Валентин Гладких – Адаптивный пожиратель 4 (страница 5)

Вторая проблема сидела в животе. Голод уже не был пустотой — он стал болью, медленной, глубокой, злой.

Желудок давно не определял мои потребности. После всех перестроек чувство голода приходило отовсюду: из крупных мышц, печени, костного мозга, корней, желез. Будто всё тело одновременно спрашивало, не собираюсь ли я наконец перестать тратить его на приключения.

Я осмотрел берег.

Растительность вокруг воды пережила пожар хуже, чем камни, но лучше, чем лес.

В трещинах росли низкие тёмно-зелёные пластины. Не листья. Скорее толстые мясистые лепёшки, прижатые к земле. По краям на них лежал пепел, середина оставалась влажной.

Я уже встречал похожую местную растительную массу раньше. Не именно эту форму — я не был ботаником даже на Земле, а здесь тем более не собирался строить карьеру по внешнему сходству.

Но химический анализ собственного организма хотя бы позволял сначала проверить, не ядовито ли это.

Я сорвал небольшой кусок.

Из разрыва выступила прозрачная слизь.

Запах — минеральный, терпкий, с чем-то вроде сырой картошки.

Я коснулся слизью кончика языка.

Горечь.

Соли.

Немного сложных сахаров.

Слабый раздражитель, который печень и слизистая уже умели обрабатывать.

Не еда.

Но материал.

Я съел кусок.

Потом второй.

Жевать это было всё равно что пережёвывать мокрую резину, которую кто-то вымачивал в земле. Мякоть скрипела на зубах мелкими минеральными включениями.

— Ресторан снова держит марку.

Никто не оценил.

Хорошо.

Я тоже.

Я собирал только то, что росло плотными пятнами возле воды, не вычищая участок полностью. Не из экологической сознательности.

Просто неизвестно, сколько мне ещё придётся возвращаться к этой луже.

Через несколько минут слабость не исчезла, но перестала расти. Организм забрал воду и растворимые вещества быстро, более тяжёлая масса легла в переработку. Этого было недостаточно, и я почувствовал это сразу: костяной магазин остался пустым, кислотная железа не дала даже знакомого давления, энергетический орган молчал. Тело выбрало кровь, воду и ремонт.

Правильный выбор.

Я бы сделал так же.

Шорох раздался справа.

Тихий.

Снизу.

Я замер.

Правую руку поднял не до конца. Левый корень оторвался от земли и чуть развернулся к звуку.

Шорох повторился.

Между двумя камнями шевельнулся пепел.

Из щели высунулась узкая голова размером с мой кулак.

Существо было небольшим. Длинное тело пряталось под камнем. Кожа серо-бурая, почти сливалась с грязью. Передняя часть морды закрывалась двумя твёрдыми пластинами, которые расходились в стороны, когда оно принюхивалось.

Падальщик.

Так я решил по запаху, когда ветер донёс до меня его дыхание и то, чем была испачкана морда.

Старая кровь.

Гниющая ткань.

Он смотрел не на меня.

На растительную массу в моей руке.

Потом всё-таки почувствовал меня целиком.

Пластины на морде сомкнулись.

Существо попятилось.

Умное решение.

Я был медленнее, чем обычно.

Но оно об этом не знало.

Падальщик дёрнулся в щель.

Я бросил кусок растения чуть левее.

Он остановился.

Не вышел.

Только голова снова показалась между камнями.

— Давай, — прошептал я. — Сделаем вид, что это честная сделка.

Я отодвинулся на полшага.

Существо вытянуло переднюю часть тела.

Четыре короткие лапы.

Длинный гибкий корпус.

Ещё пара конечностей ближе к хвосту.

Ничего впечатляющего.

Размером с крупную собаку, если собаку кто-то собрал по памяти и ошибся в количестве деталей.

Оно добралось до брошенной мякоти и прижало её передними лапами.

Я не включал перегрузку.