Вадим Фарг – Имперский повар 5 (страница 45)

На складе повисла тишина. Бандиты смотрели на меня как на умалишённого. Хасан крутил пальцем у виска.

Омар медленно подошёл ко мне. Он смотрел в тот угол, где исчез грызун, потом перевёл взгляд на меня.

— Ты думаешь, с животными можно договориться? — спросил он скептически. — Это не люди, Игорь. У них нет чести. У них есть только голод.

— Я договорился с вами, Омар-бей, — улыбнулся я. — А вы, при всём уважении, опаснее любой крысы. Давайте попробуем. Эксперимент.

— Какой эксперимент?

— Оставляйте им остатки еды у входа. Лепёшки, корки сыра, немного зерна. Специальное место. «Стол для маленьких гостей».

— Кормить паразитов? — возмутился Хасан. — Да они…

— Тихо! — оборвал его Омар. Он смотрел на меня с прищуром. — Продолжай.

— Если через неделю ни один мешок на складе не будет прогрызен… — я сделал паузу. — Если товар останется целым… С вас причитается.

— А если они сожрут мой шафран? — спросил Омар.

— Тогда я приготовлю вам банкет бесплатно.

Старик хмыкнул. Он пожевал губу, разглядывая меня. В его глазу снова зажёгся тот самый огонёк азарта, который я видел во время готовки. Ему нравились безумные идеи.

— А если ты выиграешь? — спросил он. — Чего ты хочешь?

— Мешочек того самого шафрана, — не моргнув глазом, ответил я.

Омар раскатисто рассмеялся.

— Наглец! Ты ставишь свою работу против моего золота. Но мне нравится этот риск. По рукам, заклинатель крыс. Хасан! Спрячь пушку. Сегодня у нас перемирие с хвостатыми.

Мы пожали руки. Ладонь Омара была сухой и жёсткой, как пергамент, но рукопожатие — крепким.

— Я проверю, — пообещал он. — Ровно через неделю. Если найду хоть одну дырку в мешке — ты накормишь всех моих парней. А их, поверь, в городе предостаточно.

— Договорились, — я улыбнулся в ответ. — Мне пора, Омар-бей. Мой пациент не может ждать.

Старик кивнул. Веселье схлынуло с его лица, он снова стал серьёзным торговцем.

— Иди, — сказал он. — Двери моего склада открыты для тебя. Но помни: открытая дверь — это сквозняк. Не злоупотребляй гостеприимством.

— Я запомню. Спасибо за сделку. И за доверие.

— Спасибо за воспоминания, — ответил он просто. — Хасан, проводи гостя. Чтобы никто из местных дураков не решил проверить прочность его черепа. И ещё, Белославов, — он хмыкнул, — свежий корень был моим личным подарком. Но ты заплатил за мандрагору, так что возьми пару баночек. Уверен, они тебе пригодятся.

— Благодарю вас, Омар-бей, — я снова почтительно склонил голову.

Выйдя из склада, почувствовал вечернюю прохладу порта.

После душного помещения воздух показался ледяным. Ветер с реки пробирал до костей, неся запах соли и гнилых водорослей. Но сейчас этот запах казался мне запахом свободы.

Я сжал кулаки, заставляя себя собраться. Ещё рано расслабляться. Дело не закончено.

Хасан шёл рядом, молчаливый и угрюмый. Он довёл меня до ворот, открыл калитку и сплюнул под ноги.

— Ну, бывай, повар, — буркнул он. — Лепёшки у тебя ничего. Но с крысами ты зря затеял. Это нечисть.

— Нечисть — это люди без совести, Хасан, — ответил я. — А крысы просто хотят жить.

Он хмыкнул и захлопнул за мной тяжёлую дверь.

Автомобиль барона стоял там же, где высадил меня — в тени заброшенного завода. Водитель не уехал. Это радовало. Идти пешком через весь город с бесценным корнем в кармане было бы верхом глупости.

Я двинулся к машине, но перед этим остановился у нагромождения ржавых контейнеров.

— Рат! — позвал я шёпотом. — Вылезай, партизан.

