Вадим Николаев – Бриз. Серия: Дуновение ветра (страница 2)

Кашевар стоял, слегка расставив ноги. Не двигался. Взгляд спокойный. Даже не посмотрел, как его вещи бесцеремонно вывалили на землю. Рубаха, не новая, много раз стиранная и штопанная. Такие же штаны. Кусок соли, аккуратно завёрнутый в чистую тряпицу. Деревянная ложка. Пять мешочков.

– Ты же говорил что у тебя нет денег – кивнул на них Путник – а это что?

– Это не деньги. Мешочки с травами: чабрец, полынь, подорожник. Чтобы еда была не только сытной, но и целебной.

Путник начал охлопывать Кашевара:

– Протяни руки. Может ты чего под рукавами прячешь – он быстро и профессионально обыскал седого, невольно отметив крепость его рук.

– Ты видишь, – сказал он спокойно. – У меня нет ничего. Ни оружия, кроме ножа. Ни писем. Ни монет. Ни тайн. Я весь на виду.

– Нож… – Путник очень внимательно его изучал. Сумерки мешали хорошо рассмотреть детали, но чутьё его не подвело. Рукоятка деревянная, старая. Видно что ножом пользовались давно, но аккуратно. – На этом ноже была кровь. Недавно. Но мяса в твоей еде не было. Ты знаешь, что охотится в лесах Барона запрещено?

– Я знаю это. И я не охочусь. Всегда достаточно того, что растёт в лесу. Это моя кровь – Кашевар закатал штанину. Чуть ниже колена была тряпица, на которой были следы крови. – Сегодня в лесу оступился и упал на сучок. Глубоко засел, зараза. Пришлось вырезать.– он аккуратно развязал повязку. Под ней была рваная рана, аккуратно залепленная сильно пахнущей зелёной кашицей. Потому и не успел до города дойти до темноты. – он показал на штаны, которые лежали в котомке. На мне те штаны были. Я ещё не успел их залатать.

Воин брезгливо взял штаны в руки. Одна штанина имела прореху и была заляпана засохшей кровью.

– Складно, ты говоришь, Кашевар. Но нож я тебе не отдам. Пойдёшь в город без оружия

– Как скажешь, Путник. С вещами нужно расставаться легко. Руки есть, я себе новый сделаю.

Путник задумчиво посмотрел на него. В глазах – не гнев. Уважение. Чем-то эти пронзительные карие глаза притягивали.

– Что-то мне подсказывает, что мы с тобой ещё встретимся, Кашевар. Только не могу понять, добрая эта будет встреча или на эшафот тебя поведу. – он махнул рукой воинам. Те опустили оружие и немного расслабились. – Двое в дозор! Ну а с тобой, Кашевар, мы ещё потолкуем. Болит нога? Завязывай рану. Присаживайся. Всё-таки ужин у тебя был вкусный. Хоть что-то хорошее должно быть этим вечером.

– Позволишь, накормлю всех. Мы-то с тобой поели, а воины твои, хоть и закалённые, с пустым желудком спать не очень хотят, наверное. Вон у кого-то в кишках бурчит. Такие звуки у озера далеко слышно. А пока буду готовить, спокойно с тобой побеседуем. Спрашивай, что хочешь. Только в сумраке быстро коренья не наберёшь. Да и травы нужной не найдёшь. Помогут твои воины?

– Нет, Кашевар. Они воины, а не крестьяне. Не их это дело. Да и тебе нечего по лесу в сумерках ходить. Пусть и без ножа. Нет тебе веры пока. Хоть и опасности от тебя не чую. У нас есть припасы. Возьми что нужно.

– А вдруг отравит? – тихо буркнул один, стоящий у сосны.

Путник внимательно посмотрел в глаза Кашевару.

– Дозорные будут есть солонину. Отравит – останется лежать с нами возле костра. Или болтаться на дереве. Меня он уже кормил. Хотя понял кто я…

Первый воин опустил котомку у костра. Остальные последовали за ним. Молча.

Кашевар кивнул. Перебрал запасы: сушёную рыбу, кусок солонины, ячменную крупу, сухари, сушёные грибы. Взял немного солонины, горсть грибов, пару сухарей. Остальное аккуратно вернул в котомки.

– Этого хватит, – сказал он. – Остальное для ужина не нужно. Того что приготовлю ещё и на утро может останется. Хотя похлёбку лучше есть горячей.

Кашевар разложил ингредиенты на бересте. Потом обвёл взглядом отряд.

– У кого-нибудь есть котелок? Воды нужно много. А у меня – только береста.

Воин с шрамом молча вытащил из котомки медный котелок. Поставил у огня.

– Ну и зачем ты его поставил? – спросил Путник – ты думаешь вода в нём сама появится? Или я отпущу этого – он кивнул на Кашевара – к озеру пока мы не побеседуем. Бегом за водой!

Кашевар взял сушёную рыбу.

– Жёстко ты с ними. Кости в рыбе мелкие, но острые. Кто поможет вынуть? Мои глаза уже не такие острые, как раньше, особенно в темноте – спросил он, не глядя.

Путник молча указал взглядом на одного. Тот взял рыбу и начал пальцами вытаскивать кости.

