Вадим Кузнецов – Хроническая болезнь (страница 47)

– Ах ты, вурдалак, крови тебе не хватает! Тьфу! – и дамочка, опершись руками о перила, привстала и смачно плюнула через весь зал в своего оппонента. Тот не оставил обиды и полез, путаясь в длинной рясе, через ограждение. Сзади его пытались остановить седовласые коллеги, но доктор, изрыгая брань и проклятья, вырвался и даже закинул ногу на парапет.

– А я имею право на последнее слово? – неожиданно проговорил Ковров, про которого все позабыли.

– Да, действительно. Немедленно прекратить балаган! – Карачун поднял посох и оглушительно стукнул им об пол. – Вы врачи, а не средневековые депутаты. Нельзя так себя вести на консилиуме. Ковров, пожалуйста, говорите! Мы выслушаем.

Глава 35

Владимир внимательно оглядел шумный зал суда. Складывалось впечатление, что он попал не на врачебный консилиум, а на заседание кровожадной испанской инквизиции. Этот суд походил на жуткий маскарад не только костюмами и внешним антуражем.

Цинизм врачей поразил Коврова до глубины души. Им нет никакого дела до судьбы отдельного индивидуума. Умные образованные доктора спокойно делили между собой тело живого человека, как будто речь шла о демонтаже старого робота. Цивилизация врачей показывала свое истинное лицо, больше похожее на хищный звериный оскал.

Карачун разительно выделялся среди других. Кожа на лице косметически подтянута, но остальные признаки грядущей смерти не скрывались от внимательного взгляда. Хорошо, что сейчас Владимир не видел, как выглядит этот чудовищный старик вблизи. Но, помнил…

Желтоватые жилистые кисти с черными сухими ногтями, узкие синие предплечья, обтянутые морщинистой кожей, седые больные волосы, выбивающиеся из-под белого капюшона. Голубые, мертвенно холодные глаза, черные безжалостные зрачки, в которых жила ледяная смерть. Именно так выглядел Главврач Карачун без прикрас! Как может человек, похожий на само воплощение страха и полуночного кошмара, сказочного Кощея Бессмертного, желать здоровья и счастья жителям города? Он же своим собственным примером показывает людям их ближайшее будущее!

– Уважаемые врачи! – начал свою речь Ковров. – Я недавно попал в ваше цивилизованное государство и могу сказать, что медицина в Сакс-Сити действительно достигла необычайных высот. Вы победили многие неизлечимые болезни, увеличили продолжительность человеческой жизни.

Зал затих, врачи прекратили дрязги и обратили внимание на Владимира.

– Я не бывал в других странах и городах незнакомого для меня мира, но сам факт, что Новой Европе удалось выжить после тяжелых мировых войн и сплотить большое количество людей на основе прогрессивной идеи, борьбы за здоровье, внушает уважение. Я счастлив, что живу в этой замечательной стране!

Врачи несмело похлопали в ладоши. Владимир обратил внимание на Главврача и заметил, что тот одобрительно кивнул и хитро улыбнулся.

– Да, я действительно виновен! – заявил Владимир. – Я употреблял никотин и крепкий алкоголь. Вещества, запрещенные Законодательством. Мало того, я толкал на преступления других, честных и законопослушных людей. Они пострадали из-за меня. И еще… Я полюбил женщину, которая ответила мне взаимностью. Мы нарушили закон о продолжении рода. Я это не отрицаю.

Карачун при этих словах расплылся в такой блаженной улыбке, что напомнил Коврову французского комика Луи Де Фюнеса. Только очень злого.

– Однако, – Владимир сделал паузу и повысил голос. – Я считаю, что ваш политический строй лишает граждан свободного выбора. Каждый человек имеет право сам выбирать еду и подругу! Почему люди должны вас слушаться? Алкоголь существует с древних веков, в мое время было налажено массовое производство вино-водочной продукции. Существовала целая индустрия! Люди пили, пьют и будут пить! До сих пор не произошло ни вымирания, ни деградации человеческой расы!

В зале поднялся неодобрительный ропот, а с лица Карачуна мигом сошла добрая улыбка, будто ее стерли ластиком. С каждым следующим словом Владимира, Степан Тимофеевич хмурился все больше и его лицо наливалось синевой, как грозовая туча перед дождем.

– Почему у вас больше ценятся сперматозоиды, а не мозги? Почему инженеры, техники и ботаники получают меньше кредитов, чем члены Генофонда? Любая профессия, если человек в ней умел, должна оплачиваться заслуженно! Почему все остальные, словно рабы, обслуживают вас и членов Генофонда? А где результаты такой политики?

Владимир заметил, что один толстый и лысый врач покраснел, словно спелая вишня. Рядом сидящий Карачун сжимал тощие кулаки.

