Валерий Антонов – Неокантианство. Десятый том. Сборник эссе, статей, текстов книг (страница 14)

Отталкиваясь от Риккерта, Бродер Христиансен все же стремится перейти к новому основанию метафизики: Erkenntnistheorie und Psychologie des Erkennens, Hanau 1902; Philosophie der Kunst, Hanau 1909; Selbstbewußtsein, Berlin 1912. Христиансен, резко критикуя как Канта, так и неокантианство, не считает познание метафизического невозможным. Хотя она трансцендентна природе, она имманентна познающему субъекту и поэтому может быть постигнута. Христиансен отрицает непосредственное психическое самовосприятие. – Фридрих Кунце (род. 1881 г., частный преподаватель в Берлине) отошел от Риккерта, но в решающих моментах, например, в организации науки, он отходит от него, приближаясь к Гуссерлю, Кантору и Фреге. «Die kritische Lehre von der Objektivität», Heidelberg 1906 г. – Отечественный экономист и политик Макс Вебер (1864—1921, профессор в Гейдельберге в течение многих лет, в последнее время в Мюнхене), более тесно занимавшийся методологией отечественной экономики, также был близок к школе Баден-Канта. Отвергая нормативные тенденции, он рассматривал общественные науки как чисто описательные по своей природе. «Gesammelte Schriften zur Wissenschaftslehre», Tübingen 1922 и др.

Гюго Мюнстерберг родился в Данциге в 1863 г., изучал философию и естественные науки в Женеве, Лейпциге и Гейдельберге в 1882—87 гг.; с 1887 г. – приват-доцент во Фрайбурге, с 1891 г. – доцент. С 1892 г. – профессор психологии и директор психологической лаборатории Гарвардского университета в Кембридже (штат Массачусетс, Америка). – Философия Мюнстерберга представляет собой «синтез идеализма Фихте с физиологической психологией нашего времени». В области эпистемологии он самостоятельно сочетает тенденции Баденской и Марбургской школ, а также, вероятно, и Дильтея, последовательно реализуя их. Точка зрения Мюнстерберга отчетливо проявляется уже в «Основах психологии». Он также разделяет мнение о том, что реальность существует не вне нашего познания, а только через него. Познание – это не представление, а скорее установка значений (установка значений бытия и контекста). По отношению к природе Мюнстерберг представляет механистический взгляд на мир. Витализм – это мистицизм. Волевые акты также являются чисто механическими процессами. Природа стоит в одном ряду с психическим миром. Оба находятся в отношениях параллелизма. Идеалом психологии должна быть такая же замкнутая атомистика сознания, как физика – атомистика природы. Для этого психическое должно быть разложено на сенсорные элементы. Мюнстерберг занимает явно сенсуалистическую позицию. Однако для него сенсорные элементы не являются конечными элементами психики, за ними стоят еще более простые первоэлементы, которые, соединяясь и комбинируясь друг с другом, порождают простые на первый взгляд сенсорные явления. Весь физический и психологический мир имеют вторичный характер. Они представляют собой интеллектуальную обработку («овеществление») непосредственного мира опыта; к ним относятся также пространство и время. Это отделение объекта от субъекта еще не влечет за собой дуализма.

Объект изначально имеет только один вид – ни физический, ни психический. Физическое и психическое отрицательно различаются тем, что первое пространственно, а второе непространственно. Психическое – это то, что дано индивидуальному сознанию, физическое – то, что дано сознанию вообще: оно может быть найдено только в нем, а не в индивидуальном сознании. Мир природы, возникающий таким образом в познании, является полностью надличностным. Задача науки – полностью исключить из него все субъективное (например, качества органов чувств).

