Валерий Филатов – Своё предназначение (страница 24)

– Прошу вас, прекратите! – выдавил из себя директор, – умоляю!

С грохотом его тело резко упало под стол. Дышать стало гораздо легче, но руки и ноги налились тяжестью. Резко ударил в нос неприятный запах.

– Фу! – молодой человек смотрел на лежащего руководителя, перегнувшись через столешницу, – и как вас так угораздило? Что скажет незабвенная Светлана Олеговна?! И что подумает ваша супруга? Она вроде как дочь руководителя идеологического отдела при райкоме партии. Слушайте, может о Светочке рассказать вашей жене? Как думаете, она порадуется за вас?

Директор стал приходить в себя.

– Так вот, Геннадий Иванович, я и есть тот заказчик, – сказал мужчина. – Тот, на котором вы так бессовестно наживаетесь.

Последняя фраза прозвучала насмешливо.

– Воруете бумагу, тискаете на ней «левак». Вам мало приплачивают?

Директор что-то невнятно пробурчал.

– Не слышу! – крикнул незнакомец.

Геннадий Иванович глубоко вздохнул.

– Нормально, – робко выдохнул он.

Мужчина надел очки, подумал, глядя в окно.

– Слушайте сюда, – он поправил очки. – Сегодня вы отдадите все, что успели наварить на «леваке». Шубку не забудьте снять со Светланы Олеговны, и отнести ее в комиссионку, и серьги золотые, что подарили ей на день рождения. Не хватит, займете у тестя. Впрочем, это ваши проблемы. С завтрашнего утра вы не работаете на этой должности. Да поднимайтесь уже!

Директор, кряхтя и постанывая, взгромоздился своим задом на кресло, стыдливо прикрыл листком бумаги пятно на брюках.

– Вы все поняли? – спросил незнакомец.

Геннадий Иванович медленно кивнул, поджав губы.

– Ну, только не надо вынашивать планов мести, – улыбнулся тот, кто называл себя заказчиком. – Это чревато для вашего здоровья. Тем более доказательств у меня навалом.

С этими словами он кинул на стол несколько цветных фотографий, где директор был запечатлен в объятиях Светланы Олеговны в несколько нескромном виде, да лежа на огромной кровати в спальне своей любовницы. Геннадий Иванович скрежетнул зубами в бессильной злости.

– А вот зубками скрипеть не надо, – жестко проговорил незнакомец. – В семь вечера чтоб деньги были готовы. Переведете их вот на этот счет через сберкассу. Я проверю. А, чуть не забыл. Через час приедет новый директор типографии, дела ему передадите. С горкомом партии согласовано. Прощайте.

Абдель не торопился. Он удобно устроился на диванчике в офисе и с наслаждением наблюдал, как Мишель примеряет новое платье. Благодаря этому молодому русскому придурку, которого он встретил на выставке в Москве, дела фирмы пошли в гору. Патрис так вообще только накачивал себя виски в компании симпатичных проституток днями напролет, отдав все на откуп Абделю. Нет, партнер не выбыл из дел совсем, заходил в офис, когда ему требовались деньги на очередные любовные приключения.

– Месье Абдель, к вам посетитель, – раздался из интеркома голос секретаря. – Это по поводу поставок в Россию.

Абдель подпрыгнул. Черт, он получил предоплату от русских еще три месяца назад, но не торопился с отправкой компьютеров, ссылаясь на неготовность партии. А на самом деле он уже потратил половину денег на небольшой домик в пригороде Брюсселя, да и Мишель пришлось купить несколько украшений для приемов, и оставшейся суммы не хватало на оплату даже половины партии. А русские не хотели принимать товар по частям, но, и не были слишком требовательны.

В офис зашел пожилой мужчина в черном костюме. Белая рубашка и темно-синий, в еле заметную полоску галстук. Седые виски, короткая стрижка.

– Месье Абдель, – начал посетитель с заметным акцентом, – советское торгпредство прерывает с вашей фирмой контракт. Вот официальная бумага, – он протянул конверт. – Прошу вас вернуть предоплату, полученную вашей фирмой за поставку товара.

Это был гром среди ясного неба. Абдель не ждал такого поворота событий.

– Но, месье, я не могу вернуть деньги! – вскричал Абдель. – Они потрачены на закупку.

Представитель торгпредства пожал плечами.

– У нас есть данные, что вы не оплатили по счетам фирмы-поставщика. И половина нашей предоплаты потрачена на приобретение вами загородного особняка и ювелирных изделий. Впрочем, это ваши проблемы. И проблемы вашего партнера по фирме. Если деньги не будут возвращены в течение трех дней, то мы вынуждены будем направить иск на вашу фирму в суд, и известим о некоторых ваших доходах налоговый комиссариат. С документальным подтверждением.

Русский кинул на диван конверт.

– Там копии ваших расписок о получении незадекларированных средств. Прощайте, месье Абдель.

