать тебя опасности. Вокруг меня упыри, волколаки, сбрендившие маги, хтонические твари…

…Инесса.

— Но я хочу в Волчий клан! Я про это читала в сказках и легендах. Волколаки…

— Да, и еще одно. Не вздумай пойти в лес в полнолуние и искать себе приключения. Далеко не все волколаки такие, как я… пока что.

Судя по тому, как она насупилась и отвела взгляд, я угадал ее мысли.

— Вика, — позвал я, и она вновь подняла глаза на меня. — Волчий клан будет. И если захочешь, ты станешь волколачкой.

— Когда?

— Скоро. Я запомнил тебя и то, что ты откликнулась еще до того, как прозвучал зов. Я не прощаюсь.

Я ушел, оставив Вику наедине с ее мыслями.

— Чего она хотела? — спросил Алексей.

— Того же, чего и я.

Солнце уже клонилось к закату. В условленном месте на перекрестке я встретился со Свиридовым. Его золотые волосы снова сияли, словно вымытые в трех шампунях, подбородок блестел от гладкого бритья.

— Ну что, готов к банкету в нашу честь? — спросил он.

— Нет.

— В каком смысле, Лютиков? Чем ты занимался все это время?

— Покупал билет на поезд. Сделай одолжение, возьми всю эту светскую мишуру на себя.

— Первый раз вижу дворянина, который отлынивает от светского раута с аристократами!

Я ухмыльнулся.

— Не теряю надежды когда-нибудь спокойно сесть на поезд и без всяких приключений добраться до нужного места. У меня дела, ты же знаешь.

— Понимаю, — кивнул Свиридов. — Я прослежу, чтобы Созонт Антипович доложил графу о том, как ты спас уезд.

— Буду признателен. Возможно, я познакомлюсь с графом, когда буду в губернии, но сначала я съезжу в родовую усадьбу.

Мы попрощались. Уже пожав мне руку, Свиридов сказал:

— Я точно отдам тебе Красные Родники, Лютиков.

Ночевал я в поезде.

Добравшись до Камска, губернского города, я пересел на поезд, идущий на запад — вновь мимо уездных городов, на другой конец губернии, где находилась родовая усадьба Лютиковых.

Я получил заслуженную награду — три спокойных дня пути, во время которых ничего не происходило.

Алексей Скороход ворвался в кабинет главного редактора газеты «Северный правдоруб».

— Вы что сделали с моей статьей⁈ — воскликнул он.

Петр Сергеевич, главный редактор, сдвинул очки на кончик носа, чтобы выглядеть особо внушительно, и сказал:

— Присядьте, молодой человек.

Скороход помешкал и плюхнулся на стул по другую сторону стола. Он часто дышал, лицо горело от возмущения, бакенбарды топорщились.

— Время не ждет, Петр Сергеевич, нужно изъять тираж, пока по всей губернии не разошлось это… это…

Петр Сергеевич налил из графина воды и поставил стакан перед Скороходом.

— Выпей. Ты выглядишь так, будто тебя сейчас удар хватит.