Вадим Кузнецов – Хроническая болезнь (страница 49)
– Володя! Я очень хочу тебе помочь! – взволнованно проговорил лаборант.
– Ты уже «помог» один раз. Зачем ты наплел Карачуну, что мы тебя, мальчика невинного, со Светой совратили? Какую цель ты, дурачок, преследовал?
– Я… я хотел спасти Джину от врачей!
– Ага, «спас» называется! Ты знаешь, что ее едва не изнасиловали банщики. Это ведь ты посоветовал, чтобы она пошла помыться! Вот, правду говорят японцы, что все наши мысли материальны! Придумал басню про групповой секс, и что мы получили в итоге? – констатировал Владимир. Но он не стал добавлять, что Джина Смит теперь ненавидит лаборанта. Зачем расстраивать Стива? Хороший парень, хотя и глупый.
– Но я же не знал! Изверги! Я ничего не знал! – воскликнул Хаген. – А сегодня я… я видел их кухню. Кухню палачей! Знаешь, что вытворяли врачи? Они заставляли нас питаться человечиной! И мы даже не догадывались, почему каждый день нас кормят свежим мясным бульоном…
– Осторожнее, нас могут услышать!
Но пассажиры не обращали внимания на двух спорящих молодых людей: Стива в синем костюме техника и Владимира в зеленой одежде работника пищепрома.
Метро разительно изменилось, в атмосфере чувствовалось напряжение. Сегодня горожане не стремились быстрее сесть в поезд и уехать по своим делам, они собирались в кучки и оживленно разговаривали. Большинство толпилось в центре платформы, где вещал общественный стереоприемник.
Ковров видел, что на перроне сейчас транслировалась эротическая сцена с участием бородатых санитаров. Люди узнавали истинное положение вещей. Многие тут же сжимали кулаки и бросались на немногочисленных врачей, оказавшихся в этот час на станции.
Однако, большее недовольство вызывали не доктора, а санитары. На одной из станций метро Большой Билл вскрыл кабину машиниста и вытащил оттуда упирающегося коротышку. Люди никак не ожидали, что санитары работают не только в медицине, но и в технических службах. Многим мелким служащим грозило увольнение. Их рано или поздно могут заменить на искусственных людей. На санитаров, не нуждающихся в кредитах. Тогда люди, обычные гомо сапиенсы, рожденные земными женщинами, перестанут быть главенствующей расой и окажутся лишь наборами органических запчастей для богатых чинуш, сидящих в правительстве. Хорошенькая перспектива!
Между тем на перроне уже транслировался другой стереосюжет. Ковров узнал мрачные интерьеры зала консилиума. Сейчас начнется его, Владимира, обличающая речь. Какой-же молодец этот Айфон! Хакер сумел выложить правду о врачах на всеобщее обозрение.
Но надо уходить, а то сейчас Коврова узнают в лицо и начнутся проблемы. Горожане будут приставать с расспросами, а врачи могут закрыть станцию на выход, чтобы преступник не пробрался в город.
Владимир сплюнул сквозь зубы, отвернулся от перрона и продолжил подъем по каменной лестнице.
«Света! Это сейчас важнее всего! Спасти Свету! Спасти свою любимую женщину! Не обращая внимания ни на что!»
– Вы ждали спасителя? Мессию? Я – ваш мессия! – летело вслед, и Владимир предусмотрительно натянул на голову капюшон.
Стив не отставал. Плелся следом, словно хвостик.
«Да, и хрен с ним, с этим надоедливым лаборантом, пусть тащится, если хочет. Но есть проблема! Нужно заглушить сигнал медицинских ретрансляторов! Алкоголь или крепкий чай Штернкукера могут помочь…»
Только вот текилы у беглецов уже не было, как и чая. Прошел почти час с момента последнего приема алкоголя, это очень много. Врачи могут засечь своими сканерами и Владимира, и Стива. Тогда их моментально схватят перед входом в Оазис!
Да, в подземном тайнике нашлась литровая емкость с чудодейственным алкогольным напитком, но доброхоты, которые ее там припрятали, никак не могли знать, что бутылку придется делить на десять-пятнадцать беглецов. Всем, кто мог пить, – хватило, но лишь по чуть-чуть. Японец честно разделил выпивку, хотя сам не притронулся. «Просветленный ум не нуждается в алкоголе», – витиевато произнес Кацуро.
После захвата поезда беглецы разделились на несколько мелких групп. Билл вышел на рабочей окраине, прихватив с собой трех таких же, как он, мутантов. Негроид пообещал основательно взбаламутить южные окрестности Сакс-Сити, где скрывалось от строгих докторов несколько тысяч неполноценных, ненужных никому людей. А сейчас эти изгои заявят о своих конституционных правах и потребуют то, что им положено, как людям. Свет, тепло, еда и право на продолжение рода.
Кацуро Фудзиямо и основная масса заключенных остались в поезде. Они уехали в неизвестном направлении, скрывшись в технических подземных тоннелях, ничего не рассказав о дальнейших планах. «Ты делай то, зачем пришел в город, а мы тоже будем делать свою работу!» – говорил японец. Он, вообще, показался Владимиру очень интересным человеком, хотя и немногословным.
