Валерий Филатов – Своё предназначение (страница 42)

– Володь, а мы тебя ждём! – улыбнулась Люба. – Вот, на пруд собрались в парк. Пойдёшь с нами?

– Конечно, только поднимусь переодеться.

Он специально не упомянул про остальных, поняв, что брат с сестрой хотят с ним поговорить. И сделать это подальше от дома.

Всю дорогу до парка Любка весело щебетала, расспрашивая Володьку о планах на будущее. Он в ответ отвечал серьёзно и обстоятельно. Юрка молчал. Иногда кивал, когда сестра спрашивала – «Правда, Юрик?», но как-то задумчиво.

И первым делом, когда Люба сбросила платье и пошла к воде, вихляя попой, Воронов попросил:

– Юра, расскажи мне, что тут произошло, пока меня не было.

Друг Юрка всегда был откровенен, даже когда ему что-то не нравилось, но сейчас явно смутился.

– Я не знаю, Володь. Ходят слухи, сплетни, но никто не может сказать откровенно и прямо. Да и подтверждения этих слухов нет. Я ушёл в армию через две недели после тебя. Ты то, что с дембелем задержался?

– Меня попросили, я и задержался, – уклончиво ответил Воронов. Ведь не скажешь, что после госпиталя отправили снова в часть. – Молодых надо было надрессировать. Так что за слухи?

Юрка вздохнул.

– Любка рассказывала, что после твоего ухода Валерка будто с цепи сорвался – постоянно хотел быть в центре внимания. Сестра говорит – завидовал он тебе…

– Ты чего говоришь?!

– Не кричи, – зашипел Юра. – Любка услышит… Да, да – завидовал. Ты, как мотор – завелся, побежал и все за тобой. А кто лучше всех играл на гитаре и пел? Валерка. Кто лучше всех играл в футбол? Витька. Кто из нас самый остроумный и выдумщик? Генка. Кто самый сильный? Мишка. Но почему-то все смотрели в рот Воронову – как он скажет, так и будет.

– Ты тоже смотрел?

– Я? Нет.

– Тогда почему ты говоришь за всех?

Юрка молчал, наблюдая за сестрой. Люба стояла у кромки воды, испуганно поглядывая в сторону брата и Володьки. Рядом с ней крутились два парня.

– Что за херня?

Володька без раздумий поднялся и, отряхнув ладони от песка, решительно зашагал к ним.

– Твою дивизию! – Юрка двинулся следом.

Не доходя пары метров до Любы, Володька спросил:

– Эй, парни, вам что надо от девушки?

– О, ухажёр нарисовался! – хохотнул один из них. – Да вот, хотим пригласить даму в свою компанию.

Парни явно выпили – запах спиртного донесся до Воронова.

– У дамы уже есть компания.

– Да?! А ты кто такой?

– Я – её друг, – ответил Володька, загораживая девушку.

– А я – её брат, – вставил подскочивший Юрка.

– Ха! – удивился хохотун, – я тоже не прочь побыть её другом… да и не только…

– Эй! – рядом неожиданно раздался мужской окрик. – А ну, отошли от девчонки.

Рядом с Володькой встал мужичок внушительных габаритов и тихонько двинулся в сторону подвыпивших парней. Рядом с покрывала поднялся еще мужчина, отбросив руку спутницы, и еще один … и еще. Вскоре вокруг Любы встала стена из мужских тел.

– Всё, всё, мы пошутили, – попятились желающие пригласить Любу в компанию.

– А ну-ка, шутники, давайте домой, а то солнце жаркое, – предложил внушительный мужичок. – Не ровен час, развезет вас.

Володька обернулся. Юркина сестра посмотрела на него с легким восхищением.

– Спасибо, мужики, – сказал потом Воронов всем, кто стоял рядом с ним, глядя на уходящих несостоявшихся ухажеров.

– Да, не за что.

Его дружески хлопнули по плечу.

С Юркой он так и не поговорил – Люба увидела знакомых девчонок из соседнего дома и позвала их для компании.

Вечером Володька напялил рубашку и брюки, влез в начищенные туфли и отправился к Наташе.

Она открыла дверь, и Воронов увидел длинноногую особу в платье из полупрозрачного белого материала. Наташка, насколько он помнил, всегда умела краситься изысканно, но в то же время – неброско. Да и вообще, отличалась от своих сверстниц такой элегантной утонченностью.

Её платье струилось вдоль тела без складок, умело накрашенные губы, серые глаза под длинными ресницами, серьги в виде длинных висюлек и тщательно уложенные волосы.

– Проходи в комнату, – позвала она и пошла впереди него по коридору. – Туфли можешь не снимать.

Володька шёл сзади и не мог оторвать взгляд от стройного тела Наташки. Ему показалось, что под платье она не одела бельё. В квартире царил вечерний полумрак, и только яркое пятно света от двух свечей на столике в комнате выхватывало часть дивана и сам столик, уставленный угощением.

– Что-нибудь выпьешь? – спросила она, присаживаясь на диван.

– Немного шампанского, – ответил он, опускаясь на другой конец дивана.

– Тогда открывай.

Он немного провозился с пробкой под её насмешливый взгляд, наконец, с легким щелчком открыл бутылку, налил.

– За твоё возвращение, – сказала Наташка.

Шампанское охладило легкими и чуть сладкими пузырьками.

– Кушай, Володя, – предложила девушка. – Наверное, в армии этим не кормили.

Угощение было не тяжелым – фрукты, оливки, икра, немного разных нарезок и вазочек с салатами. Он попробовал один.

– Чёрт! Как вкусно!

Наташа подвинулась к стенке дивана, положив голову на руку, и пила шампанское мелкими глотками.

– Сестричка с братишкой тебе многое успели рассказать? – неожиданно спросила она.

– Ничего не успели, – Володька не отрывался от еды. – Всё так загадочно, что я сгораю от любопытства. Слушай, так вкусно! Давай ещё выпьем?

– Ты хочешь меня напоить? – улыбнулась она. – И чтобы я тебе выложила тайны?

– А почему нет? – Володька наполнил фужеры.

– Ну, всех тайн я тебе не расскажу.

– А все и не надо… Просто, расскажи, что случилось. Мне ведь всё равно расскажут, но хотелось бы услышать от тебя. Не зря же ты спросила про Юрку и Любку.

Девушка сняла босоножки и подвинула ноги под себя. Ткань платья блеснула пустотой в тусклом свете и на секунду показала крепкую и небольшую Наташкину грудь.

– Да, не зря. И не расскажут они ничего – Юрка был в армии, а Любка увидела только окончание действия…

– Что за действие? – нетерпеливо перебил он.

Наташа замолчала. Потом нагнулась к столику, налила полный фужер вина из пузатой бутылки.

– Воронов, ты правда хочешь это услышать?

– Да что вы все, нахрен, скрываете?!