Здание в Колпачном переулке было построено в самом зарождении века для барона Кнопа. Теперь здесь располагались городской и областной комитеты комсомола. Первые секретари комитетов не конфликтовали друг с другом, уже давно поделив сферы влияния, и очень хорошо перекидывали с места на место «нашкодивших» функционеров. И озаботились, когда им пришло распоряжение выделить комнату под вновь создаваемый экспериментальный отдел. Распоряжение пришло сверху, от второго секретаря Горкома Партии. Но, Партия сказала – надо, Комсомол ответил – есть.

– Мне нужен кто-нибудь из управления РТ. Не задающий лишних вопросов, и склонный к обогащению.

Кошелев заметно дернулся. Впрочем, как человек опытный, он понимал, что Владимир попросит найти кого-то из этой службы, занимающейся операциями на территории СССР. И в душе сильно надеялся, что такого момента не наступит. Очень лихо «Шеф» решал различные мелкие проблемы, правда, Алексей не присутствовал на «выступлениях» Воронова, и не мог видеть, каким образом они происходят.

– Уже не обойтись без него? – тихо спросил Кошелев.

– Леш, я уже все мозги сломал! – Володька нервно стал мерить шагами новый кабинет. – Сашок этот! Ну, капитан с «Мелодии». Бывший директор типографии. Хрен этот, что в отделе торговли наш парфюм декларирует. Как бы это сказать – они слишком много обо мне знают. Черт с ним, с Абделем. Его в Бельгии прижмут так, что не вздохнет. А наши?

Воронов посмотрел на улицу, подойдя к большому окну.

– А наши? У капитана есть генерал, у директора – тесть не последний человек. Как бы что не вышло…, – Володька сжал губы, обернулся на Кошелева.

Тот напряженно уставившись на столешницу, тихо барабанил по ней пальцами. Дробь ускорилась, зазвучала громче. С последним ударом Алексей встал.

– Я найду такого человека, Владимир Егорович. Пусть будет. А вы найдите выход, чтобы не привлекать его к работе. Поскольку, все равно будет известно – кто, зачем и каким образом. И интерес к нам сразу пропадет, и начнется охота. Структура «засветится», перешагнув ту грань, за которой мы все с вами.

Володька четко уловил бьющие мысли своего начальника службы безопасности. Кошелеву явно не нравились методы, предложенные Вороновым для устранения нежелательных последствий.

– Что ты предлагаешь, Алексей?

Тот склонил голову в некоторой растерянности.

– Предлагаю подумать.

– Согласен, – быстро ответил Володька. – Если сможешь найти выход, буду очень рад.

Алексей поднял голову, глаза его сверкнули радостью. Той, которая бывает после того, когда понимаешь, что не ошибся в выборе.

– Сколько у меня времени, Владимир Егорович?

– Мало. Думаю, пара дней, не больше.

Кошелев кивнул, и стремительно вышел из кабинета.

Первый секретарь обкома комсомола важно вышагивал по коридору в направлении комнаты, где расположился новый экспериментальный отдел в его комитете. Люди, которые туда въехали, вели себя очень странно. Ну, во-первых не пришли к нему знакомиться. Во-вторых, с первого же дня развили бурную деятельность. Постоянно сновали посетители, подъезжали различные машины. Из грузовиков вытащили массу малознакомого секретарю оборудования, где-то все разместили, подключили. Правда, в обкоме Партии ему пояснили, что отдел не будет нуждаться в финансировании, и совать нос туда не следует. Но, познакомиться нужно! Как ни крути, он все же первое лицо в областном комитете комсомола, и отвечать придется ему. Если что не так.

Подходя к искомой двери, он столкнулся с очень озабоченным и спешащим мужчиной в пиджаке свободного покроя. Первый секретарь удивился. Интересно, а что тут делают сотрудники КГБ? Уж этих людей он чуял за версту.

– Э, простите, – секретарь пытался остановить мужчину. – Не подскажете, руководитель отдела на месте?

Он увидел торопливый кивок, и услышал ответ.

– Да. Владимир Егорович в кабинете. Думаю, он ждет вас.

Ответивший мужчина заспешил к выходу из обкома. Секретарь остался немного обескураженным. Решение посетить новых функционеров у него возникло спонтанно, и никто не знал, что он направился в это крыло здания. И уважительное «Владимир Егорович» от сотрудника госбезопасности его слегка насторожило. Значит, этот как его, Воронов, тоже является сотрудником этой организации? Путаясь в догадках, он открыл дверь в кабинет.

– Здравствуйте, товарищ первый секретарь обкома, – встретивший его молодой человек, протянул руку. – Простите, что не навестил вас первым. Обустраиваемся понемногу, хлопот, как видите, невпроворот.

Секретарь автоматически пожал протянутую ладонь, содрогнувшись от взгляда Воронова. Каре-зеленые глаза руководителя экспериментального отдела, будто невидимыми лучами просверлили пару дырок в черепе первого секретаря. Сквозь эти отверстия в мозг проникли тонкие щупальца. Много, много. И каждая клетка мозга оказалась во власти взгляда этого странного молодого мужчины. Создалось ощущение, что если бы Воронов приказал секретарю раздеться до нога и выйти на улицу, тот бы сделал так, не задумываясь. Правда, это ощущение было не долгим. Щупальца мгновенно скрылись, осталось лишь легкое приятное покалывание.