Валентина Зайцева – Не по сценарию (страница 6)
– Рома, хватит уже, пожалуйста. Мне всё это совершенно не нравится. Я действительно не целовалась с ним никак. Вообще не понимаю, что вообще происходит вокруг. – Сердце бешено колотится в груди. Это так несправедливо по отношению ко мне. Кто-то злонамеренно выдумал эту дикую историю про меня, и у меня нет абсолютно никакого способа публично ответить или защититься.
– Погоди секунду. – Он внимательно всматривается в моё лицо, изучая выражение. – Ты сейчас серьёзно говоришь?
Я молча киваю, продолжая прокручивать статью вниз к другим снимкам, где мы с Димой просто разговариваем на улице. Мы оба смотрим друг на друга очень, очень пристально и внимательно. Я-то знаю, что это только потому, что мы оба слепые как кроты без очков и линз, но, наверное, со стороны это действительно может выглядеть как влюблённые томные взгляды. Если ты, конечно, полный идиот без мозгов.
Телефон Романа внезапно вибрирует в моей руке. Он быстро хватает его обратно и проверяет всплывшее уведомление на экране.
– О чёрт возьми. У меня через час важная встреча с крупным благотворителем фонда. Ты как, справишься тут одна без меня? Можешь пойти со мной на встречу, если пообещаешь быть тихой и максимально невидимой. Используй свои профессиональные актёрские навыки, чтобы мастерски притвориться офисным шкафом для документов или ещё чем-нибудь в этом роде.
Я обессиленно плюхаюсь на наш продавленный диван и сворачиваюсь на нём калачиком, обхватив колени руками.
– Я буду в полном порядке. Не переживай за меня.
Он бросает на меня долгий проницательный взгляд поверх телефона.
– Точно?
– Абсолютно точно. Если вдруг придёт ещё кто-то подозрительный, я просто задерну все шторы в квартире, надену свои шумоподавляющие наушники и буду притворяться, что нахожусь в безопасном бункере глубоко под землёй.
– Твой самый классический проверенный приём выживания. – Роман по-братски наклоняется и быстро, но крепко обнимает меня за плечи. – Не волнуйся особо. Мы всё вместе разберём, когда я вернусь с встречи, хорошо? Торжественно обещаю тебе.
Я слегка отталкиваю его от себя.
– Иди уже, давай. Спасай этот несовершенный мир, ты отвратительный добрый самаритянин.
Он стремительно мчится в душ и вылетает за входную дверь ровно через две минуты, ещё на ходу натягивая куртку. Оставшись в одиночестве, я открываю свой старый ноутбук на диване. Скандальная история буквально везде и всюду. Абсолютно везде без исключения. ВКонтакте, Телеграм, Рутуб, даже в Одноклассниках. Видимо, в своём праведном женском горе Жанна каким-то образом успела связаться с сотнями разных новостных изданий и сайтов за последние каких-то девять часов, что, честно говоря, довольно впечатляюще с точки зрения скорости. Кроме того самого одного папарацци на лестничной площадке, больше никто пока не сумел понять, что загадочная девушка на фото – это именно я, – но, наверное, это лишь вопрос короткого времени. Я начинаю методично просматривать бесконечные комментарии под новостью:
Я от нервного стресса дёргаю себя за волосы и перехожу на страницу Дмитрия Тана на Кинопоиске. Я не особо являюсь его преданной фанаткой, но узнаю несколько громких названий из его фильмографии. Он в основном снимается в дорогих экшен-боевиках с большим бюджетом. Его студия «Союз» штампует как минимум пять совершенно одинаковых шаблонных блокбастеров в год, переполненных бесчувственными красавцами-качками и громкими взрывами на каждом шагу. Это совершенно не моё кино по духу; я сама предпочитаю романтичные исторические костюмные драмы. Мне очень нравится смотреть на благородных мужчин в высоких цилиндрах, галантно помогающих женщинам в пышных платьях садиться в старинные кареты. Роскошные бальные залы, переполненные сексуальным напряжением до предела. Мистер Дарси, медленно вылезающий мокрым и соблазнительным из прохладного озера.
Я продолжаю прокручивать вниз до информационного раздела с интересными фактами внизу длинной страницы. Оказывается, его родная киностудия публично короновала Диму почётным титулом «Самого Большого Дивы» ровно четыре года назад, когда он демонстративно пять раз подряд уходил со съёмочной площадки во время напряжённых съёмок очередного фильма. Сейчас он активно снимается в популярной супергеройской франшизе с многомиллионными бюджетами. Его супергеройское кодовое имя – гордый Страж, и его самый последний дорогой фильм под названием «Дорога в двести лет» выходит в широкий прокат уже в этом месяце. Заинтригованная новой информацией, я открываю официальный видео-трейлер, и у меня мгновенно пересыхает во рту от увиденного.