Мир непосредственного опыта существенно отличается от мира природы и психологии. В нем нет ни природных объектов, ни чувственных явлений. Это мир ценностно-волевых отношений между субъектами. Реальность других людей не развертывается в реальной жизни, не воспринимается, а непосредственно переживается. Уверенность в реальности других субъектов логически предшествует представлению о существующих объектах. Первым является не «восприятие» других предметов, это уже овеществление, первым является скорее их узнавание. И абсолютной перегородки между ними не существует. Согласно Мюнстербергу, там, где я действительно понимаю другого человека, я становлюсь с ним единым целым в буквальном смысле слова. Этот мир переживаний не замкнут в границах времени. Волевые акты вневременны или довременны, поскольку время возникает только в рамках актуального восприятия. Точно так же внешний по отношению к субъекту мир означает лишь то, что мир является объектом воли. Мы также не воспринимаем в действительности наши волевые акты и направленные на нас импульсы, но переживаем их: «Мы не находим их как предметы, но утверждаем или отрицаем их и знаем о себе именно потому, что переживаем их». Субъектные акты – это сфера истории, которая, следовательно, имеет отношение к вневременному, поскольку время и пространство – это только формы объектов. «Если мы подменяем реальных субъектов темпорально и пространственно обусловленными психофизическими индивидами, то они перестают быть реальными историческими личностями, так что эта подмена обусловливает также необходимость субъективирующего сопереживания для описания, а значит, и начало подлинно исторического наблюдения». Цель историка – установить систематическую связь между интенциями, подобно тому как опытные объекты вписываются в опытную природу. Для этого из неисчерпаемого многообразия интенций она отбирает существенные, общезначимые. В отличие от психолога, историк не ищет причинно-следственной связи. Предметы исследования принадлежат миру свободы. – Помимо уже упомянутых дисциплин – физики, психологии и истории – четвертой дисциплиной является дисциплина о намерениях, нормативная наука. Подобно тому как природа надлична, так и этические и эстетические ценности надличны. Мюнстерберг борется против растворения ценностей в простом намерении. Хотя они также представляют собой интенцию, но это интенция, которая также является волей, но волей с надиндивидуальной тенденцией, претендующей на то, чтобы быть волей каждого субъекта. Если «Основы психологии» ставили своей целью дать эпистемологическое обоснование эмпирической психологии, то «Философия ценностей» пытается дать замкнутую философскую систему. Ее предметом является не только мир ценностей в обычном понимании (этика, эстетика), но и охватывает области, известные как логика, эпистемология и метафизика. Программа Виндельбанда по растворению их всех в теории ценностей реализуется здесь в широком масштабе. Основой, которую невозможно вывести далее, является «изначальный акт, не имеющий ничего общего с удовольствием, который придает нашему существованию вечный смысл и без которого жизнь – черствый сон, хаос, ничто», а именно «воля к тому, что мир существует, что содержание нашего опыта должно поэтому не только рассматриваться нами как опыт, но и самостоятельно утверждать себя в самом себе». Эта воля есть акт свободы, к которому никто не может быть принужден. Как только этот акт утверждения независимого мира произошел, он включает в себя все остальные ценности как следствие. Эти ценности абсолютны («чистые ценности»), они не зависят от удовольствия и неудовольствия. Удовлетворение, которое они приносят, – это чистое удовлетворение воли, а не удовольствие.

Все ценности являются следствием требования существования реальности, они представляют собой самоутверждение мира. Мюнстерберг различает два основных класса ценностей: непосредственно заданные ценности, или жизненные ценности, и целенаправленно созданные ценности, или культурные ценности. Сфера, в которой возникают эти ценности, трояка: внешний мир (предметы, вещи), со-мир (мир субъектов) и внутренний мир (индивидуальный субъект). В каждом из двух основных классов Мюнстерберг, в свою очередь, выделяет четыре группы ценностей. В области жизненных ценностей они следующие: первая группа вытекает из самосохранения мира: это логические ценности, ценности существования – они являются объектом признания. Это вещи (объекты), существа (субъекты) и суждения. Вторые ценности вытекают из требования соответствия мира самому себе: эстетические ценности – они являются объектом радости. Соответствие вещей приводит к эстетической гармонии, соответствие субъектов – к любви, соответствие субъекта самому себе – к счастью. Самоутверждение мира приводит к этическим ценностям, ценностям развития – они являются объектом возвышения. По отношению к вещам – это рост, по отношению к предметному миру – прогресс, по отношению к индивидуальному субъекту – саморазвитие. Четвертая группа ценностей – это то, что является результатом самосовершенствования мира: метафизические ценности, ценности Бога – они являются предметом веры. Ценность творения – результат для мира вещей, ценность откровения – для мира субъекта, ценность искупления – для внутреннего мира субъекта. До сих пор речь шла о непосредственно установленных ценностях. В дополнение к ним теперь существуют точно соответствующие целенаправленно созданные ценности. В области логических значений это контекстуальные значения, они являются объектом познания. Для мира вещей это природа, для предметного мира – история, для внутреннего мира – разум или целостная система оценок. Целенаправленно созданные эстетические ценности – это ценности красоты, они являются объектом преданности. Мир вещей ведет к изобразительному искусству, предметный мир – к поэзии, внутренний мир – к музыке. Целенаправленно созданные этические ценности – это ценности достижения, они являются объектом признания. В мире вещей это приводит к экономике (абсолютную ценность которой ярко подчеркивает Мюнстерберг, уступая здесь приоритет американскому духу), в предметном мире – к праву, во внутреннем мире – к морали. Наконец, целенаправленно созданные метафизические ценности являются фундаментальными ценностями, они – предмет убеждения. В сфере мира вещей возникает Вселенная, в предметном мире – человечество, во внутреннем мире – суперэго. Метафизические ценности представляют собой объединение трех других групп ценностей: «жизненная ценность, выполняющая эту задачу, дана в религии, культурная – в философии». И те, и другие требуют выхода за пределы опыта. Различные группы ценностей в равной степени подчинены друг другу, они не зависят друг от друга, поэтому за ними стоит первопричина. Такой объединяющей ценностью является сакральное. Все ценности – это формы выражения, актуализации этой последней. Это суперэго, акт. Каждое отдельное «я» является частью этого изначального стремления. «Мир – это акт. Акт в целостности включает в себя согласованность, единство и достижение». – В области психологии, помимо отмеченных выше моментов, особое значение имеют сенсуалистическая теория воли Мюнстерберга, стремящаяся растворить волю в одних лишь ощущениях, и его попытка применить психологию к экономической жизни в прикладной психологии (психотехнике). Его работы об Америке также имеют культурное значение.