Валентина Кучеренко – Выйти замуж за иностранца (страница 46)

– Действительно, великолепный перстенек! – воскликнула Маша.

Перстень был необыкновенной формы в виде головы пантеры из желтого золота и полностью покрыт крошкой драгоценных камней.

– Это прямо произведение искусства! – восхищалась Маша.

– Да, он сам нарисовал эскиз и заказал на фабрике.

– Ну, видишь, какой он у тебя молодец, старается для тебя. Хочет тебя порадовать. Береги его, люби его.

– А я и люблю, – улыбнулась Люба.

Ее симпатичное личико с огромными черными глазами светилось счастьем.

В пятницу вернулся из командировки Лука. Когда он вошел в комнату, Маша смотрела телевизор. Увидев входящего мужа, она вскочила, пошла навстречу ему:

– Чао, мой дорогой! Как дела? – улыбнулась она и протянула руку, чтобы погладить его по голове.

Лука резко увернулся от нее и почти прокричал:

– Плохо!

Маша внимательно посмотрела на мужа, что это с ним? Лицо его почернело, постарело, казалось, какое-то невыносимое горе обрушилось на него. Маша испугалась:

– Лука, что случилось? – спросила она.

– Я развожусь с тобой, – буркнул он, не глядя на нее.

– Почему, что случилось? – спросила Маша.

– Ты же вышла за меня замуж ради документов. Что же, документы я тебе сделал и ты свободна.

Маша растерялась. Да, когда она выходила замуж, она думала пожить с ним два-три месяца, пока не получит пермессу и уйти. Но потом она привыкла к мужу, и хотя она его не любила, но жалела, как брата. Когда он ее обижал, она думала уйти от него, но когда отходила, она не могла просто так его бросить. И вдруг так неожиданно – уходи, развожусь. Маша не знала, радоваться ей или плакать. Она взглянула на Луку, и сердце ее сжалось от жалости к нему. Он сейчас напоминал ей раздавленную лягушку. Такой он был жалкий.

– Лука, ну что ты, – сказала как можно мягче Маша. – Нет, не ради документов. Я хотела с тобой жить всегда.

Но он перебил ее:

– Не ври! Я чувствовал, что ты не любишь меня, – воскликнул он, – и сейчас убедился в этом.

Он не стал рассказывать Маше, что когда он шел с работы, встретил Катю. Он ее не знал, но она сама подошла к нему:

– Лука, чао! – сказала она. – А я подруга твоей жены, Катя. Что же ты гуляешь один? Где твоя красавица жена?

– А что? – начал Лука.

Но Катя перебила его и сказала:

– А ты знаешь, она ведь вышла за тебя только ради документов. Она сама мне об этом сказала.

Катя в упор посмотрела на него маленькими голубыми глазами. Лицо его помрачнело. Ничего, не сказав, он резко развернулся и пошел домой. А Катька ехидно смотрела ему вслед и радовалась:

– Иди, иди. Посмотрим, как твоя красавица Машка будет выкручиваться. А то ишь какая! Голос на меня повышать. Проблем у нее, видите ли, нет. Так вот она тебе проблема, получай. И вдруг подумала: «Лука освобождается, может, пригорнуть его себе? Да нет, Машка говорила, что он безденежный. Зачем мне такой. Да и потом он такой маленький и тщедушный, что его не хочется даже. И как Машка вышла за него замуж? Даже ради документов. Фи!»

Лука был очень расстроен. Всю неделю он не находил себе места.

«Ну ничего, что она вышла за меня замуж только из-за документов. Ведь она хорошо относится ко мне. Она ласкова со мною и приветлива. Может, она разглядела, что я хороший человек и решила жить со мной, – думал он. – Хотя обидно, что она со мною так поступила, но она же живет со мной. А может, под этим предлогом и развестись с нею? – подумал Лука.

Дочери и свекровь ему просто жить не дают. Они звонят ему и требуют, чтобы он развелся. Если сначала это были намеки, то сейчас это были угрозы. Симоне нужны были срочно деньги на покупку мебели в новую квартиру. Она почти каждый день звонила отцу и упрекала его: «Вот ты кормишь эту русскую, а своей дочери не можешь помочь».

Къяра в свою очередь жаловалась, что Маша ей жить не дает, что пришли подружки и друзья и устроили ночью дискотеку на втором этаже, а Маша запретила.

Звонила свекровь Литиция: «Ты там как дурак пашешь, а твоя женушка на площади с подружками твои денежки в баре пропивает, да в Россию отсылает». «Да не пьет она», – защищал Лука жену.

