Валентина Гамарник – Невидимые нити – 3 (страница 7)
– Дети! Не надоело бродить по окрестностям?
– Не-е‑ет!
– Здесь каждый кустик вам знаком.
– Ну и что! С вами даже унылые пейзажи расцветают.
– Вот об этом завтра напишете в мини-сочинении! – родилась светлая мысль в голове педагога. – А раз я поняла степень важности подобных мероприятий, то предлагаю наметить поход на станцию Тротилово.
– Замечательная идея, – поддержала ученица восьмого класса Люда Боганова – отличница, комсомолка, красавица.
Железнодорожный остановочный пункт, находившийся от школы в полутора километрах, ничем примечательным не отличался. Всё как везде: небольшое здание, три скамейки, касса. Зато ученики старших классов по дороге туда и обратно рассказали Татьяне Степановне, что их деревня именовалась раньше Холопковичи, но в шестидесятых годах заменили на благозвучное – Колосово. Новое название недавно прибывшей учительнице нравилось. Колос, колосок – маленькое составляющее большого. Зерно, хлеб – основной продукт питания в Белоруссии. Учителю русского языка нравилось, что в слове четыре округлые по звучанию буквы «-о‑о‑о‑о». Ей казалось, что так звучит эхо просторных колхозных полей. Местный эрудит Люда Боганова также поведала, что свой трудовой путь Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев начинал на толочинской земле. После окончания Курского землеустроительно-мелиоративного техникума работал землемером в тогдашнем Кохановском районе, ныне Толочинском. В Красном посёлке и деревне Переволочна жил на постое у родственников драматурга Алеся Петрашевича. Двадцатиоднолетний землемер Лёня обожал белорусские драники.
Сплетни
Сплетни! А как без них в деревне? Они оживляют однообразную жизнь в селе. Танька сама любила поболтать – личность человека с его достоинствами и пороками вызывала у девушки чрезвычайный интерес. Поэтому сообщение коллег о том, что её хозяйка рассказывает подробности существования квартирантки, не вызвал в душе нашей героини тревогу. Пусть потешит Яниха своё самолюбие, ведь бабушка теперь стала важной особой!
Как-то раз во время перемены директор сообщила: – Ваша хозяйка по деревне сплетни разносит. Говорит, что ленивица её квартирантка: после обеда на кровати валяется.
– Ночью не высыпаюсь, ответила Татьяна Степановна. – Почему? – Грызуны с ума сводят. – Как это? – Бабушка много раз клеила новые обои, не сдирая при этом старые. Говорит, чтоб теплее было. Мыши гуляют за образовавшимся самодельным картоном, как себе хотят. Бегают, топают, пищат и грызут всё, что им вздумается, не обращая никакого внимания на мои постукивания. Визжат так, что создаётся впечатление, что поедают, ко всему прочему, друг друга. Когда на поле боя вторгается крыса, тогда из застенков раздаются душераздирающие вопли. Мне в такие моменты чудится, что грызуны терзают своими острыми зубищами крохотного младенца.
– Кошмар! – выразили сочувствие коллеги.
– Вот так вот и живу, – подытожила разговор Татьяна и усмехнулась, оставшись довольна своим рассказом, нагнавшим ужас на учителей. – Если ночью всё же удаётся прикорнуть, то снятся сюжеты для книг, страшнее гоголевского «Вия».
– А в полдень что? – поинтересовалась Галина Семёновна – учитель физики.
– Днём у грызунов перемирие. Почему – досконально мне неизвестно?!
Через неделю Антонина Филипповна опять сообщает:
– Яниха жалуется, что поздно ложитесь спать и расходуете много электричества.
– Верно – тетради проверяю… да и планы потом пишу. Тридцать два часа, плюс – вечерники и заочники – большая нагрузка для молодого специалиста. Методической литературы в библиотеке недостаточно – приходится самой творить.
– Не надо так усердствовать!
– Интересно! – воскликнула подчинённая. – И от кого я это слышу!? От директора!
– Вы юна и красива! Надо устраивать свою личную жизнь. В субботу в клубе танцы – рекомендую посетить наш маленький культурный центр и отвлечься от трудов праведных.
– Одной неловко.
– Не переживайте, познакомим с местными девушками.
А ещё через неделю Антонина Филипповна заявила:
– Татьяна Степановна! Мы нашли вам другую квартиру.
– Зачем? – удивилась учительница.
– Вчера Яниха в магазине опять выступала. Кричала, что её квартирантка трусики стирает каждый день и на заборе развешивает – всю воду из колодца вычерпала.
– Трусики из нейлона – литра два расходуется на процесс, не более и сохнут быстро. Ей что, забора жалко!?
– Жалко, не жалко – это уже не важно.
