Вадим Носоленко – Тысячелетник: Истоки (страница 3)

– Тогда вам придется пройти со мной в участок для установления личности.

Я мог бы исчезнуть в тумане, мог бы подчинить его разум своему. Но что-то в этом человеке заинтересовало меня. Его глаза – в них было нечто большее, чем усталость полицейского. В них читалось знание, которого не должно быть у обычного детектива.

– Детектив Алекс Найт, отдел убийств, – он достал удостоверение. – А вы?

– Вампир, – ответил я с легкой улыбкой, используя свое имя как шутку.

– Очень смешно, – он нахмурился. – Имя?

– Вамп. Просто Вамп.

– Ладно, «просто Вамп», – он убрал удостоверение. – Не знаю, что вы здесь ищете, но я советую вам держаться подальше от этого дела. Это не развлечение для городских сталкеров.

Внезапно я услышал предупреждающий голос Морфа в своей голове:

– Он не один. Еще двое приближаются с южной стороны.

– Похоже, у вас подкрепление, детектив, – сказал я, кивнув в сторону приближающихся полицейских.

Найт на мгновение отвлекся, оглядываясь на звук шагов. Этого мне хватило. Я отступил в тень и позволил своему телу распасться в туман.

– Эй! Стоять! – крикнул детектив, но было поздно.

Оказавшись за пределами оцепления, я вновь принял свою обычную форму. Морф терпеливо ждал меня, его глаза светились в темноте.

– Интересный человек этот детектив, – заметил я, когда мы направились прочь от порта.

– Он видит больше, чем остальные, – ответил Морф. – В нем есть что-то… особенное.

Я кивнул, соглашаясь. Детектив Найт действительно выделялся среди людей. Возможно, в будущем наши пути еще пересекутся.

Но сейчас меня интересовало другое. То, что я узнал на месте преступления, подтвердило мои подозрения – в городе действительно появился новый вампир. Молодой, неопытный и чрезвычайно неосторожный. Такие особенно опасны – их голод безграничен, а контроль минимален.

Я шел по улицам, погруженным в туман, и вспоминал времена, когда был таким же – только что обращенным, опьяненным новыми возможностями и силой. Как давно это было…

Рим, 212 год нашей эры

Ночь опустилась на Вечный город, скрывая его пороки и грехи под покровом темноты. Я скользил между колоннами храма Юпитера, наслаждаясь прохладой мрамора под пальцами. Два столетия прошли с момента моего превращения, и я уже научился контролировать свою жажду, но не избавился от нее полностью.

Жертву я выбрал тщательно – богатого торговца, известного своей жестокостью к рабам. Никто не стал бы горевать о такой потере. Я следовал за ним от таверны, где он напивался дешевым вином, до его дома в фешенебельном районе.

Я уже готовился к нападению, когда почувствовал присутствие другого – такого же, как я. Древнего и могущественного.

– Юный охотник, ты выбрал не ту добычу, – произнес голос из тени.

Я обернулся и увидел его – высокого патриция с бледным лицом и глазами, в которых отражались века. Он был одет в тогу из дорогой ткани, а на пальце поблескивал золотой перстень с красным камнем.

– Кто ты? – спросил я, готовясь либо к бою, либо к бегству.

– Меня зовут Марк Антоний Север, – он улыбнулся, обнажив клыки. – Я ищу таких, как ты, уже очень давно.

– Зачем?

– Чтобы научить. Или уничтожить, – он пожал плечами. – Зависит от тебя. Твоя охота… она слишком заметна. Ты привлекаешь внимание.

Он был прав. В последние месяцы я стал небрежен, и по городу уже ходили слухи о ночном демоне.

– Нам нужны правила, юный друг, – продолжил он. – Без них мы просто животные. А с ними – боги среди людей.

В ту ночь я получил свои первые уроки о жизни бессмертных. О кодексе, о сдержанности, о необходимости жить в тени. Уроки, которые спасли меня от многих опасностей в будущем.

Марк Антоний Север стал моим первым наставником в долгой вечности. И первым, кого я потерял, когда христианские фанатики выследили его убежище и подожгли его под утро. Я помню его последний взгляд, когда пламя поглощало его тело – в нем не было страха, только усталое принятие неизбежного. Так заканчивается вечность для таких, как мы – не от старости, а от насилия или собственной беспечности.