Из принесённой воды Кашевар отлил немного в берестяную чашу и бросил туда сухари, чтобы размокли.

– Спрашивай, Путник. Или мне в начале ответишь?

Путник ухмыльнулся.

– А может ты всё-таки шпион? Раз у Головы Стражи что-то узнать хочешь?

– Я же из простого любопытства – улыбнулся Кашевар. – не секреты собираюсь выведывать. Просто интересно, что отряд профессиональных воинов делает в лесу ночью. При чём видно, что не в другой город идёте, а работаете. Я несколько дней по этому лесу иду и ни одного человека здесь за это время не видел.

Он растёр между ладонями немного травы из одного из мешочков.

– Чтобы аромат раскрыть – пояснил он, заметив взгляд Путника.

– Из Заволчья это самая короткая дорога. Здесь обозы должны в обе стороны ехать. А сама дорога как заброшенная. И это место для ночлега очень удобное. Недалеко от города, вода рядом. Поляна большая. Но старых стоянок не видно.

– Сразу видно, что не местный, – сказал Путник, глядя в огонь. – Хотя, если из Заволчья идёшь, должен был слышать про этот лес.

– Иду со стороны Заволчья, но в город не заходил. Только крепостные стены издалека видел. Что же здесь такого, особенного?

– Ты не знаешь этот лес. И не знаешь что тебя здесь может ждать. Особенно ночью.

Кашевар не ответил сразу. Подбросил в костёр ветку.

– Мы идём за разбойниками, – продолжил Путник. – Они не просто грабят. Они вырезают целые обозы. Оставляют тела без рук, без языков. Чтобы никто не мог ни указать, ни рассказать. По этой дороге с прошлой весны уже почти не ходит. Есть смельчаки, или дурни, которые думают что могут проскочить. Но даже хорошо охраняемые обозы в лесу пропадают. Недавно в город вернулась лошадь одного из охранников обоза. С мёртвым всадником. Четыре стрелы в спине. Лошадь раненая. Чуть-чуть до ворот не дошла. Сдохла. Всадником кто-то из родственников свиты Барона был. Тот и вскипел. Надоело ему это. Вот и послал нас.

– И вы их поймаете?

– Нет. Мы не будем их ловить. У нас другая задача. Хотя думаю, что и у нас и в Заволчье много найдётся тех, кто хотел бы им собственноручно горячего масла в глотку налить.

Помолчали. Где-то в лесу ухнула сова.

– Вот значит как… То есть вы не ловить их будете… Пусть кто-нибудь солонину порежет. Нож-то ты у меня забрал.

– Да. У нас карательная миссия. А тут ты. Один! Живой! Почти до города добрался. С дыркой от сучка в ноге! С добротной сталью! И что я подумать должен? Почему не боишься? Может ты один из них? Но нет, они всегда гурьбой. И живут в лесу. К людям не ходят.

Кашевар посмотрел на него. Потом – на остальных.

– Брать у меня, действительно нечего, – сказал он. – У меня ничего нет. Ни денег. Ни вещей. Ни прошлого, за которое можно держаться. Только нож. Был… Но с ним я без сожалений расстался.

Он помолчал.

– Когда у человека ничего нет – у него и брать нечего. А значит, и бояться нечего.

– А если убьют? – спросил молодой воин.

– Тогда умру.

– И не страшно?

– А чего бояться? Мы все когда-нибудь умрём.

Путник долго смотрел на него. Потом кивнул – как бы себе.

– Странная у тебя философия. Но понятная. Ты ничего не боишься и не думаешь «на потом». Ты, почти как мы. Только без меча – с самодельным ножом. Такие как ты, редко ходят по дорогам долго. Только у нас задача всегда есть. А что у тебя она есть?

Кашевар не ответил. Просто улыбнулся – в бороду. Бросил нарезанную солонину в кипящую воду. Потом – грибы. Потом размоченные сухари.

– Теперь – помешать…

Добавил щепотку чабреца. Понюхал.

– Почти готово. Пусть протомится ещё чуть-чуть.

– А теперь расскажи мне, Кашевар. Как я должен относится к такому как ты, встретив тебя здесь, где живыми больше года уже никто через лес не проходил.

– Понимаю тебя. И встреча наша, после твоего рассказа, действительно выглядит странной. Кого хочешь насторожит. Но мне нечего добавить. Я просто иду в город. Да и то, не на долго. Дней на двадцать. Может меньше. Устроюсь в какую-нибудь корчму поваром. Так что воровать в городе или бузить не буду. Сделаю своё дело и дальше пойду. Может в Заволчье вернусь. А может – дальше пойду.

– Это и настораживает. Что не понятно, зачем ты в город идёшь. Но, не хочешь говорить – дело твоё. Сейчас не ты моя задача. И если мне будет нужно, в городе я тебя даже где угодно найду. Даже если ты будешь от меня специально прятаться.

– Тебе не нужно будет меня искать. Я не буду прятаться. Мне нечего скрывать. Тебе не придётся прикладывать много усилий, чтобы меня найти. Всё! Готово. Угощайтесь.

– Вы четверо-дозорные. Мы оставим вам похлёбки. Утром поедите, если ночь спокойно пройдёт. Пока хлеба с солониной поедите. Остальным – ужинать!