Шорох, тихий писк, и из темноты ко мне метнулась знакомая тень. Рат взбежал по моей штанине, вскарабкался на пальто и юркнул за пазуху, устроившись по соседству с мандрагорой.

— Ну как? — спросил я, шагая к машине.

— Договорились, — проворчал Рат, устраиваясь поудобнее. — Местные — это не крысы, это бандиты с хвостами. Никаких манер, сплошной мат и угрозы. Пришлось пару раз куснуть вожака за ухо, чтобы он начал слушать.

— Но они согласны?

— Ещё бы. Еда в обмен на ненападение — это царские условия. Они обещали, что будут охранять склады Османа лучше любых волкодавов. Ни одна мышь не проскочит. Но, шеф…

— Что?

— Ты мне должен сыр. Я там чуть хвост не потерял на переговорах. Требую компенсацию за вредность производства.

— Получишь, — усмехнулся я. — Всё получишь. Ты молодчина, Рат. Без тебя я бы не справился.

— Знаю, — самодовольно ответил фамильяр. — Что бы ты делал без своей правой лапы? Ладно, поехали. Здесь холодно, а мандрагора греется, как печка. Приятное соседство.

Я подошёл к машине и постучал в тонированное стекло.

Окно поползло вниз. Водитель барона посмотрел на меня так, словно увидел призрака. Его глаза расширились, сигарета выпала из рта.

— Вы… — выдавил он. — Вы вернулись?

— Как видите, — я открыл дверь и сел на заднее сиденье. Тепло салона обняло меня, как пуховое одеяло.

— И… целы? — водитель повернулся ко мне всем корпусом, разглядывая моё лицо. — Даже уши на месте?

— Всё на месте, — заверил я его, пристёгивая ремень. — И уши, и нос, и даже кошелёк.

— Но как? — не унимался амбал. — Оздемир никому ничего не отдаёт. От него люди уползают, а не уходят.

Я положил руку на грудь, чувствуя под тканью пальто твёрдый, узловатый корень. Мой трофей. Мою победу.

— Я не ходил воевать, приятель, — ответил я, устало прикрывая глаза. — Я ходил готовить. А хороший ужин открывает такие двери, которые не выбьет никакой таран.

— Готовить… — повторил он ошарашенно. — В порту? Маньяки…

— В поместье, — скомандовал я. — Быстро. У нас мало времени.

Машина сорвалась с места, вдавив меня в мягкую кожу сиденья. Город за окном превратился в смазанные полосы света. Фонари, витрины, фары встречных авто — всё сливалось в одну бесконечную реку.

Граф стоял у огромной карты города, занимавшей половину стены. Красные булавки отмечали его владения, синие — зоны интересов, чёрные — проблемные точки.

Сейчас чёрных булавок стало непозволительно много.

В глубоком кресле сидел барон Аркадий Свечин. Он нервно теребил манжету шёлковой рубашки, и этот мелкий, суетливый жест раздражал Ярового больше, чем шум ветра за окном.

— Докладывай, — бросил граф, не оборачиваясь.

Свечин поперхнулся воздухом, поспешно выпрямился и открыл папку, лежавшую у него на коленях.

— По объекту «Банк», Всеволод… Ситуация патовая. Здание бывшего Имперского банка, которое выкупил этот столичный выскочка Дода, превратилось в настоящую крепость.

— Крепостей не бывает, Аркадий, — холодно заметил Яровой, проводя пальцем по карте в районе набережной. — Бывают плохие осадные инженеры.

— Нет, вы не понимаете, — затараторил Свечин. — Там старая имперская защита, ещё с тех времён, когда там хранили золотой запас. Стены метровой толщины, экранирование от магии. А Дода привёз своих технарей, они навешали сверху современных артефактов и сигнализаций. Мы пытались найти уязвимости в канализации — там стоят магические фильтры. Пытались через кадастровую палату признать сделку недействительной — юристы Доды отбиваются как бешеные псы.

Яровой хмыкнул. Максимилиан Дода был достойным противником. Хитрым, богатым и беспринципным. Связываться с ним в открытую было чревато войной со столицей.

— Что по активности? — спросил Граф. — Что они там делают?