В. Старостин – Человек идёт в тайгу (страница 11)

Бывали и на других озерах поменьше. На эти озёра попадали так: поездом от дома доезжали до станции Сиуч. Затем по тропе шли вдоль речки Смердиль. Она вытекает из озера Грибно и впадает в реку Колпь. Шли часа три. Конечно, к каждому такому походу тщательно готовились, старались брать самое необходимое. Все равно по весу набиралось много: резиновая лодка, палатка, фуфайки (летние ночи всё-таки прохладные), котелки, топорик, удочки и по мелочи, но необходимое. Лодку несли по очереди. Ходили туда ночи на две на три. Тропа шла по суходолу и по болоту и всё это чередовалось. Тяжелая, конечно, дорога, грудь и спина сырые… Но зато там не было людей, только изредка приходили жители из деревни Котово. После такого променажа уха из свежесваренной рыбы была очень вкусная. А чаем (тогда ещё были настоящими индийский и цейлонский) с добавлением листьев черники и брусники просто не могли напиться…

Туда, правда, позднее повадились приходить москвичи. Им кто-то показал этот не пуганный край. Вели они себя не всегда правильно. Стали прямо у воды на берегу озера вырубать молодой лес, мусорить. Сделали им замечание. Вроде прислушались.

Иной раз на реке Смердиль встречали плавающего лебедя. Значит самочка поблизости сидела на гнезде. А как-то весной, остановившись на тропе передохнуть, и, ставя рюкзак на кочку, чуть не накрыли им сидящую на гнезде глухарку. В гнезде оказалась полная кладка – восемь яиц желтоватого окраса со светло-бурыми пятнами. Мы стали обходить это место и наткнулись ещё на гнездо и ещё. Быстро ушли оттуда. Посовещавшись, сделали на тропе с двух сторон завалы из сухостоя, зная, что на эти озера всё – таки могут прийти люди и подготовили обход. При этом вспомнили некоторую некорректность по отношению к природе со стороны москвичей.

Путешествовать нам нравилось. Если позволяло время, мы иной раз уходили от больших озёр в восточном направлении через протоки к другим небольшим озеркам. Как-то ночевали на берегу Чёрного озера. Оно небольшое, правильной округлой формы с ровными краями. Было впечатление, что когда-то туда упал метеорит. Озеро – это глубокое. И, что интересно: днем там клевал мелкий окунь, а ночью – килограммовый. Приходилось пробовать копчёного окуня весом больше килограмма, пойманного на этом озере. Судя по всему, на этом месте, где мы путешествовали, когда-то давно было огромное озеро, и оно постепенно стало зарастать.

Вспоминается случай, когда я с Валерой обходили одно из больших озёр. Валера шёл впереди. На повороте увидел людей и вскрикнул: «Да, это же наши пээмковские мужики!». На радостях сделал буквально три шага от тропы к ним на встречу и сразу провалился почти по шейку. Я, быстро скинув рюкзак, вытащил товарища. У нас в руках было по длинной палке. Пока Валера выливал воду из сапог, я попытался длинной палкой достать в этом месте дна и не достал. Вышли на сухое место. Валера вынул из рюкзака одежду, которая не успела намокнуть. Я ещё поделился своей. «А если бы не палка в руке?» – заметил он. Отвечать на этот вопрос мы не стали… Уже вечером, сидя у костра и попивая чай, я слегка подтрунил над ним: «Что, встретил своих?!». Валера ответил: «Да, ну, к чёрту!». Обоим было не по себе.

Вот вам, братцы, наглядный пример по технике безопасности при переходе через болото – всегда нужно держать в руках крепкий длинный шест -палку.

Вспоминается ещё случай. Шли в том же районе по болотной тропе. Один из товарищей провалился ногой, а так как немного устали, то решили там и передохнуть. Валера достал из рюкзака зимнюю удочку и, насадив на крючок червячка, опустил снасть в образовавшуюся лунку. Опустил просто так. Вдруг поплавок дернулся, и Валера вытащил окушка! Мы удивились, так как от озер это было далековато. Значит под нами было другое, невидимое озеро.

Переходы: Сиуч – озеро Грибно были непростые, но иной раз нам везло. Как-то встретили на озерах бабаевских мужиков. Они приехали туда на машине и предложили нас обратно подвезти. Мы, конечно, этому обрадовались. Шофера звали Дмитрий Николаевич Талызин. Он был заядлым рыбаком и приехал сюда на «Зил-157». Это здоровый трехосный вездеход. Когда мы стали подавать ему в кузов нашу поклажу, Дмитрий Николаевич переспросил:

– И эту всю тяжесть вы бы понесли на себе к поезду?

При этом он очень ярко выразился. Ярко и непечатно… Мы над этим долго смеялись. И, несмотря на трудный маршрут: Сиуч – Грибно и обратно, нас туда тянуло!

В последствии дорогу Бабаево – Лентьево подремонтировали. У нас появилась техника, и мы стали попадать на озера окружным путем. И я бы добавил, не особо напрягаясь…

Озеро, как «Чёрный квадрат» Малевича

Мне нравилось бывать на озёрах, на реке с компанией друзей. Такие поездки проходили весело, с юмором. Вечером, уже порыбачив, варили уху, травили анекдоты. Вспоминали смешные истории. Бывали и откровения, как на исповеди в церкви. Если у кого-то обозначилась трудная жизненная ситуация, тут же сообща, ненавязчиво предлагалось и её разрешение.

Очень нравилось и нравится бывать в лесу одному с собакой. С ней как-то спокойней. Обычно с собой была обязательная походная вещь – солдатский котелок. В самом котелке варил суп или разогревал кашу для себя и своего друга собаки. А в крышке кипятил и заваривал чай. Это уже для себя. Этот котелок – очень удобная, проверенная временем, солдатская вещь. Мисок с собой не брал. Я ел из котелка. А с собачьей долей поступал так: в небольшую ямку расстилал целлофановый пакет и туда выливал или выкладывал уже подстывшую еду. Этот пакет-«миску» промывал и убирал в отдельный карман рюкзака для следующего раза, но в лесу его никогда не бросал.

И, конечно, очень интересно совершать плавание на лодке. Уплывал куда-нибудь подальше и, останавливаясь у травы, забрасывал удочку. На озере искал ручей, впадающий в него, или наоборот, вытекающий из озера. В таких местах, как правило, всегда держалось много рыбы. Пусть и некрупной, но на уху быстро натаскаешь, если, конечно, ветер не восточный.

Вот так сидишь в лодке или на берегу неподвижно и ощущаешь жизнь леса, водоёма. Заметишь торопливый поиск ондатры; увидишь бреющий над водой полёт болотного луня. Редко посчастливится наблюдать бросок скопы. Самое интересное, что все хищные птицы (дневные и ночные) мне нравятся, своей раскраской, своей независимостью, они и в полёте прекрасны. В малолюдных местах ещё засветло увидишь бобра, выдру. Если не шевелиться, то можно наблюдать, как бобр, выйдя из воды, отряхнёт с себя воду, лапами расчешет свой мех и, прислушавшись, начнёт грызть поваленную осину.

Но, когда набегала туча, вода сразу темнела. Становилась чёрной. Не скажу, что страшной, но неприятной, это точно.

Глядя на такую воду, как-то вспомнился разговор со знакомым художником Валерием Михайловичем Наумовым – интересной, творческой личностью. Я рассказал ему о посещении Русского музея, именно того отдела, где находится «Чёрный квадрат» Малевича. Эту картину я видел дважды, но в этот раз хотелось проверить утверждение, что от картины исходит некая аура. Были вдвоём с сестрой Наташей. Она пошла по музею дальше, а я остался в помещении Малевича. Напротив этой картины стоял диванчик, и я на него присел. Сидел долго, всматриваясь в картину. Стали вспоминаться разные истории. Вспомнился рассказ сестры, когда она оформляла один из залов музея, то видела, как толпа иностранцев чуть ли не бегом пронеслась мимо картин Айвазовского. Оказалось, что это группа американцев торопилась посмотреть картину «Чёрный квадрат» Казимира Малевича в зале Бенуа. Сидел я на диване долго. В ожидании, что моя аура вступит в резонанс с энергиями, исходящими от картины. Ни тепла, ни холода я не почувствовал. И чем дольше всматривался в полотно картины, тем чётче ощущал точечки, риски. Полотно было покрыто не совсем однородно.

Мой интерес к картине, похоже, насторожил смотрительницу музея. Она всё чаще стала заглядывать в отдел, где я находился. Народу там в тот момент никого не было. Наконец мне всё это надоело, и я подошёл к смотрительнице с вопросом: «Простите, а это действительно подлинники?». Та на выдохе воскликнула: «Да, вы, что? Конечно!». И даже отшатнулась от меня.

При этом я понял, что своим наивным вопросом дилетанта оскорбил картины не только этого художника, но и весь отдел Бенуа…

Слегка пристыжённый я отправился догонять сестру. Ещё я подумал, что таких картин, не имея опыта, могу нарисовать много. Вот это всё я и рассказал своему знакомому художнику. Тот к моему ироничному рассказу отнёсся взвешенно, я бы сказал, по-философски. Он спросил меня: приходилось ли мне сидеть на берегу омута. Когда долго в него смотришь, он притягивает… Так и эта картина.

После такого сравнения эту картину я воспринял иначе. Далее узнал, что в картине «Чёрный квадрат» чёрной краски, как таковой нет. Там присутствует весь спектр красок, начиная с белой и зелёной… Получалось так, что для импрессионистов это может и шедевр. То есть эта картина философского плана. Лично мне ближе натуральная живопись, которую ты видишь, понимаешь и которая тебя трогает.

Уха по-костромски

Прошло время и теперь могу признаться о казусе в одной из рыбалок. На двух машинах, не доезжая до деревни Котово, свернули к озеру Отно. Проехав, докуда было можно, оставили транспорт и, взвалив на спину рюкзаки, отправились вдоль канавы на озеро.