Воспоминания отступили, когда Морф тихо заскулил, привлекая мое внимание. Мы оказались у заброшенного железнодорожного депо на окраине города – места, идеального для логова молодого вампира.

– Здесь, – подтвердил Морф мои подозрения.

Я втянул воздух, анализируя запахи. Кровь, старая и свежая. Страх. Смерть. И еще что-то – знакомый аромат, который я не мог точно идентифицировать. Он пробуждал странное беспокойство, словно тень из прошлого.

Ржавые ворота депо были приоткрыты, и я бесшумно проскользнул внутрь. Морф следовал за мной, его белая шерсть казалась призрачной в тусклом свете, проникающем сквозь разбитые окна.

Внутри стоял запах гниения и сырости. Старые вагоны, покрытые граффити, выстроились вдоль стен, как гигантские саркофаги. Я двигался осторожно, прислушиваясь к каждому звуку.

Тело я обнаружил в дальнем углу депо – молодой мужчина, судя по одежде, бездомный. Его глаза застыли в выражении ужаса, а на шее зияли характерные раны. Но это было не самое тревожное. Настораживал способ, которым тело было оставлено – аккуратно уложенное, со сложенными на груди руками. Почти как… подношение.

– Это не просто убийство, – сказал я Морфу. – Это послание.

Пес подошел ближе, принюхиваясь. Внезапно его шерсть встала дыбом, и он оскалился.

– Опасность! – прозвучало в моей голове, но предупреждение пришло слишком поздно.

Удар настиг меня сзади, отбросив на несколько метров. Я мгновенно перегруппировался и развернулся, выхватывая катану.

Передо мной стоял молодой вампир – темноволосый юноша в черной одежде, с глазами, полными голода и ярости. Его лицо, когда-то привлекательное, сейчас было искажено жаждой крови.

– Ты вторгся на мою территорию, старик, – прошипел он, обнажая клыки.

Я почти рассмеялся. Его самоуверенность была типична для новообращенных – они всегда переоценивают свои силы.

– Ошибаешься, мальчик, – ответил я спокойно. – Это мой город. И был моим задолго до твоего рождения.

Я видел, как в его глазах мелькнуло сомнение. Он чувствовал мою силу, древность моей крови. Но гордость не позволила ему отступить.

Он атаковал с яростью и скоростью молодого вампира – впечатляющей для человека, но предсказуемой для того, кто живет тысячу лет. Я уклонился от его удара с легкостью танцора и нанес свой – рукоятью катаны по затылку. Он рухнул на колени, ошеломленный.

– Кто тебя создал? – спросил я, приставив лезвие к его горлу.

Он усмехнулся, и в его глазах я увидел не страх, а странное удовлетворение.

– Он сказал, что ты придешь. Сказал, что ты не сможешь устоять.

– Кто? – я надавил сильнее, и капля крови скатилась по клинку.

– Тот, кто знает тебя лучше, чем ты сам, – прохрипел он. – Тот, кто вернулся за тобой.

В его словах было что-то жуткое, что-то, от чего холод пробежал по моему позвоночнику. Я знал, что должен получить больше информации.

– Имя, – потребовал я. – Дай мне его имя.

Молодой вампир собирался ответить, но вдруг его глаза расширились от ужаса. Он посмотрел мне за спину, и на его лице отразился такой первобытный страх, что я невольно обернулся.

Но там не было ничего, кроме теней и тумана. Когда я снова повернулся к пленнику, было уже поздно – он воспользовался моим замешательством и бросился к разбитому окну.

Я метнулся за ним, но он был быстр – отчаяние придавало ему скорости. Я видел, как его фигура растворяется в тумане ночи.

– Морф! За ним! – приказал я, но пес остался неподвижен, его взгляд был прикован к тому самому углу, куда смотрел молодой вампир.

– Что там? – спросил я, напрягая все свои чувства.

– Ничего, – ответил Морф, но его голос в моей голове дрожал. – И в этом проблема. Там пустота… словно дыра в ткани реальности.

Я подошел ближе, вглядываясь в темноту. И действительно – в том углу депо туман двигался странно, закручиваясь вокруг себя, словно вода, уходящая в слив.

Внезапно я почувствовал запах – тот самый, который не мог идентифицировать раньше. Теперь он был сильнее, чётче. И я узнал его.

Запах крови. Моей крови.

И еще одного существа – того, кто тысячу лет назад превратил меня в то, кем я являюсь сейчас.