Валерий Чудов – Времена не выбирают (страница 4)

Выслушав его, Дарий спросил, как зовут командира отряда. А когда узнал имя, заколебался. Оказалось, что юноша происходит из богатого и известного персидского рода. Его отец был сторонником Дария и помогал ему взойти на трон. Царь обратился к Коесу:

– Что скажешь, грек?

– Так всё и было, владыка.

– Значит, командир проявил своеволие и его надо наказать. Ну и каково твоё мнение, грек?

– Это твой подданный, владыка, и любое твое решение будет правильным.

– И все же я хочу знать твое мнение. Ведь ты был там.

– Великий владыка, отряд вернулся без потерь и выполнил задание. Геты признали тебя своим царем и готовы прислать послов. Я знаю старейшину того селения. Он никогда бы не позволил своим людям нарушить его решение. Для него – мир важнее всего. Враждебности со стороны гетов не было. Могу сказать, что стрела была скифская. Я видел её. Возможно, кто-то из кочевников прячется на берегу и следит за нами. А что касается наказания, то впереди война, и такие воины, как он, пригодятся на полях сражений.

Дарий рассмеялся:

– Ох, и хитрый же ты, грек. Как ловко ты защищаешь моего человека.

Коес склонил голову и тихо сказал:

– Все мы были когда-то молодыми.

Царь кивнул головой и повернулся к военачальнику:

– Мое решение будет такое: пусть этот воин искупит свою вину в бою. В первых рядах. Что произошло в том селении, я разберусь, когда вернусь из похода. Сейчас у меня нет времени. Скажите командирам, чтобы готовили людей. Завтра утром мы выступаем в путь.

Военачальник поклонился.

– Слушаюсь, владыка, великий и милосердный.

Наутро Дарий вызвал к себе всех ионийских греков, строивших мост:

– Повелеваю вам, разрушить мост, оставить корабли и следовать за мной.

Греки стояли в растерянности. Никто из них не думал, что так повернется дело.

В этот момент вперед выступил Коес:

– Не угодно ли, владыка, выслушать совет человека, желающего блага персидскому царю?

– Говори, – приказал Дарий.

– Владыка, я знаю скифов и их военные повадки. Ты готовишься вторгнуться в такую страну, где не найдёшь ни вспаханного поля, ни населённого города, и в блужданиях по ней нас ждут невзгоды. Прикажи сохранить мост и поручи охрану тем, кто его строил. Если мы найдём скифов, то даже при самых неблагоприятных обстоятельствах остаётся возможность отступления. Если же мы не найдём скифов, то, по крайней мере, обратный путь нам обеспечен. У меня и в мыслях нет, что скифы одолеют нас в битве. Я опасаюсь лишь, что мы не найдём их и погибнем, блуждая по степи. Ты можешь подумать, владыка, что я так говорю ради себя, ибо желаю остаться здесь. Нет, я отказываюсь сторожить мост, и пойду с тобой.

Владыка Персии, немного подумав, согласился:

– И опять ты прав, хитроумный грек. Твой совет кажется мне разумным. Когда я благополучно вернусь сюда, приди ко мне, чтобы я мог достойно вознаградить тебя.

После этого царь приказал принести самый длинный ремень из мягкой кожи и лично завязал на нем шестьдесят узлов. Ремень отдал Гистиею и объявил, обращаясь ко всем грекам:

– Ионийцы, я отменяю свое приказание об уничтожении моста. Возьмите этот ремень. И с того момента, как моё войско скроется из глаз, развязывайте на ремне каждый день по одному узлу. Если минует число дней, обозначенных узлами, а я не вернусь, тогда садитесь на свои корабли и плывите по своим городам. Но до той поры берегите и охраняйте мост. Этим вы окажете мне большую услугу.

Поход Дария оказался неудачным. Скифы не давали ему открытого сражения, а отступали, заманивая противника вглубь страны. Они засыпали колодцы и источники, поджигали степь, истребляли растительность. Персы гнались за скифами, но те были неуловимы. Положение войск Дария становилось все более тяжёлым. Нехватка воды и продовольствия сказывалась на людях. Они были измучены трудными переходами. Да и скифы вскоре изменили тактику. Начали нападать на отдельные персидские отряды, вступая с ними в схватку и обращая их в бегство.

Наступил момент, когда Дарий понял: надо отступать, иначе он погибнет вместе со своим войском. Однажды, когда персы разбили на ночь лагерь и разожгли костры, было объявлено, что царь с отборной частью войска уходит в ночное вылазку на скифов. Кроме того, были оставлены все ослы и мулы. Своим криком они должны были создавать впечатление у противника, что никаких перемен в персидском лагере не произошло. После этого, Дарий форсированным маршем двинулся к Истру.

