Вадим Фарг – Имперский повар 9 (страница 38)
— Высокая кухня, господин Громов, — громко, на весь зал, сказал я, — это не фокусы в тарелке. Это правда. И сегодня вы попробовали её.
Он не нашёлся, что ответить. Молча бросил на стол салфетку, резко встал и, не поднимая глаз, быстрыми шагами покинул ресторан.
И в этот момент зал взорвался. Люди аплодировали не только мне. Они аплодировали своей собственной маленькой победе над фальшью. Вечер продолжился с невероятным размахом, заказы сыпались один за другим, а кухня работала как никогда идеально. Кристина наконец смогла расслабиться и улыбнулась мне из-за барной стойки. Мы кормили столицу. И столица жадно просила добавки.
Смена закончилась, гости, а потом и повара разошлись, оставив меня одного в кабинете ресторана. Я смотрел на пустой экран ноутбука и просто пытался прийти в себя после этого безумного и напряжённого вечера. Мы громко заявили о себе в столице, но расслабляться было слишком рано.
Тишину разорвал резкий звук. Телефон на столе завибрировал и замигал ярким светом. На экране высветилось короткое имя: Света.
Я смотрел на телефон и чувствовал, как внутри всё сжимается от дурного предчувствия. Я ждал этого звонка весь вечер. Наш антидот должен был наконец-то сработать. Если Лейла послушно выполнила мой приказ, то команда уже пришла в норму. Я надеялся на это.
— Слушаю, — коротко сказал я, стараясь держать голос максимально ровным.
— Игорь, что это было?
Её голос дрожал от гнева и обиды. Но самое главное, он снова был живым. Это была настоящая Света, а не бездушная кукла «Магического Альянса». Антидот сработал безупречно, что позволило мне облегчённо выдохнуть.
— Что именно ты имеешь в виду? — спросил я, откидываясь на спинку кресла и глядя в потолок.
— Не придуряйся, — произнесла она. — Мы несколько дней ходили как лунатики. Вся команда была словно в густом тумане. Мы работали, резали овощи, варили бульоны, но я вообще ничего не помню! В голове была только одна тупая мысль. Слушаться босса во всём. А потом Лейла принесла эту новую специю. Она сказала, что ты приказал всем её сожрать, иначе уволишь нас к чёртовой матери. Игорь, что вообще происходит?
Она тяжело дышала. Я слышал на заднем фоне громкий шум проезжающих машин. Видимо, она стояла на балконе своего номера в отеле и мёрзла на ветру. Мне очень хотелось рассказать ей всё. Хотелось объяснить про князя Диворского, про яды «Альянса», про массовый гипноз. Хотелось честно сказать, что я таким образом спасал их жизни.
Но я не мог этого сделать.
Люди «Альянса» наверняка сидели на линии связи. Если я сейчас раскрою свои карты, Диворский сразу поймёт, что его магия больше не работает. Он пришлёт в Стрежнев не хитрых гипнотизёров, а обычных наёмников. Я должен был защитить свою команду, даже ценой их доверия. И мне пришлось снова надеть маску наглого босса.
— Вы работали без должной отдачи, — сухо ответил я, разглядывая тёмный угол своего кабинета. — Кафе теряло прибыль, и мне пришлось вмешаться, чтобы навести порядок на кухне.
— Навести порядок? — Света нервно рассмеялась. — Ты звонил Лейле и орал на неё. Ты угрожал вышвырнуть нас на улицу без копейки. Мы твоя команда, Игорь! Мы вместе строили этот бизнес с нуля. А ты ведёшь себя как зажравшийся столичный барин. Тебя так быстро изменила столица и деньги?
Я сжал телефон в руке так сильно, что пластиковый корпус жалобно хрустнул. Каждое её слово било точно в цель. Она была права в своих суждениях, я вёл себя как последняя скотина. Но это была моя единственная стратегия выживания в этой войне. Я должен был оттолкнуть её, чтобы спасти от гнева аристократов.
— Это была проверка, Света, — холодно и чётко произнёс я, тщательно подбирая каждое слово для невидимых вражеских слушателей. — Обычная проверка на вашу лояльность. Мне нужно было понять, кому я могу доверять в стрессовой ситуации. Наш бизнес стремительно растёт, ставки повышаются с каждым днём. Я не могу полагаться на пустую сентиментальность. Вы успешно прошли этот тест. Забудь об этом инциденте и возвращайся к работе. Оставайся в Стрежневе. У меня здесь свои дела.
На том конце провода повисла тяжёлая и давящая пауза, и я услышал, как она тихо всхлипнула. Света никогда не плакала из-за проблем на работе. Она могла ругаться с наглецами, строить лентяев, выбивать бюджеты у начальства. Но сейчас я ударил её в больное место. Я обесценил нашу дружбу.
— Дела? — переспросила Света, и её голос стал совсем чужим. — Тебе нужны только твои новые дела, или новые друзья аристократы? Мы тут одни в этом проклятом городе, держим твою франшизу на плаву, отбиваемся от конкурентов. А ты там играешь в большого босса? Ты променял нас на столичные тусовки и дорогие костюмы. Да что с тобой не так, Игорь?
Я закрыл глаза и устало потёр переносицу. Голова просто раскалывалась от напряжения и недосыпа.
— У меня здесь важный проект, — монотонно продолжил я гнуть свою линию, подавляя собственные эмоции. — Ресторан в Петербурге требует моего полного и постоянного контроля. Я не могу сейчас тратить время на ваши пустые истерики. Вы все взрослые люди. Занимайтесь своей работой в Стрежневе. Я буду лично проверять ваши отчёты каждую неделю. Если показатели упадут, наш разговор будет совершенно другим.
— Вот как? — тихо сказала Света. — Что ж, господин Белославов, это ваше право.
В трубке раздались короткие гудки.
Я медленно опустил руку с телефоном. Кабинет показался мне тесным и душным. Я сидел в темноте, освещаемый только тусклым светом от экрана ноутбука. Вокруг меня крепкие кирпичные стены моего нового ресторана. Я только что размазал по стенке главного критика Империи. Досыта накормил высокомерную элиту чистым мясом. Я выиграл публичный бой.
Но именно сейчас я чувствовал себя проигравшим человеком.
Впервые оказался по-настоящему одиноким в этой войне. Настя осталась в Зареченске, Света и Лейла сидели в Стрежневе и ненавидели меня. Я оттолкнул близких людей, чтобы они не попали под удар Диворского. Мой план сработал, враги поверили в мою жадность и звёздную болезнь. Они не будут трогать провинциальный филиал, считая его просто источником денег для моих амбиций.
Повар никогда не имеет права на лишние эмоции во время запары. Если ты начнёшь жалеть кусок мяса, то твой стейк сгорит. Если ты будешь плакать над нарезанным луком, то испортишь соус. На профессиональной кухне нужна только холодная голова и точный расчёт. Сейчас вся моя жизнь превратилась в огромную и опасную кухню, где на раскалённой сковороде жарились судьбы реальных людей.
Мне нужно было продолжать игру, Диворский не остановится на проверках. Он будет маниакально искать мои слабые места. Он будет давить на поставщиков, присылать новых шпионов, использовать чёрную магию. Я должен быть готов к любому удару. И я должен нанести свой удар первым. У меня был компромат от Рата. У меня была логистическая поддержка Оболенского. У меня был идеальный антидот, надёжно спрятанный во вкусной еде.
Я снова посмотрел на свой телефон. Света наверняка сейчас сидит на кровати и плачет в номере. Она злится на меня, собирает вещи в чемодан, хочет всё бросить и уехать. Но она не бросит, она профессионал. Света поплачет, умоется, выпьет крепкий кофе и завтра утром выйдет в зал кафе, чтобы строить официантов. Она будет делать свою работу просто назло мне. Она захочет доказать всем, что они могут справляться и без шефа. А мне только это и было нужно.
Я осознавал тяжесть своего решения. Прекрасно понимал, что победа над «Магическим Альянсом» может стоить мне самого дорогого, что у меня было. Я мог потерять доверие близких. И даже когда всё закончится, они могут не простить мне эти слова. Но иного выбора у меня просто не оставалось.
Завтра начнётся новый день. Завтра я снова надену свой китель, выйду на кухню и буду улыбаться гостям. Я буду готовить лучшую еду в Петербурге, разрушая магические иллюзии чистым и честным вкусом. Я буду ломать криминальную империю Диворского кусок за куском, пока от неё не останется только жалкий пепел.
Я закрыл ноутбук и направился к выходу из кабинета. Впереди было слишком много работы.
Глава 22
Зал для особых гостей в новом ресторане «Империи Вкуса» идеально подходил для разговоров без лишних ушей. Свет здесь намеренно приглушили, высокие окна плотно закрыли шторами, а в большом камине тихо трещали поленья. В воздухе висел приятный и успокаивающий запах дыма, жареного мяса и дорогого алкоголя. За стенами шумел вечерний Петербург, по набережной Невы проносились дорогие кареты, люди спешили по делам, но внутри царила абсолютная тишина. Зал был закрыт для всех, кроме меня и моего гостя. Сегодня мы занимались не высокой гастрономией, а грязной политикой.
На столе лежала толстая серая папка. Рат, сидел рядом на спинке стула и деловито умывал морду.
— Там пахло дешёвыми цветочными духами, — брезгливо пожаловался Рат, разглаживая усы. — Этот тип спускает все деньги со взяток на карточные игры и свою крикливую содержанку, шеф. Классический столичный идиот. Он даже не утруждается прятать расписки от ростовщиков. Я лично вытащил их из-под отставшей половицы в его спальне. Его девка каждый день требует новые украшения, а долги растут как на дрожжах.