Валентина Осколкова – Драконы, твари, люди. Часть 4: Синхронизация (страница 30)
Тот, Большой, услышал – и поднял свою морду к Даре. Распахнул натрое пасть.
Воздух снова загудел
Рыбкин пилот обещал Диме, что даст Рыбке её услышать…
Получилось!
Рыбка метнулась за чёрно-белым драконом, схватила его за крыло… почти схватила.
Почти успела.
(Дара теперь будет ненавидеть слово «почти».)
***
Психованный пилот Волка облажался.
…Впрочем, отстранённо думает лейтенант Антон Курагин, направляя дракона вверх вдоль склона, чего ждать от того, кто, согласно гуляющим среди личного состава базы слухам, раньше был кодлой.
Не, болтали, конечно, и другое, про секретные эксперименты Третьего отдела, про агента СГБ, трофейного кодовского дракона и прочую чушь, но есть такие люди, у которых на роже вся суть написана.
Вот и у этого тоже: что он бывшая кодла – и баловень полковника Стрельницкого, обнаглевший от собственной безнаказанности. Чем он так своему полковнику так угодил и подмазал, Курагину, конечно, плевать.
Не плевать, что на это повелась майор Аич, хотя вроде совсем не дура.
Разве что с похмелья?
…Нагнав цель, Курагин командует бить огнём по скопищу мелких наземных тварей, и дракон слушается без заминок. В такие секунды лейтенант наконец-то чувствует себя… ну, на положенном месте.
У него тяжеловес-штурмовик с очень приличными для своей категории показателями (истрицкие мастера вообще знают в тяжеловесах толк, у Аич, вон, тоже «ишка»). И-162 вынослив, резв, у него мощное для штурмовика огнелёгкое, оптимальная конфигурация крыльев и неплохая чувствительность. Курагин довольно легко нарастил синхронизацию с ним до второго, рабочего, уровня, а пару раз на учениях выходил и на третий. Башка, конечно, от такого болела (быть одновременно собой и драконом – то ещё удовольствие), но если понадобится в бою – нарастит.
А потому он, лейтенант Курагин, с какой стороны ни глянь, был основной огневой мощью базы. Командование сочло, что его одного достаточно, чтоб «в крайнем случае» продержаться до прилёта подкрепления, потому что принимать в расчёт тормознутое, неоптимизированное старьё старшины невозможно, а тупорылый недосрочник на легковесе и вовсе выглядит насмешкой над геройским образом ДРА и здравым смыслом заодно.
До появления Камаева лейтенант ещё успел застать здесь ленивого сержанта из местных, который в любой непонятной ситуации валил в Новогорск к родным в самоволку… но его дракон хотя бы до плеча Сто шестьдесят второму доставал, не вставая на цыпочки.
Когда сержанта после очередного гневного рапорта Курагина куда-то перевели и прислали вместо него Камаева на этом его чёрно-белом алтанском убожестве, Курагин, не выдержав крушения надежд, с горя нажрался водки с миномётчиками, хотя в трезвом состоянии их на дух не выносил.
…Но в те секунды, когда его дракон жжёт этих тварей, Курагин забывает про всю свою безнадёгу – и чувствует себя тем, кем и должен быть.
Драконьим, сука, пилотом, защитником грёбаного человечества, которое может спать спокойно, пока лейтенант с далёкой горной базы МАГА стоит на страже его сна.
Ещё бы эта самая защита человечества по плану пошла!
Пусть план этот был в глазах Курагина дерьмовым, но он уважал старших по званию (тем более таких, как майор Аич!) и готов был ему следовать…
Но этот зелёный дохляк примчался без пилота и, не обращая ни на кого внимания, ринулся в бой.
Удивительно, конечно, что в своей попытке самоубиться об титана, или как там его теперь переименовали для солидности, дохляк не преуспел и всё-таки выжил, но все планы, вся подготовка отправились в бездну стройными рядами.
Выходит, совершенно зазря убилась об вылезающую из этой самой бездны высшую тварь та сержант Голубева. По докладу патруля титан ещё даже на поверхность целиком не выполз, как смёл и патрульных, и запоздалое (бесполезное!) подкрепление – в лице той самой Голубевой и ещё одного убогого пилота прямиком из санчасти.
Зазря Курагин с остальными тяжеловесами, словно грузовые вертушки, таскали сначала пилотов из Новогорска на базу, а потом блюющих от перегрузок артиллеристов Дёмина со всем их добром к перевалу на севере долины.
Зазря «тигры» что-то там перед вылетом срочно планировали, перетасовывая звенья. Всё было – зазря… А особенно – вымотавшее все нервы ожидание Лаврова с его обещанными (похеренными) ментальными фокусами.
Нет, Курагин-то с самого начала понимал, что бестолку полагаться на бывшую кодлу, но кто он, а кто Злыдня Аич?..