– С древних лет существует понятие любви, взаимного влечения человеческих душ! – стараясь перекричать нарастающий гомон, продолжал Ковров. – Зачем государству влезать в интимные отношения граждан? Чтобы получить идеального, умного и абсолютно здорового человека? Но люди – это не элитные декоративные собачки, требующие искусственного выведения и постоянной заботы. Так нельзя делать! Вы загоняете в тупик эволюцию!

Гомон в зале нарастал, а Главврач что-то энергично шептал толстому розовощекому соседу, уже не обращая никакого внимания на происходящее.

– Вы разрушаете институт семьи! Вы отнимаете детей у родителей! Вы проповедуете суррогатное материнство и отцовство! – перешел на крик Владимир. – Вы лишаете людей главного, что у них есть от природы! Вы запрещаете любить! Вы желаете вылечить все человечество, но вы сами больны. И эта болезнь – хроническая!

Сзади раздался шорох, Ковров обернулся, ожидая, что сейчас ему вколют снотворное и поволокут в камеру. Но этого не случилось. Металлическая дверь открылась, и оттуда выскочил огромный негр в синей униформе. Не говоря ни слова, чернокожий, будто кегли, раскидал в стороны оторопевших санитаров, тщетно пытавшихся применить оружие. Один даже улетел в бельэтаж, где сидели врачи. Не успел Владимир от души посмеяться, как санитар с диким криком пролетел насквозь колышущихся докторов. Это – не живые судьи! Голограммы! Значит, врачи находились не здесь, они лишь транслировали свои фигуры в зал заседаний. Подтверждая догадку, врачи моментально замерцали и испарились.

Но Карачун остался! Он медленно снял с головы белый капюшон, злобно улыбнулся и стремительно прыгнул вниз, растопырив худые руки.

Владимир инстинктивно отскочил в сторону, забывая, что это всего лишь стереоэффект, хотя и очень натуральный.

– Быстрее, дайте ему стакан! – послышалось сзади. Откуда-то из темноты прыгнул кот и быстро забрался на плечо Владимира. В этот же момент дружеская рука протянула алюминиевую кружку с алкоголем.

Владимир истерически засмеялся, поднял кружку и закричал:

– Вы ждали спасителя? Мессию? Я – ваш мессия!

После этого он залпом осушил кружку и увлекаемый негром покинул зал суда.

А в коридоре Владимира ждали другие люди. Все в разных одеждах и незнакомые, хотя… Да, среди спасителей затесался Стив Хаген! Проклятый предатель!

– Не верьте ему! Он предал меня! – обвинил Ковров лаборанта. – Что молчишь? Ну-ка, расскажи, что ты наплел про меня Главврачу!

– Некогда разбираться! У вас еще будет время поговорить! – ответил за Хагена низкорослый японец, уверенно держащий в руке самурайский меч. – Я ручаюсь за него, Стив – не предатель. Кстати, без лаборантских кодов доступа мы бы тебя так быстро не вытащили.

– Ха-ха-ха, да сломал бы я эту калитку! – улыбнулся негр, обнажая свои белоснежные зубы.

Через некоторое время беглецы выбрались в подземные тоннели городского метро. Владимир переговорил с японцем Кацуро, главарем повстанцев. По его словам, Светлана сейчас находилась в Оазисе. Быстро и безопасно попасть туда можно только на поезде. Поверхность кишела медицинскими патрулями и, хотя, у бывших заключенных есть оружие, устраивать перестрелки на людных улицах не стоило. Невинные граждане могут пострадать, да и неизвестно еще, чью сторону они примут, правительства или Антисанитарии.

Эти тоннели казались более обжитыми, чем катакомбы, по которым водил Коврова старый морпех Михалыч. Желтые тусклые лампы горели через каждые пять-шесть метров, ровные рельсы блестели на их неровном свету. Чисто, грязи мало, даже плешивые крысы казались вымытыми и причесанными.

Пару раз беглецам приходилось скрываться от несущихся поездов в электрощитовых. Хорошо, что для могучего Билла не открываемых дверей не существовало. В одной из каморок нашелся заранее приготовленный схрон припасов и оружия. И, по всей видимости, этот тайник не единственный. Ранее из подобного схрона повстанцы и получили нормальную одежду взамен красной арестантской.

Владимир ни капли не сомневался, что все вновь идет по хитрому плану Михалыча и Айфона. Да! Они опять подставили Коврова Главврачу, но отвлекли его внимание от других важных объектов. И в это время опытный морпех заложил бомбу в производственной зоне, поднимая восстание.

Глава 36

«Проклятые люди, проклятый город, проклятая, никому не нужная страна! Всегда стараешься сделать свою работу хорошо, с отеческой любовью, а получается… Как этот недоумок Шульц допустил, чтобы рабочие совершили побег? Да еще и выкрали Коврова прямо из зала суда! Хорошо еще, что мы не присутствуем на заседаниях лично. Очень хорошо! А ведь у этих парней было оружие, и они могли расстрелять медицинский консилиум! Ворвались в зал суда! Неслыханное святотатство!»