А вот Стив неожиданно увязался за Ковровым. Когда поезд приехал на станцию «Оазис», лаборант выскочил следом. Вполне возможно, что простодушный парень действительно хотел искупить свою вину, но Ковров не очень-то доверял Стиву, вспоминая прошлое.
Да, сейчас становилось непонятно, кому можно доверять? Владимир честно считал, что пойдет в Сакс-Сити и спасет свою женщину из лап ненавистного Главврача, а оказалось, что он сам являлся лишь вкусной приманкой. Тактическим отвлекающим маневром. Металлические кругляши, которые дал Айфон, исправно открыли первую дверь в Инкубатор. Ковров даже сумел проникнуть к лифту, ведущему на нижние этажи медицинского комплекса, но его все равно схватили врачи.
А ведь компьютерщик обещал, что отключит стереокамеры и будет следить за каждым его шагом! Может, не получилось? Что-то пошло не так, как планировалось? Во всем виновата та подвыпившая парочка? Владимиру трудно сейчас об этом судить, да и некогда. Он знал, что возвратился в неприятельский город, чтобы спасти свою любимую женщину, Светлану. Остальное – неважно.
Хаген и Ковров стояли на улице в полусотне шагов от входа в комплекс Оазиса. Зеленое круглое здание со стеклянным фойе чуть впереди. Сквозь толстое стекло хорошо видны контрольные турникеты. Столбики со считывающими элементами приветливо переливались неоновыми зелеными огоньками.
Владимир не спешил, он подозревал, что внутри могут ожидать санитары. Стоит лишь приложить микрочип, как в общую компьютерную сеть моментально попадет информация, что Владимир Ковров пытается попасть в Оазис! А дальше будет еще минут пять, пока автоматы зафиксируют руку и начнут высасывать кровь. В этот момент человек абсолютно беззащитен. Время будет работать на врачей! Тут не спасет даже алкоголь, если бы он имелся в наличии. Что же делать?
– Володя! Я сейчас их отвлеку! – быстро затараторил Стив. – Я все равно не смогу пройти в комплекс!
– Почему? Нам надо придумать, как попасть вовнутрь!
– Смотри! – Стив приложился своими элементами нейроинтерфейса к рукам Коврова, и тот увидел, сколько денег на счету лаборанта. «Что? Минус сорок девять тысяч кредитов?!»
– Хм, кому это ты столько задолжал?
– Родине.
– И зачем ты тогда за мной увязался? Я не умею взламывать нейроинтерфейс и погасить долг тоже не смогу, – ответил Ковров.
– Я сейчас их отвлеку!
– Не делай этого! Тебя же схватят! – Владимир слегка придержал лаборанта за плечи.
– Будто бы в первый раз! Глубже ада, где я уже был, не отправят!
– Не надо!
Но Стив резко вырвался из объятий Коврова и быстро прошел через стеклянные двери. Вот он подбежал к столбикам, преграждающим вход в культурный комплекс. Лаборант осторожно приложил руки к считывающим элементам. Столбики замигали, немного завибрировали и сменили зеленый цвет на предупредительный ярко-красный. Раздался пронзительный сигнал тревоги, слышный даже на шумной улице. Моментально рядом со столбиками открылась потайная дверь, откуда и выскочило аж шестеро санитаров в сопровождении торжествующего врача. Владимир узнал этого неприятного типа. Им оказался тот самый долговязый доктор, который неделю назад задержал Кирилла Колыванова, брата Светланы.
Владимир еле сдерживал себя, чтобы не броситься на выручку Стиву. Но лишь больно прикусил губу и не двинулся с места. Если Владимир сейчас вмешается, то он и Стива не спасет, сам попадется и, главное, – не освободит Светлану. А от того, в чьих руках находится «новая Ева», зависит будущая жизнь всего полиса.
Вскоре на улице приземлился аэробус, куда и погрузили пойманного Хагена. Четверо санитаров и довольный собой врач улетели на воздушном судне, а оставшиеся двое коротышек возвратились в ту же самую дверь, откуда и выскочили десятью минутами ранее.
«Интересно, что там у них, комната отдыха?»
Владимир выждал еще немного и уверено вошел через стеклянные двери в помещение, приблизился к турникету, приложил руки к считывающим элементам, дождался, когда крохотный шприц возьмет стакан крови. После окончания процедуры его абсолютно беспрепятственно пропустили в комплекс Оазиса.
Ковров обернулся, но погони не было. «Интересно, почему? Еще не успели объявить в розыск?»
Погода сегодня стояла хорошая. Владимир чувствовал легкий ветерок, идущий сверху. Машинально запрокинув голову, он увидел неоднородность в поверхности стеклянного купола, одни места прочного покрытия казались светлее и прозрачнее остальных. Наверно, открыли «форточки» для проветривания всего парка. «Форточками» они, конечно, назывались условно, ибо каждая такая оконная рама размером десять метров на пять.