Валерий Гуминский – Симбионт (страница 83)
— Конечно, не вопрос, — я отошёл с ним в сторону, махнув рукой девушкам, чтобы не ждали меня. Заметил, что Луиза-Кристина опять оказалась последней, как будто намеренно не хотела уходить раньше меня. Это уже напрягало. Надо бы с ней поговорить, вдруг какие психологические проблемы у девицы?
— Меня зовут Архип Зарайский, — протянул он руку. — Я адъюнкт на кафедре юриспруденции, помощник Ермолая Юрьевича.
— Очень приятно, — пожимаю его узкую ладонь с довольно сильными пальцами. — Ну, меня вы уже знаете, а я вас только мельком видел.
— Ещё доведётся не раз столкнуться, — усмехнулся Зарайский. — Кстати, по этому поводу и хочу с вами поговорить. Я назначен арбитром на дуэль между вами и господином Яковлевым. Обычно подобные мероприятия начинаются через два-три месяца, а тут не успел начаться учебный год, и уже стычка.
— Так бывает, — я пожал плечами. — С господином Яковлевым у меня случился конфликт ещё во время вступительных экзаменов, а раз уж мы попали на один факультет, неприязнь резко набрала обороты. Надо этот вопрос разрешить как можно быстрее.
— Ваше право, — зрачки у Зарайского мгновенно переменили цвет с серого на голубоватый оттенок. Тоже, видать, импланты поставил. Преподавательский состав не гнушался подобных технологий. Ведь ему нужен доступ не только к обширной методологической информации, но и к досье каждого студента. Этот путь гораздо быстрее, чем каждый раз требовать его в деканате. А тут подсоединился к университетскому серверу и нашёл для себя всё нужное. — Я хотел бы уточнить некоторые детали дуэли. Вы оба дали согласие на бой с двумя клинками. Господин Яковлев настаивал драться до крови. Но дуэльный устав университета не позволяет подобных перегибов. Здесь много учащихся из очень влиятельных и богатых семей. Конфликты должны разрешаться обычным способом.
— Чтобы пустить кровь сопернику, нужно сбить доспех, — я усмехнулся. — Яковлев просто играет на публику. Не хочет он до крови, красуется.
— Я тоже так подумал, — кивнул Зарайский. — Значит, с условиями мы определились. Вы будете приглашать своих друзей? Разрешено по десять человек от каждого участника. Можете драться, как вам удобно, но соперник уже пригласил свою «группу поддержки». Советую не пренебрегать подобной возможностью.
— Почему бы и не пригласить? — я не стал возражать. — Да, у меня наберётся несколько знакомых.
— Итак, в девять вечера в дуэльном зале, — снова протянул мне руку адъюнкт. — Вы знаете, где он находится?
— Третий этаж второго корпуса, — кивнул я, сжимая прохладную ладонь Зарайского. — Вход со стороны внутреннего двора.
— Прекрасно. Тогда до встречи. Желаю вам удачи.
Я проводил взглядом Зарайского и вдруг увидел рыжую шевелюру Луизы Ирмер. Она топталась за колонной, словно поджидала меня. Усмехнувшись, перебежками, скрываясь за другими колоннами, приблизился к ней, и неожиданно, как мне показалось, схватил её за плечи. И тут же согнулся от болевого приёма.
— Что за шуточки, Дружинин? — Луиза держала мой локоть на излом, поэтому пошевелиться я не мог. — Кто так к барышне подкатывает?
— Ну, ты же не просто так здесь уши грела, — прокряхтел я и с облегчением почувствовал, что девушка отпустила руку. Ни фига себе, а рыжая-то непростая штучка! — Не первый раз замечаю твои манёвры. Может, скажешь, чего ты от меня хочешь?
— Я думала, ты поромантичнее захочешь предложить дружбу, — усмехнулась Луиза, одёрнув свой жакет.
— Довольно странно слышать это от той, кто не делает попыток сдружиться с коллективом.
— Я приглядываюсь, с кем можно по-настоящему подружиться, — логично сказала Ирмер. — Никогда не любила торопиться. Друзей выбирают на всю жизнь, не хочу ошибиться.
— Дай угадаю, — я пристроился рядом с девушкой, которая неторопливо пошла по коридору. — У тебя всего пара друзей, и те остались дома.
— Со мной трудно дружить, — улыбнулась Луиза-Кристина. — Я слишком избирательна.
— Ладно, бог с ними, с друзьями, — я посмотрел на девушку. — Хочешь сегодня посмотреть на эпичный бой? Приглашаю на дуэль.
— О! Здорово! — к моему удивлению Луиза не стала морщить нос от мужских забав. — Конечно, приду. Уделай этого говнюка Яковлева. Неприятный человек. Одно дело — захватить влияние в группе для собственного эго, а другое — быть таким постоянно.
— Я не самый сильный дуэлянт, — зачем-то предупредил я рыжую, словно заранее оправдывался за будущее фиаско.
— Знаю, — кивнула Ирмер, спускаясь по лестнице, стараясь держаться ближе к перилам, чтобы не мешать студентам, снующим вверх-вниз. — Почитала оренбургские инфосети, групповые сообщества. Но у тебя одна хорошая особенность. Ты не зацикливаешься на поражениях, не рефлексируешь. По-простому, ты раздолбай.
— Спасибо, — я усмехнулся. — Эта самая краткая и лучшая характеристика, которую я слышал. Даже отец ругается на меня куда витиеватее, что успеваешь десять раз зевнуть от скуки.
Мы спустились в холл, подошли к гардеробной, чтобы получить свою одежду. Луиза снова была в кожаной курточке. Я любезно помог ей одеться, потом забрал свою куртку.
— Ладно, пойду я, — рыжая посмотрела на меня и её зрачки поменяли цвет с карего на льдисто-синий. Цвет имплантов. Сколько же у неё вариантов цветовой гаммы? — Не буду тебя отвлекать от подготовки к дуэли. Видишь, даже твоих подружек не видно. Тоже соображают, когда от тебя подальше держаться.
Соображает, как раз, Ванька, который увёл их на прогулку по набережной, пока ещё погода позволяет. Затяжные дожди, которыми пугали метеорологи, где-то задержались, и в Уральске до сих пор властвовало солнечная, умеренно тёплая погода.
— Дуэль в девять, — предупредил я.
— Знаю-знаю, — кивнула Луиза, хлопнув свойски меня по плечу. — Приду.
Андрон Яковлев, облачённый в тонкий спортивный комбинезон чёрного цвета, неторопливо расхаживал вдоль начерченной на полу красной линии, обозначавшей периметр ринга, на котором нам предстояло провести дуэль. На его ногах красовались лёгкие белые мокасины с противоскользящей подошвой. Небрежно помахивая саблями, он настраивался на бой, пока не появился судья и не дал сигнал к началу.
Согласно положению об университетских дуэлях, участники должны быть в тренировочных комбинезонах и лёгкой обуви, поэтому мне тоже пришлось натянуть свой серый костюм, сшитый специально под мою фигуру. Он не сковывал движений, хорошо впитывал пот. Я тоже не стоял на месте и разминал кисти рук простыми движениями, старательно показывая простую технику владения саблями. Настраивался таким образом. Варяг всегда говорил, что правильная оценка возможностей противника — половина выигранного боя.
Дуэльный зал, в котором нам предстояло выяснить отношения, был похож на большой прямоугольный манеж с высоким потолком и антресолями, идущими по всему периметру, на которых зрители могли смотреть за поединками. Кинув взгляд наверх, увидел Ивана, Риту, Маринку, осанистую Аллу Ростоцкую с парой сопровождающих её парней, мне незнакомых, Шакшама и Валька, стоящих чуть поодаль, и с ними — рыжую Луизу. Рядом с ней пристроились Арсен и Глеб. По другую сторону толпились дружки Андрона и громко смеялись, отпуская солёные шуточки в мой адрес. Так как мы с секундантами договорились заранее, кроме меня и пыхтящего от злости Яковлева на площадке никого больше не было.
Адъюнкт Зарайский появился в манеже без пяти девять. В белоснежной рубашке и галстуке-бабочке, в отглаженных брюках и начищенных до блеска туфлях он выглядел, как крупье фешенебельного казино. Встав на середину зала, Архип поманил нас к себе, после чего коротко объяснил правила дуэли.
— Обязан спросить, согласны ли вы прийти к примирению и разойтись миром, пожав друг другу руку?
— Нет, — излишне поспешно сказал Яковлев, будто боясь, что ему больше не представится случая наказать меня. Дай ему волю, он бы распластал меня от плеча до пояса.
— Нет, — я ухмыльнулся прямо в лицо Андрона, заводя его.
— В таком случае бой продолжается до тех пор, пока доспех одного из вас не будет уничтожен, или же оба клинка будут выбиты из рук, — повторил Зарайский и жестом показал нам отойти на позицию — на пять шагов от него в обе стороны. Убедившись, что мы не нарушаем правила, покинул центр манежа и встал у стены, опустив руки по швам. — Бой!
Мы сошлись на середине манежа и замерли. Яковлев вытянул правую руку с саблей, развернув её в плоскость, а сам встал боком, снижая площадь поражения. Его клинки стали покрываться морозными узорами, подобными тем, что появляются на стёклах старых домов. Наверху одобрительно захлопали. Род Яковлевых пестовал Лёд, и Андрон, конечно же, покрылся доспехом Водной Стихии, сотканным из огромного количества ледяных кристаллов, образовавших непробиваемую «снежную кольчугу». Я об этом свойстве уже знал, благодаря Вальку, который несколько вечеров копался в инфосети и доставал материал для изучения тактики-стратегии Андрона. Поэтому никакого пренебрежения к противнику, за что можно серьёзно пострадать.
Я лихо вертанул клинками «восьмёрки», на которых в этот момент расцвели ярко-алые розы, роняя огненные лепестки на пол манежа. Сверху раздался удивлённый вздох. На этот раз у меня получилось эффектно использовать индивидуальную особенность моих сабель. Получилось очень неплохо. Покрывшись доспехом, который переливался жёлто-красными всполохами, я сделал шаг вперёд и лёгким движением рук отбил оружие Яковлева в сторону. И в то же мгновение мы взорвались каскадом разнообразных движений. Мой противник делал упор на «восточные» типы ударов. К примеру, за те доли секунд, что мы схлестнулись в бою, он дважды выполнил режущий удар, который исполнялся плечом и спиной при неподвижных запястье и локте, характерный для воинов Востока, а левый клинок уверенно парировал мои попытки атаковать бок и подмышку.