Валерий Антонов – Путь Хайдеггера. Том 28. Путеводитель по GA 99 - 100 (страница 2)
критика ветхозаветного монотеизма как структуры тирании;
различение
Часть II: GA 100 — «Бдения I–II. Ноктюрно I» (1952–1957).
Ключевые блоки:
критика эпохи постава (Ge-Stell) как способа раскрытия истины, при котором всё сущее предстаёт как запас (Bestand);
фундаментальное различение: представляющее мышление (Vor-stellen) → от-сказывающее мышление (Ent-sagen);
понятия: спай (Fuge), раскованность (Gelassenheit), последний Бог (der letzte Gott), смерть как «гора-утаение бытия» (Gebirg des Seyns);
размышления о Сезанне (гора Сент-Виктуар как символ преодоления-превращения забытости различия);
атомный век и запуск спутника как знак того, что земля «окружена поставом».
Каждая часть снабжена тематическими указателями, составленными на основе авторских Stichwortverzeichnisse, но с аналитическими комментариями и отсылками к дискуссионным аспектам.
5. О статусе «Чёрных тетрадей» и их жанре.
GA 99–100 — часть обширного корпуса из 34 «Чёрных тетрадей», создававшихся с октября 1931 до начала 1970-х годов. Жанровое разнообразие этого корпуса показательно:
«Размышления» (Überlegungen) — более аналитические;
«Примечания» (Anmerkungen) — фрагментарные;
«Бдения» (Vigiliae) и «Ноктюрно» (Notturno) — с оттенком ночной сосредоточенности;
«Знаки» (Winke) — намёчные и непрямые;
«Предварительное» (Vorläufiges) — сознательно незавершённое.
Каждое заглавие задаёт определённую тональность. «Vigiliae» — бдения перед праздником, время ожидания и сокрытия. «Notturno» — ночная музыка, мышление, обращённое к тому, что не выносимо при дневном свете публичности.
Хайдеггер сам составил указатели для большинства тетрадей (исключая «Размышления XV»). Это означает, что он рассматривал эти записи не как случайные наброски, а как связное целое, требующее инструментов навигации. Указатели являются частью текста, а не внешним дополнением — они превращают чтение в лабиринт, где каждая отсылка ведёт в новый лабиринт.
6. Для кого этот путеводитель?
Том адресован не только специалистам по феноменологии и герменевтике, но и тем, кто впервые сталкивается с поздним Хайдеггером и «Чёрными тетрадями». Мы исходим из того, что понимание здесь не равно информации. Путеводитель не даёт готовых ответов на вопрос «что хотел сказать автор?», а скорее вводит в те
Как пишет сам Хайдеггер в GA 99:
Настоящая книга — попытка сделать этот «полевой путь» проходимым, не превращая его в асфальтированное шоссе метафизической терминологии. Путеводитель не заменяет хождения; он лишь указывает на тропы, которые каждый должен пройти сам — или не пройти.
7. Замечание о переводческой стратегии.
В отличие от всех существующих переводов «Чёрных тетрадей» на европейские языки (английский, французский, итальянский), мы сознательно сохраняем:
→ дефисные написания —
→ архаичные формы —
→ графические отсылки —
Это не филологическое кокетство и не дань оригиналу. Дефис останавливает автоматическое чтение, заставляя
Однако мы отдаём себе отчёт в том, что любая реконструкция, которая не учитывает несемантических операторов (зачёркиваний, нажима пера, цвета карандаша, расположения текста на странице), остаётся слепой к главному — к тому, что Хайдеггер называет «сказанием различия» как событию, а не информации. Поэтому данный путеводитель предлагается не как окончательная интерпретация, а как приглашение к собственному в-хождению.
Аналитическая реконструкция содержания тома 99: скрытые особенности и дискуссионные аспекты.
