Вадим Кузнецов – Хроническая болезнь (страница 51)

Джина вздохнула и послушно вышла на балкон. Рядовой Алиев конечно-же вновь видел замечательные сны. Пришлось настойчиво дернуть его за плечо, и только тогда смуглый азиоевропеец проснулся. С извинениями и бормотанием он ушел, предоставив Джине следить за обстановкой.

Сейчас наблюдение за территорией осуществлялось круглосуточно. Это Ярославцев предусмотрительно приказал установить на балконе программиста трубу, больше напоминающую телескоп. Дорогая антикварная вещь, но необходимая.

Только сейчас Джина поняла, что расположение штаб-квартиры Айфона выбрано идеально. С балкона пятого этажа можно легко наблюдать, как за площадью «черного рынка», так и за ближайшими подходами к заброшенному городу. Даже без специальных средств.

Джине показалось интересным сравнить допотопную оптическую технику с современным электронным биноклем Станции наблюдения. Старинная подзорная труба давала удивительно четкое изображение! Причем работало простецкое устройство без электричества, хотя существовали и минусы. В темноте, например, такая труба бесполезна.

«Черный рынок» выглядел поначалу спокойным, как и вчера. Ничего не менялось. Люди продавали и покупали вещи, оживленно споря и жестикулируя. Торговцы зазывали простаков, предлагая завалявшийся товар, немногочисленные женщины сгрудились у единственного большого зеркала, между торговых рядов сновали малолетние карманные воришки. Чуть вдали давал представление местный фокусник, а в левой части базара безумные жонглеры подбрасывали и ловили стеклянные бутылки с алкоголем. Подобной беспечностью они весьма удивляли и озадачивали пришлый разномастный люд.

Однако, на рынке незримо чувствовалось всеобщее напряжение. Беспокойство овладевало горожанами. Каждую минуту мирная жизнь затерянного города могла прерваться. Временами разноголосый людской гул замолкал, словно вслушиваясь в звуки, исходящие из пустыни. Казалось, что весь старый Байрам томительно ждал, когда у более успешного братца, Сакс-Сити, «лопнет заразный фурункул, исторгая гной во все стороны».

После полудня ситуация кардинально изменилась. Стало известно, что в Сакс-Сити начались гражданские беспорядки, но посетители базара не понимали, что им делать и куда идти. Антисанитария воздерживалось от публичных заявлений, хотя и усилила охрану территории. Патрулей в серой солдатской форме прибавилось, даже в квартире Айфона теперь постоянно дежурили вооруженные люди.

Ожидание сводило с ума. У многих горожан оставались друзья и знакомые в «цивилизованном» полисе, кто-то должен вернуться туда, чтобы выйти на работу. Но люди не ведали, что их ждет в Сакс-Сити, а находиться на территории «черного рынка» они не могли по ряду объективных причин. Байрам просто не в состоянии обеспечить всех желающих даже ночлегом, старые дома в большинстве своем не подготовлены для подобных ситуаций.

Айфон судорожно искал пути внедрения вируса в программный код. Стало известно, что Карачун уже получил секретные протоколы от «звездюков» и запустил чудовищный проект по зомбированию людей. По условиям проекта предполагалось программировать психику и поведение людей во время их сна, когда человеческий мозг наиболее податлив и беззащитен для постороннего влияния. До наступления темноты оставалось еще полдня, казалось бы, времени предостаточно. Однако менее часа назад ретрансляторы врачей значительно усилили мощность излучения, каждую минуту система сканирования могла засечь «черный рынок», незаконное скопление людей за пределами Сакс-Сити. Тогда сюда немедленно прибудет карательная команда санитаров, и все будет кончено.

Странный человек недвижимо сидел на вершине бархана в позе индийского йога, скрестив ноги. Ветер бессмысленно гнал песчинки по горячей пустыне, засыпая кустарники саксаула и редкую пожухлую траву. Дневное солнце нещадно жгло короткостриженую голову незнакомца. Он не шевелился уже в течение получаса, абсолютно не реагируя на окружающий мир.

Сначала Джина посчитала, что перед нею покойник, но сразу услышала тихую монотонную песню, исходящую от странного адепта неведомой религии. Казалось, весь мир абсолютно не интересовал его, человек тихонько напевал, смотря в одну, только ему видимую точку прямо перед собой.

Незнакомец казался невероятно собранным и сосредоточенным. Словно охотящийся терпеливый лев перед смертоносным броском. Джина не видела выражение его лица, но почувствовала поток мощной неведомой энергии.

«Это состояние холодного разума, умиротворенного покоя, состояние чистой умственной энергии, готовящейся к активному действию.

Человек, словно озеро, полное незамутненной воды, жаждал напоить собою весь окружающий мир. Человек, подобный огню, скованному железными стенками кузнечной печи, ждал мысленной команды вырваться на свободу, беспощадно сжигая все на своем пути. Словно земля, покрытая льдом и снегом, он свято верил в зеленую весну и первый майский дождь, дающий ростки новой жизни.

