Валентина Зайцева – Сделка с Богом Смерти. Бессмертные (страница 5)

Широко раскрыв глаза, она машет руками и падает в бездну.

Я мог бы позволить ей умереть. Она погибнет в огненной реке Нави, и её хватка надо мной исчезнет.

Но я справедливый бог. Как бы я ни ненавидел её за эти оковы, в ней нет зла.

Я могу спасти её и остаться верным себе.

Или позволить ей упасть и стать свободным.

Глава 3

Злата

Я падаю в пустоту Ямы. Я умру.

Мой идиотизм сделает жертву Даны бессмысленной.

Чья-то рука хватает меня за запястье и вытаскивает на твёрдую землю.

Чернобог тянет меня от края Ямы. Я наваливаюсь на него, задыхаясь от шока, от того, что едва не произошло.

Его мантия исчезла, когда он принял человеческую форму. Его голая грудь гладкая, словно вырезанная из мрамора. Твёрдые мускулы перекатываются под атласной кожей, когда он хватает меня за плечи и уводит от бездны.

— Неуклюжая, глупая девчонка, — тихо и сердито говорит он. — Неудивительно, что тебе нужна помощь. Ты какая-то правительница, да?

— Царица, — огрызаюсь я сквозь зубы.

— Некомпетентная царица, спотыкающаяся насмерть о собственные ноги.

— Ты заставил меня упасть.

— Я не заставлял тебя ничего делать. Ты восприняла угрозу и отреагировала глупо.

Мои нервы на пределе, ярость и горе воют в моём сознании. Хочется закричать и разодрать его ногтями.

Вместо этого я замахиваюсь и бью его по лицу. Его голова откидывается от удара. Мои замёрзшие пальцы онемели, я едва чувствую боль.

Вдруг я ощущаю пустоту в руках и лихорадочно осматриваю лозы в поисках кинжала Дамира.

— О нет… нет, нет…

Я уронила его. В эту бездонную яму.

В груди набухает кровавый ком, готовый лопнуть. Я зажимаю переносицу, стараясь не заплакать перед повелителем мёртвых.

— Смертные, — его тон полон насмешки.

— Я потеряла кинжал брата, придурок, — огрызаюсь я, поворачиваясь к нему спиной, и иду к опушке, где ждут стражники и слуги, застывшие от страха.

— Всё сделано, — тихо говорю я. — Бог смерти здесь и поможет нам. Вы четверо никому об этом не скажете, понятно?

Они молча кивают.

— Мы сбросим девять тел в Яму, — продолжаю я. — Нет смысла везти их в город, всё равно пришлось бы сжигать. Но тело Даны заберём. Её похоронят с высшими почестями…

Мой голос срывается.

— Спасибо, — говорю я стражнику. — Приступайте. Я разберусь с ним.

Они спешат исполнять, а я поворачиваюсь к Чернобогу.

— Ты можешь что-нибудь сделать с этим? — Я указываю на него: чёрная кожа, синие глаза.

— А что?

— Мой народ и так пережил многое. Не хочу, чтобы они видели демона.

Его глаза сужаются, но он отвечает шутливым поклоном, раскинув руки, синие глаза устремлены на меня.

— Как пожелает Ваше Величество. На данный момент.

Низкий тон последних слов посылает дрожь по спине. Я втягиваю воздух, скрывая изумление, когда его кожа светлеет до загара, а синие глаза тускнеют до тёмно-голубого неба.

Я не ожидала, что бог станет таким… красивым мужчиной с выразительными скулами, пухлыми губами и подтянутым телом.

Не то чтобы это меня волновало.

Когда он вырвался из Ямы в своей высокой, неземной форме, с громовым голосом, я чуть не закричала. Его появление было слишком для моих нервов. Я думала, что сойду с ума.

Но я превратила страх в ярость. Ради Даны, погибшей за этот обряд. Будь я проклята, если не подчиню его и не спасу её сестёр.

Оставив Чернобога у кареты, я помогаю стражникам и слугам с телами. Сама беру Лану, осторожно подтягиваю к краю Ямы, складываю её руки на груди, шепчу последнее «прощай» и отправляю в темноту.

Мысли разрывают голову, пока я стою на коленях у Ямы.

На коленях будут синяки от этих лоз.

Два ногтя сломаны.

Кровь засохла на пальцах, трескается на сгибах.

Я так голодна, что тошнит. Когда я ела?

Не уверена, хватит ли сил встать.

Но это не важно.

Я не ожидала, что бог явится. Но он здесь, и я должна решить, что с ним делать. Ест ли он? Спит? Ходит в туалет? Какую одежду носит? Потому что полуголым по дворцу он точно ходить не будет.

Сначала я отвезу его в дом Даны. Он пощадит её сестёр, и, может, тогда я смогу осознать, что за день потеряла двух лучших подруг.

Стражники завернули тело Даны в покрывала и унесли во вторую карету. Я подобрала книгу обрядов и забралась в экипаж, жестом велев Чернобогу следовать.

— Год, — тихо рычит он. — О чём ты думала?

Карета трогается.

— Я удивлена, что никто не пытался связать тебя так надолго.

— Они высказывали просьбы коротко и ясно, — парирует он. — Я выполнял их и возвращался в Навь. Так это должно работать.

— Твоё царство и души в нём — они будут в порядке без тебя?

— Какое-то время, да, — неохотно отвечает он. — Моя воля управляет Навью, даже когда меня нет. Но я никогда не покидал её так надолго. Не знаю, что будет, если я отсутствую неделю, не говоря о годе.

Я чувствую его взгляд.

— Полагаю, когда придёт моё время явиться в твоё царство, я пожалею об этом, — говорю я.

— О да. Я лично прослежу за судом над твоей душой, — в его тоне злобное ликование.

— Делай, что хочешь, — рассеянно отвечаю я. — Пока ты связан со мной и я могу спасти как можно больше жизней, мне всё равно, как ты меня накажешь.

Глава 4

Чернобог

Я не интересуюсь интимными отношениями, но за века узнал о них немало, судя души в Горниле Навь.