Валерий Гуминский – Симбионт (страница 82)
Примечание:
[1] Знаменитые рестлеры США
Глава 7
Все оставшиеся дни до дуэли Ванька одолевал меня вопросами, нужен ли мне профессиональный учитель фехтования, чтобы подтянуть некоторые элементы боя на саблях, но что я только отмахивался. Университетская дуэль, оказывается, имела столько условностей, что впору хвататься за голову. Вызов являлся лишь малой толикой тех процедур, которые нужно было пройти. Во-первых, зафиксировать факт вызова в Студенческой Комиссии по дуэльным спорам. Во-вторых, уведомить ректора и получить от него разрешение. Или запрет, что сразу же снимало всю эту дурацкую суету. В-третьих, определиться с секундантами. С ними никаких проблем не возникло. Иван и Шакшам тут же вызвались быть ими. В-четвёртых, определялось количество клинков. С двумя или одним — это на усмотрение того, кому кинули вызов. Я решил биться на двух клинках, чтобы нивелировать возможности Яковлева. Мне шепнули, что Андрона можно победить, если действовать неординарно. Его левая рука имеет небольшую проблему: её периодически сводит от физического напряжения. Поэтому Андрон никогда не затягивает поединки. Значит, нужно нагружать именно её и бить в одну точку. Кстати, инсайдерскую информацию подогнал Гриша — тот самый паренёк-увалень, сопровождавший Аллу в парке, и стоявший, как барашек под ножом. Интересно, зачем Ростоцкой понадобилось помогать мне? Это же явно от неё помощь исходит.
Тем не менее инсайд я принял, не стал кобениться. Угостил Гришу пивом, поговорили о том-сём. Оказывается, родители парня работают на «Аквафине» инженерами-технологами, поэтому он так близко знаком с Аллой. Нет, в свите не состоит, но периодически составляет компанию девушке. Я спросил про Яковлева, действительно ли у него есть виды на Ростоцкую, и получил утвердительный ответ. Да, семья Яковлевых второй год подряд окучивает Германа Исаевича, предлагая соблазнительные проекты, если их дети поженятся. Глава Ростоцких не дал ещё ответа. Что-то его сдерживает. Я ухмыльнулся. Ну да, зачем сразу давать соглашаться, если в Уральск приезжают делегаты из Москвы и Санкт-Петербурга, за чьими спинами маячат такие богатства, что Алла не будет до конца жизни ни в чём нуждаться.
— А сам чем занимаешься? — полюбопытствовал я.
— Установкой киберимплантов в период выращивания клонов, — ошарашил меня Гриша. — Я после окончания Казанского университета вернулся в Уральск и сразу получил приглашение в концерн «Альтаир», сейчас там прохожу двухгодичную практику.
Я присвистнул. «Альтаир» считался чуть ли не передовым концерном по выращиванию клонов. Ничего удивительного, что молодые специалисты рвались работать именно там. Про два года практики Гриша не заливал. Так оно и было. За это время становилось понятно, кто на что способен. Отчислений почти не случалось, каждому находилась должность.
Были ещё «Спутник» и «Пульсар» — конкуренты «Альтаира». Но я подозреваю, за всеми ними стоят люди, объединённые одной целью: взять под контроль технологию рекуперации, которая до сих пор имеет огромный потенциал для развития. Вот кибернетические импланты, к примеру, совсем молодое направление, сейчас активно осваиваемое во всём мире. В России тоже не отстают. Представьте себе, что в созревающий клон, то есть в его ткани, начинают вживлять разнообразные импланты, вроде глазных компьютеризированных систем, способных давать человеку не только обычное зрение с возможностью улучшения и напрямую входить в инфосеть, но и сканировать любой биологический и физический объект с выдачей основных параметров. А укрепление мышц скелета позволит повысить физическую выносливость человека. Да много чего: сосуды из биопластика, дополнительное сердце, баллистические процессоры на ладони, которые позволят привязывать оружие к себе, после чего ни один посторонний не сможет воспользоваться им. Не говоря уже об отслеживании разнообразных вещей, с которых кожные датчики сняли слепки. Но это пока только разработки, как уверил меня Гриша. Ха-ха, так я и поверил. Сто пудов, где-то уже бродят люди, однажды умершие и получившие вторую жизнь в виде кибер-клона.
«Ни хрена себе, сказал я себе, — майор Субботин тоже ошалел от такого рассказа. — А заверните мне, пожалуйста, два таких».
«Хочешь получить тело клона с имплантами? — усмехнулся я. — Или же обычного человека без этих всяких технологических наворотов?»
«Я ещё подумаю, — разумно ответил тёзка. — Мы же созданы по образу и подобию божьему, а вмешательство в смерть человеческую создаёт глубочайшее противоречие с его заповедями».
