Валентина Полянская – Белая голубка, повесть о первой любви (страница 3)

– Конечно!

– Ладно, в половине четвёртого зайду за тобой.

Ира с Надей уже подходили к трибунам, заполненным болельщиками, когда навстречу им попался Валериан, тот самый франт, что воду из колодца помогал носить. Заметив устремлённый на него Ирин взгляд, Надежда затараторила:

– А, это Валерка, учился с нами в одном классе, остался на второй год, он ходит с Кирой Левицкой, нашей одноклассницей. Она недавно вернулась, не захотела учиться в техникуме, в понедельник, наверное, придёт на занятия.

– Так что, он наш ровесник? – удивлённо спросила Иринка.

– Да.

Во дела! А Ира подумала, что Валериану никак не меньше семнадцати – восемнадцати лет. Интересно, что его так состарило?

И тут Иринка как будто споткнулась: на неё смотрел незнакомый юноша – высокий, плечистый. Тёмно-русые волосы, синие глаза. Очень симпатичный. Пожалуй, «смотрел» – слишком громко сказано, потому что это был просто взгляд, но какой! Иринка встретилась с незнакомцем глазами и поспешила поскорее отвернуться – так недолго и сгореть! – в этом синем пламени.

– Это Гоша Корнилов, десятиклассник, – назвала Надя синеглазого. – Он дружил с одной девчонкой, она уехала.

Слова Нади «она уехала» Иринке почему-то понравились. А Надюша продолжала тараторить:

– Видишь, сидят две девчонки, они из девятого «б», Маринка и Ленка, такие задаваки!

В девчонках Ира узнала тех самых подружек, которые Диму Петрова караулили, пока она с ним разговаривала. Надя продолжала рассказывать – кто, что, с кем, но Иринка её уже не слышала: перед глазами девчонки стоял этот десятиклассник. Она попыталась незаметно оглянуться, чтобы ещё раз увидеть Гошу, но он куда-то пропал.

Весь остаток дня и весь вечер не выходил синеглазый из Ириной головы. Впечатляющая внешность у этого Гоши Корнилова…

– Так вот кого принесла ей сегодня на своих трепетных крылышках белая голубка! – осенило Иринку. – Только Гоша знает ли об этом?

В воскресенье Иринка проснулась в приподнятом настроении: наконец-то она встретится с одноклассниками в непринуждённой обстановке, поболтает с девчонками, может, ещё с кем-нибудь подружится. В половине пятого прибежала нарядная Надюшка, и они отправились на другой конец посёлка, в гости к Наташе.

… Вот это да! А пальто – совсем не то! Дом Наташи был битком набит незнакомыми Ире людьми. Из их класса – никого! Кроме них троих. Иру именинница усадила рядом со своим братом – смазливым вертлявым юнцом лет девятнадцати, которого все звали Игорьком, – на большее, видимо, он не тянул. И началось обычное застолье. Поздравительные речи, чоканье, закусывание. Девчонки пили шампанское, хихикали, парни солидно крякали, опрокидывая рюмки с водкой. Тоска. Игорек, правда, изо всех сил пытался развеселить соседку, но у него это плохо получалось. Ира с трудом дождалась момента, когда можно было им с Надюшкой выйти на крыльцо. Подвыпивший Игорёк увязался следом за ними:

– Девочки, вы чего такие скучные?

– Всё нормально, не обращай внимания! – бойко ответила Надя.

– А, ну это тогда другой разговор! – успокоился Игорёк и попытался невзначай приобнять Иринку.

Ира резко сбросила руку кавалера со своего плеча – и Игорёк загрохотал вниз по лестнице! Чёрт, только бы не завалился! Но Игорёк справился, не растянулся и, ни капли не смутившись, продолжил свои ухаживания.

– Ты во сколько завтра освобождаешься? – спросил он Иру.

– А тебе зачем?

– Поедешь кататься со мной на мотоцикле? Съездим на Горячий Пляж, на ванночки, покупаемся.

Он что, думает, что Ирка мотоцикла не видела? Да, с мотоциклом – отцовским – столько всякого-разного было связано… Однажды Ирин папа повёз их с подружкой, Таней Ворошиловой, на косу, шиповник собирать. Ира села в люльку, а Ворошиловец – на заднее сиденье. Девчонки болтали, смеялись, мотоцикл на неровной дороге потряхивало, Таня дурачилась – время от времени расставляла руки в стороны и балансировала. Отец не видел, чем эта егоза занимается за его спиной, иначе бы их высадил и пришлось бы подружкам на косу тащиться пёхом.

– Хватит, держись! – уговаривала Ира Танюшку. Но это было бесполезно: подружка предпочитала держаться зубами за воздух. И тут… Они подъехали к магазину, где начиналась большая яма с песком. Чтобы в ней не завязнуть, Ирин папа резко добавил газу, мотоцикл оторвался от твёрдой почвы и подлетел, как на трамплине. Подлетела и Таня. И не просто подлетела, а взлетела вверх, перевернулась через голову и встала на ноги! Как ни в чём не бывало! Цирк! Да, на такое была способна только Ворошиловец…

Иринка невольно улыбнулась, вспомнив это происшествие. Игорёк её улыбку принял на свой счёт и ещё больше раздухарился:

– Так я за тобой заеду после обеда?

– Нет, я завтра не могу, – остудила пыл кавалера Ира.