Неотесанное дерево в руках умелого мастера послужит людям не один год. Стройная сосна подойдет для стен крепкого дома, благородный дуб пригодится для мебели и бочек, а гибкий клен подарит замечательную скрипку. Новую музыку и новую счастливую жизнь! У каждого – свое предназначение. У каждого – своя судьба.

Холодная сталь поможет тебе, воин, если ты живешь с ней в согласии. Закаленной стали не страшна ржавчина, булатный меч не боится огня, он греет в нем свою душу. Земля придает силы клинку, а дерево дарует оружию пищу, заставляя не поддаваться коварной лени в ожидании врага и горячей крови».

Эти слова из древнего трактата непонятно почему пришли на ум Джине, и она даже не помнила, кто автор этих вечных строк. Появилось ощущение, что мировое коллективное сознание всех живущих людей подсказывает эти слова.

– Немедленная эвакуация! Уводите всех с площади! Уходите в метро! – вырвал Джину из размышлений возбужденный голос хакера.

Она вернулась в комнату, и увидела, что солдаты собираются уходить. Они бегло осматривали оружие и снаряжение. Айфон давал последние инструкции перед выходом.

– Где Кацуро и его команда? – спросил компьютерщик.

– Где команда – не знаем, а японец молится в пустыне, ни на что не реагирует, – ответили ему.

– Надеюсь, он знает, что делает, – утвердительно заявил Айфон. Только сейчас он вспомнил про лаборантку и добавил: – Джина, вы тоже уходите вместе с ребятами, сейчас здесь станет жарковато.

– Да, конечно… – начала Смит, но тут же запнулась. Она заметила, что левая рука Айфона стала болезненно красной. – Я не могу вас сейчас оставить! У вас началось заражение крови! Антибиотики! Вам нужно срочно вколоть антибиотики!

– Хорошо! Останетесь ненадолго, потом догоните остальных. Баходур и Феликс, дождитесь Джину у входа в тоннели. При критической ситуации – взорвать подземный вокзал и завалить «железку»! – Айфон говорил, не отрывая взгляд от монитора, судорожно стуча пальцами на клавиатуре.

– А как же вы, брат Айфон? – спросил уже полностью проснувшийся Баходур.

– Я подойду, когда завершу начатое…

Солдаты нехотя удалились, а Джина достала шприц-пистолет и сделала хакеру целительную инъекцию. От массажа Айфон отказался, сославшись на то, что времени мало.

Хакер невозмутимо продолжил работу, требуя, чтобы Джина ушла, но она прекрасно понимала, что оставлять Айфона одного в таком состоянии нельзя. Лаборантка схитрила, увидев, что хакер вновь подключился к нейроинтерфейсу и увлекся работой. Она незаметно проскользнула на балкон.

Как только Смит покинула комнату, послышался знакомый звук турбодвигателей. И, действительно, в небе появилась маленькая черная точка, жужжащая, словно назойливый комар. Точка двигалась из Сакс-Сити, но не в Байрам, а чуть левее, к зарослям кактусов. Джина моментально приникла к окуляру подзорной трубы и зафиксировала летательный объект.

Настроив резкость, Джина увидела небольшой аэробус, похожий на ракету. В ней два человека. Лаборантка неожиданно узнала в пилотах Владимира и Светлану, хотя ракета летела быстро. Джина едва успевала перемещать подзорную трубу, чтобы следить за движением маленького воздушного судна.

«Они спаслись! Здорово!»

Джина отвела глаза от трубы и захлопала в ладоши, радуясь за друзей, но праздновать победу рано. Вскоре до ее слуха донесся рев других аэробусов. В небе появились медицинские машины, большие и шумные. Три аппарата, словно хищные горгульи, неслись вслед за маленькой ракетой Владимира. Он резко ушел влево, а правительственные аэробусы почему-то не отреагировали, а продолжили движение сюда, прямо на Байрам. Значит, их целью является «черный рынок».

Джина вновь припала левым глазом к оптической линзе зрительной трубы. Она наклонила устройство вниз, найдя маленькую фигурку на бархане. Японец Кацуро упрямо продолжал медитировать, несмотря на то, что аэробусы уже зависли метрах в ста от него и зашли на посадку. Вот они сели на дюны, и из каждой летательной машины начали выходить коротконогие санитары, подгоняемые врачами.

Три отряда, по десять-пятнадцать санитаров, построились в аккуратные колонны и направились к старому городу. Чуть позже отряды рассредоточились, увеличивая расстояние друг от друга, желая охватить большую территорию. Бородатые санитары шли, вооруженные электрическими дубинками. В левой руке каждый держал круглый щит с алым крестом, а на голове – металлический шлем. Санитары шли, гулко гремя дубинками о щиты. Каски тряслись, касаясь мясистых носов, выступающих из-за густых бород. Это уже не помощники и защитники людей, они больше напоминали средневековых крестоносцев, жаждущих крови неверных. Никогда, никогда Джина не видела такого жуткого зрелища! Смит всю жизнь считала санитаров добрыми и радушными существами, теперь же они вновь показывали свое истинное нечеловеческое лицо.