На следующее утро лагерь огласился воплями и стонами, брошенных на произвол людей. Явившиеся сюда скифы принялись безжалостно убивать и грабить персидских воинов. Здесь же находился молодой перс, бывший командир отряда. Он лежал раненый под палящим солнцем, с полным безразличием ожидая своей участи. Его нашёл брат девушки, которая согласилась сбежать из селения. Он долго мотался по степи вместе со скифами, участвуя в стычках и мечтая о мести. И вот теперь его желание сбылось.

– Где моя сестра? – спросил он у своего противника.

Перс вытащил из мешочка наконечник стрелы и бронзовый браслет.

– Она была убита этой стрелой, когда мы отплыли от берега.

Мститель был поражён. Это был наконечник его стрелы. Значит, сестра пала от его собственной руки. Он сел рядом с врагом и заплакал. Перс в ответ прошептал запекшими от жажды губами:

– Мои слезы давно уже высохли.

Через некоторое время гет встал. Лицо его было решительное.

– Будь ты проклят! – воскликнул он и воткнул меч в грудь перса. Потом сел на коня и ускакал в степь. Наконечник стрелы и браслет теперь хранился на его груди. Потом, он продолжил свою войну вместе со скифами и гнался за персами до самого Истра.

Греки терпеливо ждали Дария, охраняя мост. Каждый день они развязывали один узел. И вот, когда на ремне остался последний не развязанный узел, на берегу Истра появилась скифская конница.

– Ионийцы, – крикнул предводитель отряда, – знайте, что Дарий бежит, как заяц. Мы нанесли ему такой удар, что он уже ни на кого не пойдёт войной. Разрушайте мост, отправляйтесь в свои города и благодарите богов и нас, скифов, за свою свободу.

Хитрые греки решили по-своему. На тайном совещании они приняли решение ждать персидского царя. Однако не рискнули отклонить требования скифов о разрушении моста. Так как было ясно: кочевники не остановятся перед тем, чтобы силой заставить их выполнить свое требование. Или же разрушат сооружение сами. Поэтому, для вида греки разобрали на полет стрелы часть моста, прилегавшую к левому берегу, и заверили скифов, что разберут и остальное.

Скифы поверили грекам, снялись с места и ускакали в степь. А ионийцы прекратили разбирать настил моста.

Дария спасло то, что скифы искали его преимущественно у дорог, вблизи которых были хорошие пастбища для лошадей. Скифы были уверены, что неприятель выберет именно этот путь для возвращения к Истру. В действительности же персы шли обратно по своим прежним проложенным следам, через выжженные степи. Добрались они до Истра лишь на десятый день, сверх положенных шестидесяти.

Была глубокая ночь. Когда выяснилось, что мост разрушен, в войске началась паника. В царской свите был египтянин с зычным голосом. По приказанию владыки он вышел к реке и позвал Гистиея. Греки, услышав его голос, подплыли на кораблях к берегу и быстро навели мост. Персы успокоились лишь тогда, когда очутились на правом берегу Истра.

Скифский поход Дария закончился.

Молодой гет, брат девушки, вернулся в селение и объявил всем, что персы ушли за реку. Здесь они больше никогда не появятся.

Вечером, оставшись наедине с отцом, он положил перед ним наконечник стрелы и браслет.

– Пущенная мной стрела, по случайности, убила мою сестру. А я своими руками убил перса, который увез ее. Теперь не знаю, как жить дальше.

Отец накрыл ладонью два лежащих перед ним предмета и после некоторого молчания ответил:

– Пришло время отправлять вестника к нашему богу Салмоксису, чтобы передать ему то, в чем мы нуждаемся.

– Я понял, отец, и готов стать вестником, без жребия.

На следующее утро о решении юноши стало известно всем жителям.

Через несколько дней, в главном святилище гетов, которое было в северной части за холмом, собралось почти всё население поселка.

Десяток юношей выстроились в ряд, трое из них держали металлические копья. Рядом стоял юноша, сын старейшины. Он был одет во все белое. Лицо его было серьёзным и сосредоточенным.

К нему подошел жрец и спросил:

– Ты запомнил всё, что должен передать богу?

– Да.

Жрец поднял руки, запрокинул голову и стал просить бога Салмоксиса принять их вестника. Потом он отошёл в сторону и приказал: «Начинайте!». Вестник лёг на землю, четверо юношей взяли его за руки и ноги и, раскачав, подбросили вверх, так, чтобы он упал на копья. Копья пронзили тело насквозь. Юноша не издал и стона. Жрец подошёл к жертве. Вестник был мёртв. Это был знак божественной милости. Если бы юноша не умер, его бы объявили злодеем. А к богу пришлось отправлять другого человека.

Жрец повернулся к людям и крикнул:

– Салмоксис принял нашего вестника! Он выслушает наши пожелания!

Вздох облегчения прошел среди жителей селения. Значит, будет мир на их земле.

Осенью собрали хороший урожай. Не было потерь среди скота.

И к ним опять пришли греческие суда, чтобы торговать.

Кровавая схватка