«Да брось, клонирование уже давно принято церковью, как жизненная необходимость. Мы же находимся в перманентной войне с Европой, которая спит и видит, как завладеть нашими ресурсами. У них-то с ними большие проблемы, особенно в свете технологического рывка. Нужны редкоземельные металлы, энергия, плодородные земли. Это всё есть у нас, поэтому последние двадцать лет идёт подготовка к будущей войне, в которой победит тот, у кого окажутся наиболее продвинутые технологии. Но в России до сих пор считают, что войну выиграет пехота. А значит, людей должно быть много. В этом и смысл рекуперации. Продлить жизнь».
«Насчёт пехоты всё верно, — задумчиво проговорил Субботин. — Но хотелось бы, чтобы у неё были такие технологии, что спасут тысячи жизней. Я не верю, что каждого погибшего солдата заменит его клон. Слишком расточительно для государства».
Я промолчал. А о чём говорить? Всё правильно. Легче создать два-три батальона кибер-солдат, которые поставят на уши тылы противника на всём протяжении боевого соприкосновения. И магии не нужно.
— Ладно, брат, спасибо, — я пожал руку Грише, который допил своё пиво, и выпроводил его наружу. — И Аллу поблагодари, что подкинула такую информацию.
— Она хочет прийти на дуэль, — сказал парень.
— Нафига? — удивился я. Мне, честно говоря, не хотелось, чтобы эта девушка созерцала бой, в котором запросто могу проиграть. Да, свои силы и возможности я оценивал адекватно, несмотря на наличие симбионта.
— Скажем так, ты её заинтересовал после того, как раскидал кодлу Батыра, — усмехнулся Гриша. — Но, как по мне, в пятницу надо водку пить, а не саблей махать. Ладно, пока.
А я вернулся к занятиям на саблях. Ванька где-то гулял с Ритой и Маринкой, давая мне спокойно отработать плохо дающиеся элементы фехтования. Для этого, кстати, в университетском спорткомплексе, предлагалось помещение для тренировок. Когда я туда заглянул, то пришёл в восторг. Оказывается, для одиночных занятий предлагались движущиеся манекены с заложенным в них полной программой обучения. Выбирай любую позицию и маши клинком до седьмого пота. Вот я и махал, купив три часа. Да-да, за манекены пришлось раскошелиться. Удовольствие это недешёвое, но репутация и, возможно, жизнь куда дороже. Перед смертью, конечно, не надышишься, поэтому закончив тренировку, я принял душ, переоделся и потопал в студенческое общежитие. Ванька уже был дома.
— Встретили Яковлева, — поделился он итогами прогулки. — Вёл себя дюже по-свински. Нагло сказал, что покалечит тебя на дуэли, чтобы ты месяца два не смог подняться на ноги.
— Вообще-то на дуэлях запрещено калечить, — я не стал игнорировать браваду Яковлева, этот говнюк мог преподнести сюрприз. — Он совсем с катушек съехал?
— Да дерьмо в голове бурлит, не обращай внимания, — махнул рукой Дубенский. — Мы с Шакшамом были у главного судьи, туда же секунданты Андрона пришли. Решали, как именно вести бой. До первой крови или до уничтожения доспеха.
— Чего решили?
— Выбито оружие из рук — поражение. Сорван доспех — поражение. До крови не дойдёт. Поэтому и говорю, что Яковлев — гнилой позёр, перед девчонками красовался.
— А ещё мне угрожал, чтобы я к Ростоцкой не подкатывал, — усмехнулся я. — Ладно, пойду спать. Завтра день тяжёлый.
На самом деле на меня накатило странное спокойствие. За всё то время, что я начал осваивать бой на саблях, дрался раз десять, не больше. И все дуэли приходились на старшие классы, когда физическая форма позволяла вести поединок одновременно с удержанием доспеха. Да и не дозволялось строжайше боевое фехтование до четырнадцати лет.
Утром встал с лёгкой головой, не обременённой никакими мыслями. Майор Субботин тоже не докучал своими сновидениями. Понимал, что мне нужно настроиться. Вчера мы обсудили стратегию и пришли к согласию. Драться буду я сам, так как у симбионта нет необходимых рефлексов, которые Варяг вдалбливал мне с самого детства. В сабельном бою мои возможности куда сильнее, чем его возможности в рукопашной схватке. Майор не возражал и даже пошутил, что в кои веки будет спокоен за мою шкуру.
Проиграть я не боялся. Как уже говорил, дуэлей у меня было не так много, и в большинстве своём в них я терпел поражение. Отсюда и такое пренебрежение противников к моим возможностям.
Спокойно отсидел все лекции, а по их окончании меня в коридоре поджидал молодой мужчина в безупречном тёмно-синем костюме. Судя по внешнему виду — полукровка. У него был необычный разрез глаз, отчего он походил на лесного кота, и чуточку смугловатая кожа.
— Господин Дружинин? — он безошибочно выделил меня из толпы выходящих студентов. — Можно вас на минуту?