Валерий Муллагалеев – Волчий клан (страница 27)

— Покойся с миром, барон Трубников.

Он закрыл глаза, и я выполнил его просьбу.

После увиденного я был рад выйти на солнечный свет, от такого контраста я даже передернул плечами. Надев темные очки, я подошел к парням у порога и сказал, что можно приступать к похоронам. Двойным.

Репей по прежнему торговал на площади, отбоя от местных не было.

— Это шелковый сарафан от восточных мастеров! Узор видишь какой? — услышал я его голос. — десять рублей, не меньше. Скидывайся вместе с подругой, по очереди носить будете, ха-ха! Шучу, он всего пятак стоит. Считай, что уже скинулась, но он только твой! Берешь? То-то же, хорошая покупка. Но, смотри, при парнях этот сарафан не носи!

— Почему⁈ — удивилась девушка.

— Дык приставать начнут, а ты барышня приличная, оно сразу видно.

Два мужика в очереди заржали, явно не согласные с предположением Репея. Девушка убежала примерять обновку. Женщины бросали ей вслед завистливые взгляды, мужчины тоже смотрели, но по другой причине.

Я приблизился к Репею.

— Тебе не пора сделать перерыв? — спросил я. — Ты хотел побеседовать.

— Может, на обеде, — сказал он, огладив черную бороду, — а то самый разгар тут у меня. Народ подтягивается после утренних дел.

— Мне пора двигаться дальше. В Васильково я собирался только переночевать.

— Честно тебе скажу, жаль такое слышать. А куда ты так торопишься?

— В Вельград мне надо. Служба.

— Ого, высоко заглядываешь! Путь неблизкий, понимаю. Я бы с тобой до станции доехал, но останусь здесь на неделю, не меньше.

— Нога? — понимающе кивнул я.

— Она самая. Пусть заживет, а то в дороге, чего доброго, разболится.

— Правильно, береги себя. Думаю, мы еще встретимся, Репей.

— Эх, эт вряд ли. Я в столице редко теперь бываю.

— А я туда не навсегда, знаешь ли. Что-то мне подсказывает, что я еще вернусь в северные регионы Державы. Вот только как тебя-то найти? Колесишь туда-сюда.

— О! — Репей торжественно поднял мясистый палец. — Предлагаю купить карту Северного наместничества.

— Не вопрос, давай, — сказал я и полез в карман за монетами.

Репей достал из фургона сложенный в несколько раз лист бумаги. Развернул на облучке.

— Я ж не просто так предложил, — сказал Репей. — Удовлетворяю твою потребность. Себе во благо, само собой.

Он взял цветной карандаш и послюнявил грифель. Уверенными линиями начал рисовать маршрут между волостями и уездными городами.

Линия побежала по трактам, охватила несколько губерний, а затем вернулась в начальную точку. Нормальная такая трасса получилась.

— Вот, — подытожил Репей. — Если окажешься в одном из этих городов, спроси, мол, Репей давно у вас бывал? Меня там либо ждут, либо недавно проводили, ну а дальше сам сориентируешься.

— Спасибо, — сказал я, сворачивая карту. Ты ведь можешь достать все, что угодно, правда?

— Эт точно. — Он прищурился. — А что тебя интересует?

— Возможно, пригодятся твои непубличные товары.

Репей глянул по сторонам.

— Пугаешь ты меня, капитан, честно скажу.

— Цену, поди, набиваешь?

— Ну… во-первых, да, а во-вторых, это все-таки наедине обсудим. — Он поднял борт фургона и огласил собравшимся: — Перерыв!

— Ну-у-у-у-у-у! — протянул мальчонка, только что подбежавший к фургону. — Я все утро ждал, пока по дому работал.

— Че хотел? — неожиданно грубо спросил Репей.

— Л-леденец…

Закрывая второй борт фургона, Репей достал из ящика петушка на палочке. Сунул сладость мальчонке под нос и рявкнул басом:

— Дарю!

Мальчонка вытаращил глаза, схватил ленец и вприпрыжку убежал. «Спасибо!» — крикнул он, спохватившись.

Мы с Репеем устроились в корчме за столом у окошка. Снаружи чирикали воробьи, доносился бойкий перестук кузнечного молота. В сторону ворот проскакал всадник с синей сумкой почтальона. После избавления от маг-куратора жизнь в волости заиграла новыми красками.

Пивом посреди дня баловаться не стали, взяли пряный сбитень и перекусить. Репей с утробным стоном вытянул раненую ногу под, откинулся на скамейку.

— Не то чтобы я тебе не доверял, Георгий, — сказал он. — Но с порохом шутки плохи. Ты и сам понимаешь, служилый ведь.

— Я тебе забыл сказать, что после укуса у меня страшенная амнезия. Со слов моего брата, я как заново родился. Очевидных вещей не знаю.

— Да ладно? — опешил Репей. — Я-то думаю, ого, какой смелый да удалой капитан. Ничего не страшится, делает что хочет… А ты вон что!

— Мол, не смелый, а тупой? — усмехнулся я.

— Прикинуться тупым не каждый умный сумеет.

Я кивнул и сказал:

— Ну и что не так с порохом?

— Смертная казнь, Георгий. Хоть за использование, хоть за торговлю. Да даже за хранение, если речь об оружии. Маг-кураторы особливо за этим делом следят повсюду. А если кого поймают, то и все ниточки от него искать будут. Поэтому я молчу. Тебя берегу, и сам целее буду.

— Откуда такое табу?

— Монополия. Из торгового дела слово такое. Эт когда на рынке какой-нибудь товар есть только у одного купца, а других он не пускает. Только здесь речь про силу. А сила должна быть только у магов. Ну, с их точки зрения.

— Есть и другие точки зрения, да?

Репей отхлебнул сбитня, пожал плечами.

— Само собой.

— А что в Заморье? Там маги так не считают?

— Да уж, тяжело тебе придется в столице, Георгий. Страшно тебя туда отпускать. Обманут, ограбят или того хуже — женят!

— Не боись, не обидят. Ты не уходи от вопроса.

— Тут нечего скрывать. Магов в Заморье вовсе нет. Но используется и порох, и пар… Паровые котлы, правда, и у нас прижились, хоть и с опозданием. Больно уж удобная штука — поезда.

Картина мира постепенно стала вырисовываться, но до сих пор была полна белых пятен.

— Зачем жы ты сам связался с порохом, раз это так опасно? — спросил я вполголоса.

— Я купец, — улыбнулся Репей.

Я посмотрел ему в глаза. Он ответил ответил честным взглядом. Честность заключалась в том, что он не будет врать, но и правду не скажет.

— Ладно, — сказал я. — У меня сейчас все равно других дел хватает. Не до пороха. Но интересно, есть ли во всей Державе что-то страшнее?

— Есть… Волколак с порохом — от этого любого мага кондрашка хватит!