Валентина Зайцева – Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 2 (страница 9)

Меня буквально затошнило от этого притворного, приторного голоса.

— Элли, зачем ты вышла? — Валерия тут же поднялась и заслонила меня своим плечом, холодно бросив в сторону гостьи: — Тебе незачем пачкать об неё глаза. Я сама с ней разберусь.

— Сестра, подожди. У меня есть к ней пара вопросов, — спокойно ответила я.

Мы прошли в садовый павильон у воды. Я царственно опустилась на каменную скамью, даже не подумав предложить Лиане сесть. Она неловко замерла в стороне, комкая пальцы: — Кузина Элара, я знаю, что между нами возникло ужасное недоразумение…

— Недоразумение? — я смерила её ледяным взглядом. — Во время весенней охоты лошади всех благородных домов были отравлены и взбесились. И только ты со своим братом Варкасом, так жаждавшие победы, чудесным образом не пострадали. Это тоже недоразумение?

Лиана открыла было рот, чтобы оправдаться, но я отсекла любую попытку: — На приёме в честь дня рождения принцессы Изабель, несмотря на всю мою осторожность, я всё равно потеряла сознание и очнулась в руках Варкаса Торна. И это ты тоже назовёшь случайностью?

— Это всё дворцовая служанка! Она перепутала нас и вывела тебя из поместья принцессы! Я к этому непричастна! — из глаз Лианы брызнули слёзы. — В итоге я сама пострадала вместо тебя… Кронпринц Даэн сотворил со мной… Я ведь тоже жертва! Как ты можешь винить меня, кузина?

Слушая, как виртуозно она искажает истину, я едва не рассмеялась вслух от презрения. Я искренне не понимала, как в своей прошлой жизни я могла быть настолько слепой, чтобы считать это ядовитое, двуличное существо своей подругой.

— Ты прекрасно знаешь, что я люблю блюда с жгучим перцем. И ты отлично знала, что на том пиру единственным человеком, от которого я бы не ждала подвоха, был Адриан Август. В тот день во дворце принцессы я видела, как ты непринуждённо и долго беседовала с ним.

Я медленно поднялась, возвышаясь над ней, и заглянула в её полные страха глаза: — Мне сказать яснее? Маринованные сливы с солью и перцем, которые Адриан всегда носит с собой, были подменены тобой именно во время той беседы, верно?

Лиана судорожно затеребила кружевной платок, и на её лице отразился неподдельный ужас пойманного вора. Моя догадка подтвердилась.

После возвращения из дворца принцессы Изабель я долго анализировала случившееся. Принцесса Изабель была искренне взбешена бесчинством Кронпринца в Храме, а значит, она ничего не знала о планах Даэна и не могла подсыпать мне яд в еду. Единственными, кто имел мотив и возможность действовать, было семейство Торн. На банкете я не прикасалась ни к чему подозрительному, за исключением тех двух слив, которые Адриан заботливо опустил в мой бокал. Теперь пазл сложился: Лиана специально отвлекала Адриана разговорами, пока её сообщники подменяли его припасы.

Точно так же, как и в прошлой жизни…

На тм злосчастном празднике принцессы я почувствовала тот же едва уловимый аромат чая, который когда-то пила в поместье барона Торна в своей прошлой жизни. Мой дядя тогда уже выслуживался перед будущим Безумным Регентом, поставляя ему красивых женщин ради поста министра по налогам и сборам. Семейство Торн утопало в роскоши, так зачем им было угощать меня старым, залежалым чаем четырёхлетней давности? Ответ был прост и страшен: этот резкий аромат идеально маскировал горький привкус редкого яда.

Я горько, самокритично усмехнулась. Как же глупо я вела себя в прошлой жизни! Всю жизнь я панически боялась Каллума, видя в нём единственное чудовище, а в итоге получила удар в спину от тех, кого считала мягкими, беззащитными «благодетелями». Если за всем этим действительно стоял дом Торнов, я сотру их в порошок!

Лиана, внимательно ловившая каждое изменение на моём лице, в панике запричитала: — Это всё Варкас! Это он всё устроил! Я думала, он просто хочет проучить тебя, я не знала о его грязных намерениях…

Видя мою ледяную, безжалостную улыбку, Лиана опустила голову, и её слёзы закапали на мраморный пол: — Я знаю, ты мне не веришь. Но меня уже назначили младшей наложницей во Дворец Непорочной Луны. Через два дня я навсегда исчезну за дворцовыми стенами и больше никогда не встану у тебя на пути…

При упоминании своего унизительного статуса «служанки-наложницы» в глазах Лианы на миг блеснула дикая, удушливая злоба. Она сорвалась на хриплый шёпот: — Я пришла сюда не за прощением. Я лишь хочу знать перед тем, как меня запрут в этой золотой тюрьме… Варкас Торн… Как именно он умер?

Даже стоя на краю пропасти, она пыталась выведать правду.

Я посмотрела на неё свысока и равнодушно обронила: — Если он не покончил с собой от грызущей вины, то почему бы тебе самой не спросить его об этом, кузина? На том свете.