– Бабушка ведёт себя странно от одиночества. Сын позабыл, не навещает. Такими скандальными заявлениями желает привлечь к себе внимание. Очень артистичная особа, ей бы в клуб да на сцену!
Сказала, неважно! – заявила директор и со всей силы бросила на стол стопку из классных журналов, которые она собралась проверять. Под громкий хлопок, заставивший Татьяну Степановну и всех присутствовавших коллег понять степень серьёзности разговора, продолжила свою мысль: – На этот раз Яниха перешла все границы! Но вы не волнуйтесь – мы договорились с семьёй Борисевичей. У Светланы – вашей новой хозяйки – двое детей, ждёт третьего. Женщина она молодая и вы, надеюсь, подружитесь. Вещи мы уже перевезли.
– Неожиданно, я с бабушкой не попрощалась.
– Не надо туда ходить! Яниха заявила старшеклассникам, которые за вещами отправились, что вы ей этажерку сломали. Мол, рухнула под тяжестью книг.
– Утром полки сверкали чистотой (сама пыль перед уходом на работу протирала) и были при этом целёхоньки-прецелёхоньки!
– И дети говорят, что этажерка в порядке. А она голосила на всю деревню: « Люди добрые! Вредительство! Пусть деньги за мебель заплатит!». Разошлась бабуля!
Татьяне Степановне хотелось расплакаться, но школа всё же не то место, где можно дать волю слезам. Антонина Филипповна продолжила разговор с подопечными:
– Елена Васильевна! Как у вас складываются отношения с Варварой Петровной?
– Нормально. Бабуля, женщина весёлая, с юмором, – ответила белорусовед и спряталась за возвышающимися над столом внушительной горкой стопками тетрадей, дабы присутствующие в учительской коллеги не узрели, как щёки застенчивой девушки, не любившей привлекать к себе внимание, зарделись таким же скромным, как и она сама, румянцем.
– Вот и замечательно.
– Выходит, ошиблась я с выбором квартирной хозяйки!? – улыбнулась Татьяна Степановна.
– Да, – резюмировала директор. – Но это и наш недосмотр. У бабушки, вероятно, старческое…
– Не знаю насчёт возрастного заболевания, но самоуверенности и апломба у моей бывшей хозяйки хоть отбавляй. Если говорить русской поговоркой, то она считает, что ей из её погреба видней.
– Забудьте! Не переживайте! Подобные мелкие неприятности не должны влиять на качество ваших уроков.
– Ничего себе незначительные!
– Поверьте взрослым – гэта дробязі жыцця. Так, Елена Васильевна? Белорусовед вы наш! Правильно я выразилась на роднай мове? – рассмеялась Антонина Филипповна и, резко сменив тему, спросила: – Татьяна Степановна! У вас молодой человек есть?
– Нет, – ответила учительница.
– Не расстраивайтесь! Такой красивой девушке мы быстро подберём мужа – здорового крепкого тракториста. А у Елены Васильевны как обстоят дела на личном фронте?
– У меня? – удивилась белорусовед, робко высунув высокий лоб, глаза и часть длинного носа из-под тетрадей.
– Да, у вас?
– Это секрет!
– В таком случае и Елене Васильевне найдём хорошего местного парня, – заявила директор, затем заговорщицки подмигнула девушкам и принялась смеяться. Поддержали веселье и другие учителя, находившиеся в этот момент в учительской: математичка Таиса Михайловна, учитель физкультуры Леонид Александрович, физик – Галина Семёновна и её супруг, химик, Иван Иосифович.
Кавалер Виктор Ловдзик
У Светланы Татьяне понравилось: отдельная комната в новом кирпичном доме, телевизор в зале и более разнообразные блюда на завтраки, обеды и ужины. К тому времени сельский совет квартирным хозяевам платил уже пять рублей в месяц. Цена за питание осталась прежняя. Единственное неудобство – посёлок Мирный находился в четырёхстах метрах от школы. Вставать по утрам из-за этого приходилось на полчаса раньше. А вскоре сбылось желание директора: в комнате Татьяны Степановны нарисовался кавалер колосовского разлива – водитель колхозного грузовика Виктор Ловдзик ввалился в дом без приглашения и, не поздоровавшись, сел на табуретку у порога. На расспросы Татьяны Степановны отвечал неохотно.
– Молодой человек! Добрый вечер! – поприветствовала незваного гостя Синявская.
– Ага! – услышала в ответ девушка.
– Как вас зовут?
– Витя.
– Виктор?
– Витёк я.
– Понятно! Какова цель вашего визита, позвольте поинтересоваться?
– Гм…
– Будьте добры, напрягитесь и постарайтесь сформулировать…
– Зашёл вот!
– Вижу – ворвались без стука.
После некоторого молчания и усердного сопения, с силой вырывавшегося из носовых пазух гостя, Витёк ответил: