Вадим Кленин – Фаербол на палочке (страница 9)

Он повернулся к Никите, по-рыбьи беззвучно хлопая губами, из глаз полились слёзы. В немой мольбе Даня протянул к товарищу правую руку, левой указал на коробку, отчаянно надеясь, что старший друг сумеет уладить это… недоразумение. «Да-да, – уверял себя Даня, – именно недоразумение. И Никита обязательно справится. Ведь он помогал и раньше, был опытнее и, чего уж скрывать, гораздо смышленее». Сердце и разум мальчика отказывались верить, что последняя надежда стала таким же пшиком, как и предыдущие. Лопнула с оглушительным грохотом, оставив после себя резонный вопрос: «Кто это сделал?»

– Что там? – недоуменно спросил Никита.

Старший мальчик не так хорошо видел в полутьме. Но отчетливо понимал: случилось что-то из ряда вон. Будто нарисованный на коробке дракон, обвивавший подарки от спонсоров, на самом деле ожил и укусил Даню, защищая свое барахло. Никита, конечно, в такое не верил, но его друг явно сильно страдал. И с этим стоило разобраться.

Рука Никиты, словно змея, молниеносно тюкнула в выключатель. Старая пластмассовая кнопка недовольно хрустнула. Помещение залило скудным желтоватым светом прямоугольной лампы, дизайн которой был спроектирован ещё при царе Горохе. Кем на самом деле был этот царь, и существовал ли он в принципе, Никита не знал. Но прибор был древним и доживал свои деньки на постоянной реанимации у электрика.

Никита подошел к коробке и заглянул «дракону» в «пасть». Нутро бумажного ящера заставило его даже присвистнуть. Эмоции малыша стали понятны.

– Дела-а-а, – протянул Никита и почесал затылок. – И так везде?

Даня продолжал хлопать глазами и с надеждой смотреть на старшего приятеля. Никита нахмурился и решил проверить всё сам.

Он подошел к коробке, с нее смотрела прелестная девочка, которую дизайнеры умудрились скрестить с бабочкой. Так в их понимании выглядела лесная фея. Никита коснулся верхнего края, и тот легко раскрылся, хотя до этого казался запечатанным. Мальчик заглянул внутрь и в испуге отшатнулся.

– Их нет! – пораженно воскликнул он.

– Кого? – не понял Даня. Посмотрел на коробку и промямлил: – Они же феи, могли и разлететься.

– Какие феи? В этих коробках спонсоры привозят гаджеты! Видишь логотип? Девочка с крылышками. Тут должны быть учебные планшеты. Их выдают тем, кому исполнилось двенадцать лет! Уже осенью я должен был получить такой!

– А теперь что?

–Три кирпича! – яростно произнес он и, словно маленький торнадо, понесся по складу, раскрывая все коробки подряд.

Не всё оказалось разграблено. Однако примерно у трети коробок из новой поставки внутренности были заменены.

Возмущенный Никита вдруг замер, уставившись в окно. Даня проследил за взглядом приятеля. Там, сквозь густо сыпавший снег, проступили очертания черного тонированного фургона, похожего на мрачную карету злого колдуна. Во мраке зимнего вечера отчетливо сверкнули стоп-сигналы, словно это были не лампы, а глаза чудовища из инферно, созывавшего собратьев. Тех, кто участвовал в налете на склад.

На водительском кресле шевельнулась тень, а потом на краткий миг сверкнул экран телефона. Он подсветил лицо человека – настолько бледное, словно оно принадлежало призраку. Глаза при этом были так черны, будто глазницы пустовали.

«Призрак» поднес к уху аппарат, и свет от экрана очертил контуры его головы. Что-то быстро сказав, тот отключил телефон и мельком посмотрел по сторонам, будто проверяя, нет ли погони. Усмехнувшись, водитель повернулся вперед, дернулся, и фургон плавно тронулся с места, не зажигая передние фары.

Мальчики проводили взглядами загадочный автомобиль до середины извилистой дороги, выходившей на дамбу, и потеряли бы его из виду, если бы на половине пути темноту не прорезали два широких треугольника света. Фары рассеяли тьму, а заодно распугали русалок и других охранников единственного моста, соединявшего остров с берегом.

Даню охватило странное чувство. Будто нечто невидимое, но очень мощное связало намертво его организм с этим загадочным автомобилем. Он почувствовал, как тело тянет туда, на улицу, в холод. Немедленно, прямо сейчас. Захотелось закричать, догнать, выпрыгнув из окна даже без теплой одежды и уличной обуви. Но прежде чем мальчик успел сделать такую глупость, фургон исчез за поворотом, растворившись в ночи. И странная тяга пропала.

Даня стоял, чувствуя, как дрожат руки. Он старался понять, что именно произошло. Почему его тянуло к автомобилю, на котором, скорее всего, скрылись похитители волшебных палочек? Душа продолжала звенеть, как натянутая струна.