А ведь послушай она его, давно бы уже насели на эту тварь всей толпой, аккурат по учебнику: «титана атаковать в составе не менее, чем полного звена под прикрытием двух тяжеловесов», – и отправили бы обратно в бездну. По частям.
«Ваше дело – прикрывать периметр, лейтенант. Войну с ётуном оставьте другим».
Ну вот и оставил, ха.
…Никто и никогда Курагина не слушал. Преподаватели в училище, командование, шумный майор Дёмин, упёртые магики, которые типа всегда сами знают, как лучше, Валерич со своим дурацким чувством юмора… вообще никто, вплоть до распоследнего грума в драконарии.
На обнаглевших грумов хоть наорать можно, как старшему по званию, но толку?..
В наушниках раздаётся мерзкий треск, а следом голос старшего лейтенанта Огневича:
– Земля-301, Тигру-2… – шум помех, – …на пять часов по склону скопление волкодраков, приём.
– Тигр-2, я Земля-301, скопление на пять часов, принял, беру на себя, приём, – чётко, как по учебнику, отвечает Курагин.
– Выполняй. Конец связи.
Со звенящим гулом, нелепо крашеный под лавового курьер, ещё мельче Камаевского «недоразведчика», проносится над головой. И-162 дёргается, рефлекторно уходя из-под потока ветра, но Курагин тут же заворачивает его к цели.
Если б наземный отряд полковника Стрельницкого успел подготовить местность, как в прошлый раз, было бы проще, – так ведь нет, и тут всё сами. Чисто драконы против тварей. Ещё и по темноте, и от необходимости полагаться на драконье зрение уже мутит… И это исключительно от неё, разумеется. Визжащие, заживо горящие твари тут не при чём.
Совершенно не при чём и даже наоборот.
…Навести взгляд на цель, направить дракона.
Огонь.
Подъём с крутым разворотом, второй заход. Огонь!
Горите, суки, горите.
Быстро глянуть вокруг: видел кто из «тигров», как он чисто всё сделал?.. Но увы – «тигры» крутятся где-то вокруг титана, и никому не интересно, как тут Курагин справляется, даже передавшему ему целеуказание Огневичу.
Хотя нет, они ему просто… доверяют. Да, доверяют.
Он единственный тяжеловес, не занятый титаном, и это значит, ему оказали доверие, оставив на него тут всю зачистку – даже без второго номера. Ну, можно было взять Камаева, но уж нет, он справится сам!
«Тигры» в том бою потеряли трёх пилотов и сегодня ещё Голубеву, будет добор в эскадрилью, и, конечно же, Злыдне с руки взять того, кто уже шёл с ними в бой, а не новичка. Логично же?
Логично.
Осталось только не сдохнуть тут, как эта самая Голубева.
Ты не сдохнешь, обещает себе Курагин, поднимая дракона повыше, чтоб заставить его оглядеться в поисках следующих тварей. Ни за что не сдохнешь и выберешься отсюда – и из этой грёбаной долины, и с базы МАГА, и из карьерной безнадёги вечного лейтенантства.
Он справится. Чего там, действительно, он же даже почти не устал…
Хотя если честно, Курагин думал, что устал, ещё час назад. Он так в первом бою почему-то не вымотался. Темнота, смазанное драконье зрение, твари, твари, твари, огонь, далёкий рёв титана, твари, твари, твари.
И невозможно понять: что будет дальше, чего ждать, когда всё закончится?..
Происходящее вообще не соответствует тем сценариям боя, которые разбирались в училище.
…Нет, сначала всё было понятно: вылезший посередь ущелья титан, как положено большой агрессивной безмозглой твари, напал на патруль, но стоило тем отступить, как он потерял к драконам интерес и попёр себе вперёд по горам сначала в одну сторону, потом по дуге завернул в другую, и ещё раз, а когда «тигры» нагнали его здесь – и вовсе будто потерял направление.
Вот тут бы, в которой раз с упрямой досадой думает Курагин, его и брать, навалившись всем скопом… Но майор Аич решила, что ей виднее. Она же здесь самый крутой «тигр» на самом крутом драконе.
Ну и толку об этом теперь думать – когда твари прут во все стороны, земля дрожит, продолжая осыпаться во вскрывшиеся разломы бездны, и Лавровский обезумевший недоносок не то что никого не спас – именно его атаки титана и взбесили окончательно.
И, знаете, Курагин титана даже в чём-то понимает.
…Зазевавшись, он влетает в облако – пар от льющей в бездну реки, – и рефлекторно задерживает дыхание, хотя сухой воздух кислородной системы поступает бесперебойно.
Контраст температур чувствует даже дракон, и от этого ломит виски.
«Вперёд, вперёд!»