Валентина Зайцева – Обитель Короля снов (страница 28)

Его взгляд метнулся к двери, затем на меня.

— Хочешь, чтобы я пошла с тобой через двери? — После того, что было, добавила я про себя.

— Только если сама захочешь.

Я вскочила, схватив шоколадку, неожиданно взволнованная возможностью вернуться в сны.

Грезар взял меня за руку, и мы вместе шагнули через дверь во тьму.

— Если не могу заставить тебя уйти, ты больше не исчезнешь из моего поля зрения.

Глава 14

Дни пролетали в дымке снов, и их было много, очень много. Счастливые лица, светлые воспоминания и, к счастью, ничего похожего на тот первый кошмар, что я видела с Грезаром.

— Это второй по частоте сон, — заметил Грезар, когда голый мужчина оказался в центре магазина и посмотрел вниз. Я хихикнула, увидев шок на его лице. Один за другим люди вокруг начали указывать на него и смеяться. Их хохот подстегнул мой, и я залилась смехом, когда бедняга отчаянно пытался прикрыться банкой огурцов.

— Публичное обнажение, — сказал Грезар, стиснув зубы, хотя мне показалось, что уголок его рта чуть дрогнул.

Мужчина уронил банку, и я не выдержала. Слезы текли по лицу от смеха.

— Пойдем, хватит с тебя, — сказал Грезар, схватив меня за руку и наполовину ведя, наполовину таща из магазина обратно в лес.

— Прости, — хихикнула я. — Как можно не смеяться?

— Ничто не смешно, когда видишь это миллион раз. Эта сцена повторяется тысячи раз за ночь. У большинства людей такой сон был хоть раз. Молодых, старых, мужчин, женщин. Иногда в магазине, иногда на работе. Со временем это надоедает.

Только Грезар мог смотреть на такое уморительное зрелище и не улыбнуться. Где-то в нем отсутствовал чип юмора.

— А первый? — спросила я, когда дверь отъехала, и на её месте появилась другая.

— Первый что?

— Ты сказал, публичное обнажение — второй по частоте сон. Какой первый?

— Выпадение зубов, — ответил он, открывая новую дверь.

Я сморщилась.

— Фу.

— Я не говорил, что он приятный. Идешь?

Я последовала за ним. Как и все сны, этот начался с тьмы. К моей радости, вокруг сформировалась библиотека. Библиотеки были моим спасением во Владимире. Без денег на книги я проводила редкое свободное время, читая в местной библиотеке. Эта не поражала размерами или стилем, как огромная современная библиотека в центре Владимира, но уютом превосходила всё. И хотя казалась меньше, ряды полок тянулись в бесконечность, вызывая трепет.

— Это потрясающе! — взвизгнула я и бросилась к ближайшему стеллажу. На нем были биографии знаменитостей, в основном из семидесятых, но попадались и современные. Я искала хозяина сна. Если кто-то его видит, он должен быть здесь.

—Александр!

Старушечий голос раздался сзади. Она пробежала мимо меня и обняла Грезара, пока я смотрела.

Она поцеловала его в щеку, оставив след помады, затем вытащила платок, лизнула его и заботливо вытерла пятно.

— Боже, как ты вырос. Клянусь, ты становишься выше с каждой встречей.

В её голосе звучала такая теплота.

— Хорошо ли ты ешь?

— Да, мама.

Я остолбенела, не скрывая шока. Это мама Грезара? Эта крохотная старушка? Она была человеком. Во всех моих фантазиях о его происхождении я не могла представить такой сценарий.

Рожденный дьяволом в адском пламени — может быть, но это? Я была ошеломлена.

— Дай найду тебе хорошую книгу. Знаю, как одиноко в лесу… — Она посмотрела на меня. — Хотя ты не один, правда? Завел подругу? Пора, родной. Ты долго был один.

— Вы меня видите? — выпалила я, не понимая, что происходит. Во всех снах никто не замечал ни меня, ни Грезара. И Александр? Его зовут Александр?

Что за чертовщина?

Она улыбнулась, её глаза сморщились.

— Конечно, дитя. Почему бы мне тебя не видеть? — Она повернулась к Грезару. — Она прелестная.

Грезар кивнул и… улыбнулся. Улыбнулся! Показал зубы в неугрожающей манере. Всё, я схожу с ума.

— О, книга! — Она всплеснула руками, будто вспомнила. — Не знаю, нужна ли тебе книга, раз у тебя теперь есть девушка для компании по ночам, но у меня их много. Сейчас вернусь.

Я покраснела от её намеков, пока она спешила в проход.

— Она тебя видела! — прошептала я, игнорируя её мысли о том, что я сплю с… Александром.

Грезар тихо подтвердил, не смущенный происходящим безумием.

— Но никто тебя не видит.

Мы были во множестве снов. Я бы заметила, если бы нас видели.

Он пожал плечами.

— Некоторые видят.

Его краткие ответы бесили. Я ждала пояснений, но их не было. Конечно.

— Почему некоторые видят, а другие нет?

— Я не всегда хочу, чтобы меня видели, — просто ответил он, раздражая меня, как обычно.

— Почему она? Почему старушка в библиотеке? Она не твоя мать, правда? Ты не мог родиться у такой… доброй женщины.

Он рассмеялся.

— Мне нравится, как работает её разум. Её сны знакомы и организованы. У большинства они хаотичны. И нет, она не моя мать.

Я пыталась осмыслить.

— Почему она зовет тебя Александром?

— Александр — её сын. Он умер от рака несколько лет назад. С тех пор она видит его во снах.

— Она думает, ты её мертвый сын?

— Я являюсь тем, чего желает её сердце. Те, кто меня видит, видят не меня. Они видят, что хотят. В её случае — сына.

Два чувства боролись во мне. Первое — что я, возможно, вижу его не таким, какой он есть. Неудивительно, что он вызывал во мне бурю чувств, если я сама придумала его облик. Это заставило чувствовать себя глупо и поверхностно. Я задумалась, было бы лучше, если бы мой мозг сделал его похожим на бывшего или кого-то уютного, как старые джинсы. Я отогнала мысли о своей психике и сосредоточилась на втором чувстве. Его мягкость с этой женщиной. Его терпение показало новую сторону, которой, я думала, не существовало. Я не знала, как к этому относиться.

— Вот она, — сказала она, вручая Грезару книгу. Обложка была выцветшей желтой, без слов или картинок.

— Спасибо, мама. Прочту сегодня.

— Не забудь. Ох! — Она прикрыла рот. — Забыла книгу для твоей милой девочки. Александр, будь добр, найди ей одну. Она похожа на любительницу историй о волках-оборотнях.

— Попали в точку! — сказала я, подняв руки. Последняя книга, что я читала, была о волке-оборотне, буйствующем в столице, пока он не нашел свою пару. Остальное я едва помнила, увлекшись любовными сценами. Но признаваться в этом я не собиралась.

— Иди же, — сказала она, отсылая Грезара в проход.

Когда он отошел, она повернулась ко мне.