И тут Игорька кто-то из гостей позвал в дом.

– Я сейчас вернусь! – пообещал настырный Наташин брат и наконец-то исчез.

– Домой пойдём? Или ты остаёшься? – спросила Иринка Надю.

– Нет, я с тобой.

– Тогда побежали!

И девчонки застучали каблуками по лестничным ступенькам.

Глава 4. Кира

Надя не ошиблась: Кира Левицкая действительно вернулась к ним в девятый «а». Утром, перед звонком на первый урок, в класс вошла курносая голубоглазая девчонка с хорошей спортивной фигурой, поздоровалась со всеми и спросила у Иры:

– Ты одна сидишь? Отлично.

И Кира положила портфель на Ирину парту. Левицкую обступили одноклассники и стали расспрашивать: когда приехала, где была, почему не стала учиться в городе. Кира, не смущаясь, отвечала на вопросы, потом начала перебрасываться с пацанами шутками, смеяться. Всем было понятно, что Кира просто вернулась домой, в родную школу, и заняла в своём классе привычное место. И место это было, судя по всему, отнюдь не последним. Странно, но её возвращению больше обрадовались мальчишки, чем девчонки. Значит, Кира – свой парень – отметила про себя Иринка. И это обнадёживало.

Близких подружек в девятом «а» у Киры не оказалось; вернее, была одна – как узнала Ира потом, – но осталась на второй год в восьмом классе. Поэтому очень скоро Иринка и Кира стали возвращаться из школы домой вместе, они и жили рядом, в пяти минутах ходьбы друг от друга.

Училась Кира хорошо, особенно блистала по физике и математике. А вот у Иринки с этими предметами последнее время дела обстояли не очень. Не математические были у неё мозги, тут хоть как старайся, хоть лоб расшиби – толку не будет, если нет способностей к точным наукам. На уроках всё вроде бы было понятно, но как только Иринка садилась за домашнее задание… Тупик. И Ира бежала к Кире:

– Кир, ты сделала алгебру?

– Да.

– Покажи! Как же всё просто!

– Конечно, просто. А ты как решала?

И Кира со знанием дела разбирала Иркины ошибки, объясняла, что к чему.

– Не боись, сделаем из тебя великого математика! – шутила новая Ирина подружка. И действительно, постепенно в Иринкиных мозгах наступало просветление.

Жизнь в школе налаживалась, и учиться было интересно…

…Шёл урок литературы. Евгений Петрович читал отрывок из прозы Тургенева:

«Знаете ли вы, например, какое наслаждение выехать весной до зари? Вы выходите на крыльцо… На тёмно-сером небе кое-где мигают звёзды… Но вот вы отъехали версты четыре… Край неба алеет; в берёзах просыпаются, неловко перелётывают галки; воробьи чирикают около тёмных скирд. Светлеет воздух, видней дорога, яснеет небо, белеют тучки, зеленеют поля… А между тем заря разгорается; вот уже золотые полосы протянулись по небу, в оврагах клубятся пары; жаворонки звонко поют, предрассветный ветер подул – и тихо всплывает багровое солнце. Свет так и хлынет потоком; сердце в вас встрепенётся, как птица. Свежо, весело, любо!»[1]

Но вот только класс никак не мог настроиться на работу – все ещё были взбудоражены утренним происшествием с опытной колбой, которая куда-то исчезла вместе с находящейся в ней «диффузией», и кто-нибудь нет-нет да и начинал хихикать, глядя на Стёпу, исполнявшего роль шута. Стёпка хватался за сердце, заламывал руки и бормотал:

– Ах! Диффузию украли! Разбойники, бандиты!

– А теперь Степан попробует нам объяснить, с какой целью я прочитал вам этот отрывок. Итак, Степан, ваши предположения? – огорошил Стёпку учитель.

– Ну, это, чтоб мы представили себе утро… – замямлил Стёпочка.

– Гениально! Совершенно верно! Вы же живёте на самом краешке земли! Здесь восходит солнце! И запомните, такого солнца, как у нас на Курилах, нет больше нигде! А посему я предлагаю вам написать небольшое сочинение на тему «Восход солнца».

– Это что, вставать в семь утра? – возмутился Стёпка.

– Именно! И я обещаю вам, что вы не пожалеете!

Вот это поворот. Тургеневу-то что, он же охотник, ему так и так приходилось рано вставать. А тут в выходной день подниматься ни свет ни заря…

Но на этом сюрпризы не закончились.

– Твердовскую, Левицкую и Крылова после шестого урока попрошу задержаться, – сделал объявление Евгений Петрович.

Что ж, раз завуч просит, придётся остаться.

– Лёх, ты не знаешь, что от нас хочет Евгений Петрович? – поинтересовалась Кира у Лёши Крылова.

– Точно не знаю, но скорее всего поручит нам стихи учить к Осеннему балу.

– Да ты что! Осенний бал будет? Вот здорово! – обрадовалась Кирюша. – Тогда пусть даёт свои стихи!

Но задание оказалось не таким простым, потому что литератор к любому делу подходил весьма серьёзно, и теперь почти каждый день их троице приходилось оставаться после занятий, чтобы научиться читать стихи. Оказывается, чтецу нужно правильно дышать, не забывать об интонации и чётко произносить звуки. Целая наука! И неважно, какой у тебя голос – сильный или слабый; можно и тихим голосом так прочитать стихотворение, что все обомлеют.