«А может и правда развестись? – думал он. – И тогда все мои родственники успокоятся. Да и что держать ее возле себя. Она вон какая молодая, просто кровь с молоком, а я уже не могу с нею любовью заниматься. Лучше не дожидаться, когда она найдет другого, а развестись с нею. И уже когда он подъезжал к дому, он решил – развестись».

– Лука, ну что ты, какая любовь в нашем возрасте? – сказала Маша. – Ты мой муж, я тебя почитаю, а что там сплетники что-то говорят, так это из зависти.

Она попыталась погладить его по щеке, но он увернулся и буркнул, не глядя на нее:

– Я решил – и все.

Маша расстроилась, это было так неожиданно, конечно она и сама собиралась уйти от него, но не так быстро.

– Я не могу сейчас уйти, – сказала она, мне нужно найти квартиру, работу и получить документы. И тогда, если ты так хочешь, я уйду.

– Хорошо, но с сегодняшнего дня ты мне не жена, – буркнул он.

Маше хотелось крикнуть, что они давно уже не муж и жена, что они не занимаются любовью, что он не дает ей денег, но она промолчала, не нужно обострять положение.

– Хорошо, если я не жена, то я пойду наверх и займу одну из комнат, пока найду квартиру.

– Нет, – буркнул он. – То дочкина территория. Спи со мной, кровать широкая.

Лука уехал на две недели в командировку, а Маша начала усиленно искать работу и жилье. Квартиру нашла быстро, но за нее нужно платить двести пятьдесят евро. Работу, как ни искала, ничего найти не смогла.

Когда вернулся Лука, то с порога буркнул:

– Ты еще здесь? – но лицо его не было таким угрюмым, как в прошлый раз.

– Мне не удалось найти работу, и еще пермессу никак не сделают, – сказала Маша. – И вообще, ты меня не имеешь права выгнать на улицу среди зимы. Я могу пойти к адвокату и отстаивать свои права, и тогда тебе придется оплачивать не только адвоката, но и пенсию мне, и квартиру, в которой я буду жить. Но я не прошу у тебя ничего, дай мне пожить, пока я не получу документ.

– Ну ладно, – нехотя согласился он, – поживи еще немного, но я же плачу за газ, за свет.

Маша вспыхнула:

– Я убираю весь твой дом и считаю, что это хорошая плата по твоим счетам.

Маша на время отвоевала себе место в этом доме, но жить было с мужем очень трудно. Он все время молчал и дул губы. Дочка начала нагло приводить друзей на кухню, где они гуляли почти до утра. Маша не могла спать под этот галдеж, у нее опять поднялось давление. Питались каждый себе. Маша доставала свою еду, Лука свою. Къяра ела все, что лежало в холодильнике, не разбирая где чье. И потом, Маша была уверена, что муж ее любил, а здесь такая перемена. Она не могла понять, в чем дело.

– Да ладно, – решила Маша, – не буду расстраиваться. В конце концов, это его жизнь и он поступает так, как ему удобно. Тем более я сама уже давно мечтала о свободе. Мне давно надоел этот безденежный, вечно бурчащий муж и этот его сарай. Что не делается, все к лучшему.

В доме, как в леднике. Маша натянула на себя сто одежек, шерстяные носки и даже варежки. Муж в командировки больше не ездил. Работал в городе. Вечером приходил, молча растапливал камин и садился греться.

А что Маше целый день холодно, ему наплевать. Однажды, усевшись у горящего камина, он взглянул на Машу и спросил:

– Сколько ты еще будешь жить у меня?

– Не знаю, – ответила она, – пока не найду работу.

– Если ты не уйдешь, я пойду в контору и скажу, что не живу с тобой, и тебе не дадут пермессу и отправят в Россию, – сказал Лука, уставившись на огонь.

Маша испугалась. А вдруг и правда пойдет? А вдруг и правда не сделают документы? Здесь, в чужой стране, свои порядки и Маша их не знала. А куда ей идти среди зимы?

– Лука, ну ведь мы же договорились, я буду жить у тебя, пока не получу документы, – сказала Маша.

– Ничего не знаю, – буркнул он, – иди к дочке.

– Я не могу к дочке, кто меня будет кормить? Там, в деревне, я вообще работу не найду.

– Ничего не знаю, уходи, – сказал Лука.

Маша достала из кошелька сто евро.

– На, оплати за газ или свет, – протянула деньги мужу. – Только дай мне пожить, пока не получу пермессу.

Он взял деньги.

– Да, – подумала Маша, – ведь знает, что я зарабатываю копейки, что мне еле на еду хватает – и взял.