Это откровенная сцена Дмитрия Тана в душе. Горячая вода брызжет по его точёному лицу и медленно стекает по рельефной обнажённой груди, чувственно облизывая твёрдые чёткие линии натренированных мышц. Прозрачные капли воды блестят на сильных руках и выступающих ключицах. Стеклянные стены душевой кабины приятно мягкие от густого пара. Пока я зачарованно смотрю на экран, он плавно выключает воду и уверенно выходит наружу, небрежно оборачиваясь белым махровым полотенцем вокруг узких бёдер. Профессиональный угол съёмки держит всё деликатное аккуратно в рамках приличного PG-рейтинга. Он спокойно открывает дверь ванной комнаты, чтобы неожиданно увидеть перед собой опасного мужчину в чёрной одежде с чулком на голове, уверенно целящегося в него из настоящего пистолета.
Дима медленно поднимает одну идеальную бровь, оставаясь совершенно спокойным.
– Это не очень вежливо с вашей стороны. Можете хотя бы любезно подождать снаружи, пока я спокойно оденусь?
Мужчина в чулке бросается на него, и Дима хватает его за руку, одним резким движением вырывает пистолет и плавно валит противника на кафельный пол. Начинается короткая борьба, где камера почему-то фокусируется в основном на мокрых, бугрящихся бицепсах главного героя. Затем раздаётся выстрел. Дима неторопливо встаёт, поправляя сползающее полотенце на бёдрах.
– Я даже не позавтракал толком, – недовольно бормочет он, небрежно перешагивая через распростёртое на полу тело.
«ГОРОДСКОЙ ОХОТНИК»: СКОРО В КИНОТЕАТРАХ – мелькает на экране крупными буквами.
Я прищуриваюсь, разглядывая финальные титры.
Довольно глупый тизер, хотя справедливости ради трудно судить об актёрской игре Димы, поскольку камера весь ролик фокусировалась исключительно на его прессе. Насколько я могу понять из увиденного, суперсила Стража – это просто быть очень мускулистым. И голым. И мокрым. Весьма специфическая суперспособность, надо признать.
Я решаю, что определённо нужно провести более глубокое исследование вопроса. Только загружаю новый сайт с материалами о фильме, как вдруг звонит телефон.
Во мне мгновенно звенит тревога. Если фотограф смог вычислить мой домашний адрес, он точно мог найти и номер телефона. Я беру трубку с такой осторожностью, словно это ядерный детонатор.
– Алло? – осторожно рискую я.
– Екатерина? – раздаётся глубокий мужской голос с чётким московским акцентом. – Мы кратко встретились вчера вечером. Меня зовут Константин, я PR-представитель Дмитрия Тана.
Внутри меня всё холодеет.
– Как вы раздобыли мой номер? – выдавливаю я.
Он имеет совесть звучать слегка смущённо.
– Я связался с вашей студией. Они без лишних вопросов дали все ваши контактные данные. – Пауза. – Предполагаю, вы уже видели утренние новости?
– А, да. Видела.
– Отлично. Тогда есть кое-что важное, что я хотел бы обсудить с вами лично.
– Если вы хотите подать на меня в суд, сразу предупреждаю – у меня нет денег. Вообще никаких. – Я неловко кашляю. – К тому же, эм, я вообще-то не уверена, что сделала что-то противозаконное? – Глупо, конечно, может быть, но это обычно не карается законом.
– Успокойтесь, мы не собираемся судиться с вами, Екатерина. Совсем наоборот, честное слово. Считайте это скорее… деловым предложением.
Что может быть противоположностью суду? Получить деньги вместо того, чтобы их отдать?
– Хо-рошо? – настороженно тяну я. – И что именно вы предлагаете?
– Это немного деликатная тема. Думаю, мне лучше объяснить всё при личной встрече. – Он делает паузу. – Знаете ресторан «Нектар»? На Старом Арбате?
– Да, знаю.
– Прекрасно. Встретимся там ровно в полдень, пожалуйста. Мы с Димой всё подробно объясним.
Глава 4
Я замерла перед массивными золотыми дверями «Нектара». Из зеркального стекла на меня пялилось собственное отражение – и вид у него был, честно скажем, жалкий. Водянистые глаза, испуганное лицо. Я выглядела слишком мелкой и точно недостаточно шикарной для того, чтобы заходить внутрь и уж тем более о чём-то разговаривать со знаменитостью мирового масштаба.
На голове вместо причёски – светлый вихрь спутанных волос до поясницы. Сарафан с вишенками, который я героически выудила из кучи «условно чистого» белья, безнадёжно помялся. На моей светлой коже он смотрелся бы мило, если бы не липкий пот – в Москве сегодня стояло сущее пекло. В довершение образа – чересчур яркая помада и предательское пятно от ручки на запястье. Сколько я ни шоркала его в душе, чернила въелись намертво. Будто меня заклеймили прямо на входе в эту элитную жизнь.