Лиана в ужасе затрепетала. Варкас мёртв, а мои слова «спроси его сама» прозвучали как смертный приговор. Я видела, что Лиана понимает, что перед ней стоит совершенно другая Элара — холодная, проницательная, недосягаемая, не та наивная, доверчивая дурочка, которую так легко было обвести вокруг пальца.

Пока она пребывала в ступоре, откуда-то из-за деревьев с тихим свистом прилетел мелкий камень и наотмашь ударил Лиану по лицу.

Она пронзительно взвизгнула, схватившись за окровавленную щеку, и отшатнулась. Следом прилетел второй камень, попав ей по руке. Забыв о своей напускной немощности, Лиана с позором бросилась вон из павильона.

Глядя ей вслед, я почувствовала, как тяжёлая, мрачная туча, терзавшая мою душу с самого утра, наконец рассеялась. На губах заиграла искренняя улыбка.

Спустя мгновение я повернулась в сторону декоративной каменной горки: — Вейн, ты что, ребёнок?

Только один человек в этом мире мог вести себя столь эксцентрично, дерзко и непредсказуемо.

Из-за валунов медленно показался Каллум в чёрных одеждах. Он небрежно шёл по деревянному настилу мостика, поигрывая оставшимися камешками на ладони. Влажный после дождя ветер мягко шевелил его иссиня-чёрные волосы, зачёсанные за уши. Каллум лениво прищурился: — Мне не нравится её лицо. Было бы лучше, если бы на нём красовался уродливый шрам.

Я замерла, поражённая словно громом. Насильно подавленные воспоминания о прошлом с новой силой запульсировали в висках. В прошлой жизни, когда Каллум Рейн безжалостно изуродовал лицо Лианы Торн… неужели он сделал это не из прихоти тирана? Не потому, что презирал её, а потому, что не мог вынести, что эта тварь смеет носить черты лица, отдалённо напоминающие мои?

— О чём это так глубоко задумалась моя госпожа? — Каллум уже вошёл в павильон и теперь пристально, изучающе вглядывался в моё лицо.

Мои губы дрогнули, и я тихо рассмеялась.

Это был чистый, открытый и полный самоиронии смех. Каллум, зажав камешек между пальцами, заворожённо следил за мной своими бездонными, тёмными глазами, пока я ладонью вытирала выступившие от смеха слёзы.

— Я просто подумала о том, какой же непроходимой дурой я была раньше, — я опустилась обратно на каменную скамью и подпёрла подбородок рукой.

Каллум долго смотрел на меня, словно взвешивая мои слова, и наконец едва заметно кивнул: — Действительно, на редкость были глупой. Вам следовало лично перерезать той девке глотку.

Он оставался верен себе: если он кого-то не убивал, значит, как раз шёл это сделать. Но, к моему собственному удивлению, его кровожадность больше не внушала мне прежнего животного страха.

Я покачала головой и, подняв на него глаза, произнесла тихо, но твёрдо: — Смерть — это слишком лёгкое наказание. Я хочу гораздо большего.

Я хотела встать плечом к плечу с этим прекрасным безумцем и вместе уничтожить и дом Торнов, и весь этот прогнивший Дворец Непорочной Луны.

— Почему госпожа так смотрит на меня? — Каллум открыто встретил мой взгляд, а его губы тронула едва заметная, дразнящая усмешка.

В моей голове шёл тектонический сдвиг: прошлое и настоящее сталкивались, а укоренившиеся страхи рушились и переплавлялись во что-то совершенно новое.

— Вейн Трой, когда-то я очень, очень сильно боялась одного человека, — я опустила ресницы и мягко улыбнулась. — Но теперь мне кажется… я начинаю его понимать.

Камешек выскользнул из его пальцев и с сухим стуком покатился по полу. Каллум опасно выгнул бровь.

— Того дикаря? — его глаза сузились, превратившись в два озера из чёрного льда.

— Что? — я не сразу поняла, к чему он клонит.

Каллум процедил сквозь зубы с леденящей ревностью: — Того самого дикаря, которого госпожа сначала боялась, а теперь «понимает»… Не тот ли это подлец, что обучил мою госпожу искусству ублажения собственного тела втайне от всех….?

Прежде чем он успел договорить эту невыносимую пошлость, я вскочила и яростно зажала ладонью его нечестивый рот.

— Какую чепуху ты несёшь?!

Я тут со всей серьёзностью размышляю о том, как помочь ему вернуть законный трон и сокрушить Кронпринца, а этот безумец зациклен исключительно на своей безумной, собственнической ревности к выдуманному сопернику!

Каллум, чей рот оставался плотно закрыт моей ладонью, невинно захлопал глазами. А затем его губы приоткрылись, и он слегка, ощутимо прикусил зубами мою мягкую кожу в наказание. От этого укуса, одновременно болезненного и щекотного, меня прошиб разряд тока. Я резко отдёрнула руку и сердито зыркнула на него.

— На, поешь личи. Их прислали из императорского дворца.