Он посмотрел на Никиту, ожидая, что тот сможет логически всё объяснить. Старший товарищ не верил в чудеса и всегда находил в событиях что-то рациональное. Но тот молчал. И по-прежнему задумчиво глядел вдаль – туда, где скрылась машина.

Даня присмотрелся и понял, что в душе Никиты тоже не всё так просто. В его глазах формировалась какая-то мысль и явно не очень светлая. Младший приятель удивился. Произошло что-то сверхъестественное? Никита, наконец, тоже почувствовал влечение к магии?

– Загадка, окутанная туманом ночи, – пробормотал тот. Словно очнувшись, он отлип от окна и посмотрел на Даню. Взгляд его стал жестким, холодным и настолько колючим, что младший невольно отступил назад, почувствовав внезапную тревогу.

Сам же Никита неторопливо, почти по слогам, произнес:

– Если они воруют, то и нам не грех.

Затем замер, казалось, всё ещё взвешивая на своих внутренних весах неизбежность и необходимость каких-то действий. Но через минуту эта внутренняя борьба закончилась. Во взгляде появилась решимость и совершенно новая суровость, которой Даня раньше не замечал.

– Это же подарки, – младший попытался пресечь переход приятеля на темную сторону. Его горло сжалось от волнения. – Другие ребята будут расстроены.

– А мне плевать, – вспыхнул Никита. – Нам тоже нужно выживать! Есть, ходить в теплой одежде, с новыми гаджетами… а только потом думать о других.

– А если обнаружат? – Даня решил зайти с другой стороны. Но сделал это не слишком уверенно: в груди проснулась паника. Ладони начали потеть, а сердце забилось чаще. Он всегда доверял Никите, но сейчас его поведение стало пугающим.

– Выкрутимся, – отмахнулся тот. – А совсем достанут – просто убежим. Давно хотел. Надоело мне тут плясать на потеху гостей. Пусть сами танцуют за свои подачки.

Наивные глаза Дани уставились на товарища.

– А если не получится… ну это, выкрутиться? Нас же будут пытать? – еле слышно прошептал он. – Ведьма наша и утопить может. Даже сама мараться не будет. Просто русалкам скажет или Водяному позвонит.

Даня живо представил, как его поймают, свяжут и начнут допрашивать. Боль, страх и унижение – всё смешалось в его голове, вызывая тошноту и новый приступ паники.

Никита тяжело вздохнул. Сочувствующе, как на душевнобольного, посмотрел на приятеля.

– Начнут прессовать – просто расскажем правду. – Он положил руку на плечо Дани. – Ничего. Страшного. Нам. Не. Грозит.

– Ты уверен?

– Да!

– Нет, так нельзя, – взмолился Даня, чувствуя, как внутри поднимается волна протеста. – Мы же с тобой не злые маги. Про нас плохо подумают, если вскроется.

Никита остановился, внимательно наблюдая за реакцией младшего товарища, и на его лице мелькнуло что-то похожее на сомнение, но оно быстро сменилось прежней уверенностью.

– Тогда мы сделаем так, чтобы никто ничего не узнал, – тихо сказал он. – Только ты и я будем знать. Никто другой. Договорились?

Даня заколебался. Внутри него спорили два голоса: один говорил, что это неправильно, а второй шептал, что доверие к Никите важнее всего. Он долго смотрел в глаза старшему товарищу, пытаясь найти ответы на свои вопросы, но нашел только ту самую решимость, которая теперь пугала.

Наконец Даня не выдержал внутренней борьбы и просто кивнул, не зная точно, правильно ли поступает.

Никита облегченно вздохнул, похлопал товарища по плечу и ободряюще улыбнулся. Выглянувший из-за туч лунный лучик преломился сквозь верхние витражи, упал на лицо старшего товарища и высветил в темноте только неровные зубы. Начавший было успокаиваться Даня в ужасе отшатнулся – лицо Никиты на миг стало похоже на маску гнева, которую он когда-то видел в музее. Мальчик точно не помнил, откуда ее привезли – то ли с Суматры, то ли из Сингапура. Но оскал языческого божества был настолько страшным, что Дане та маска почти неделю снилась, отчего он плохо спал и получил несколько двоек.

– Кстати, а ты что в этот раз заказал Деду Морозу? – спросил «бог гнева», и наваждение пропало. Вместо магического существа, возможно, сильного колдуна, перед Даней снова стоял приятель, который не верил в чудеса и магию. – Отправил письмо?

– Угу, – кивнул Даня. – Попросил, чтобы он помог пробудить магические силы.

– Чего? Зачем? – казалось, искренне удивился Никита.

– У меня самого не получается. Кстати, за тебя я тоже попросил. Хотя ты и не веришь в это.

– Не надоело тебе ещё? Не пора взрослеть? Я думал, ты что-то реальное попросишь. Ну там, планшет или мобильник. Денег, наконец. Они бы нам очень пригодились.

– А я хочу семью! – В глазах Дани загорелись злые огоньки. Он топнул ногой и нахмурился, став похожим на бычка, которому очень не нравится красная тряпка в руках вертлявого тореадора. – А без магии меня не примут обратно!