0. Вводное замечание о методе реконструкции
Том 99 не поддаётся линейному пересказу. Его содержание не столько «излагается», сколько совершается в пространстве письма, где смысл порождается не только тем,
I. Жанрово-архитектоническая специфика.
1. Обратная нумерация как событийный жест
«IV – I» – это не просто техническая странность. В обычном тексте нумерация ведёт от основания к выводам, от причины к следствию, от начала к концу. Обратный порядок в стихотворении «Vier Hefte» (IV. Мир, III. Зерно, II. Боль, I. Свет) имитирует эсхатологический разворот времени, где конец (просвет забвения) оказывается тем, к чему всё время шли, но что никогда не было «впереди» в хронологическом смысле.
Это не ход мысли от основания к выводам, а в-хождение (Einkehr): читатель не движется от посылок к заключению, а погружается в мир, чтобы затем, через боль и томление света, оказаться у робкого ожидания просвета. Обратная нумерация, таким образом, является двигательной инструкцией: мыслить нужно не поступательно, а возвратно, входя в то, что всегда уже было близко, но оставалось не-броским.
Дискуссионный аспект: Не является ли эта обратность насильственной по отношению к читателю, привыкшему к линейному аргументу? Возможно, автор сознательно создаёт барьер, чтобы отсечь тех, кто ищет «информацию», и оставить только тех, кто готов к событийному в-хождению.
2. Параграфы, зачёркивания, графические элементы, отточия, обрывы как семантические операторы.
В издании эти элементы воспроизводятся по возможности точно. Они не случайны и не являются дефектами рукописи. Это семантические операторы (термин, который можно ввести для анализа «Чёрных тетрадей»): знаки, которые не несут содержания, но модифицируют способ присутствия содержания.
Зачёркивания – не исправление ошибки, а жест уязвления (Verwindung): слово или фраза не отменяется, а проводится через уязвление, оставляя след.
Отточия («...») – не указание на пропуск, а визуализация молчания: пауза, в которой не-сказанное приходит к своему слову.
Обрывы (прерванные строки) – имитация разрыва (Riß), который не есть ошибка, а есть само существо различия.
Графические элементы (стрелки, линии, рамки) – не украшения, а топографические метки: они показывают не последовательность, а соседство (Nachbarschaft) понятий, их игру-зеркала.
Дискуссионный аспект: Воспроизводя эти элементы в печатном издании, издатель берёт на себя ответственность за их интерпретацию. Но не является ли это превращением события в факсимиле? Возможно, подлинное чтение должно было бы происходить с оригиналом, где чернила, нажим, цвет карандаша тоже имеют значение.
3. Самодельные указатели как герменевтический лабиринт.
Автор составил указатели для большинства «Чёрных тетрадей» (исключая «Размышления XV»). Это не просто справочный аппарат, а герменевтический жест: автор возвращается к собственным записям, часто спустя годы, и создаёт инструмент навигации. Но указатели не упрощают доступ, а усложняют его, потому что:
они отсылают не к «темам», а к событийным узлам (например, «Забвение различия» отсылает на десятки страниц, где это понятие не разъясняется, а варьируется);
они составлены самим автором, то есть являются частью текста, а не внешним дополнением;
они превращают чтение в лабиринт: чтобы понять одно место, нужно пройти по всем отсылкам, но каждая отсылка ведёт в новый лабиринт.
Дискуссионный аспект: Не является ли это мистификацией – созданием ложной глубины? Или, напротив, это акт честности: автор показывает, что его мысль не может быть схвачена в линейном изложении, только в кружении по следам.
II. Язык, сказание, собеседование, тишина (дополнение скрытых особенностей).
4. Глагольное vs. именное как событийная грамматика
Автор утверждает, что язык должен стать «более глагольным», а именное (существительные) есть «окаменения», которые должны расплавиться. Это не призыв писать одними глаголами, а онтологическая грамматика:
Именное фиксирует сущее как предмет, оно
Глагольное указывает на длящееся присутствие, на время-пребывание.
В этом смысле такие неологизмы, как
Дискуссионный аспект: Работает ли это в немецком языке, но теряется ли в переводах? В русском, например, «мир-ует» звучит архаично и может быть воспринято как стилизация, а не как философский термин. Это ставит вопрос о принципиальной непереводимости таких текстов.
III. Событие, рас-своение, кротость (дополнение скрытых особенностей).