V Кейн – На чёрных просторах (страница 9)

Обед прошёл в гнетущей, почти звенящей тишине. Было слышно, как скрипят стулья и жуют за соседними столами. Вдруг Ольга оторвалась от тарелки, её голос прозвучал глухо и потерянно:

—Хотела позвонить домой… Мне отказали. Сказали — написать письмо. Его отправят перед прыжком. Значит, ответа от родителей я не получу… Как им сказать?..

— Я понимаю, — тихо отозвался майор ДеОливейра. Его собственное лицо тоже было осунувшимся. — Просто напиши им. Напишите все своим близким.

— Когда прыжок? — чётко спросил Владимир, перебивая поток тягостных мыслей.

— Завтра. К вечеру. До системы 2524 — пять прыжков. Добираться больше трёх суток.

— Понял, — сухо ответил старший лейтенант.

Он медленно обвёл взглядом своих сослуживцев. Каждый был погружён в себя, лица выдали напряжение, усталость, сомнение. «Сомнение», — констатировал он про себя. А он… он никогда не сомневался в своём выборе. Он — плоть от плоти своих предков. Военные — значит, война. Он всегда знал, куда шёл. И сейчас, глядя на них, на эту внезапную растерянность, всё вдруг стало на свои места, стало ясно и просто.

Он глубоко выдохнул и сказал громко, чтобы слышали все за столом:

—По дороге шли два человека.

Все отвлеклись от еды и раздумий, удивлённо посмотрев на него.

— И прямо посреди пути лежала змея. Ядовитая и очень опасная. Один человек впал в ступор от ужаса. А второй схватил палку, прижал голову гадины к земле, поймал её, а потом выдавил её яд в бутылку — потому что он очень ценный и дорого стоит. После выбросил змею с дороги. «Это мой хлеб», — сказал он первому путнику. — «Я — змеелов».

Владимир видел, что его слушают. Видел, как в глазах Эдди и Армина проступает интерес, а майор отложил вилку.

—То, что для одного — ужас, для другого — возможность. Мы зарабатываем на хлеб тем, что пилотируем машины невероятной мощи. Мы пилоты истребители. Нам нечего бояться. Нам — есть что делать.

Пока слушатели молча переваривали его слова, он криво улыбнулся.

—Это первый и последний раз, когда я рассказываю притчи. Прошу не комментировать.

— А мне понравилось! — первым нарушил запрет Армин. — Я бы хотел, чтобы мой позывной теперь был «Змеелов»!

— Точняк! — подхватил Эдди, уже заметно оживившись. — Эти… колоторианцы… они не ожидают, что на их головы обрушится «Сталинград»!

Ольга снова толкнула Владимира в бок, но теперь в её глазах снова играл знакомый озорной огонёк.

—Это, на курсах капитанов преподают? Искусство морального подъёма личного состава?

— Я же просил без комментариев, — с фиктивной суровостью сказал он.

Но лед был сломан. Другие пилоты подхватили браваду, Ольга уже в шутку подначивала Стронга и Армина снова позлить Ница, за столом снова зазвучали голоса, пусть и с налётом нервозности. Тяжёлая, гнетущая тревога отступила от их стола. Владимир невольно принял её удар на себя, переплавив в нечто иное — в решимость.

Майор ДеОливейра молча поднял свою кружку с кофе. Он не произнёс ни слова, просто посмотрел на Владимира и слегка кивнул. Это был и тост, и салют, и молчаливое признание. Порядок в эскадрилье был восстановлен. Теперь можно было готовиться к войне.

IV

После обеда новичков, наконец, привели в ангар. И там, в полумраке, под светом прожекторов, ждали своего часа те, кого спустят с поводка на свободу — на охоту. Монстры. Настоящие монстры, спроектированные, сотворённые и построенные для одной-единственной цели — сеять смерть и разрушение. Какой-нибудь политик, конечно, назвал бы это «оружием сдерживания», но все присутствующие понимали: это чистейшее оружие войны. Ещё во время мятежа колоний одно лишь появление этого зверя в небесах повергало противника в ужас.

Летательный аппарат. Истребитель-штурмовик ВКС Земли. МС-90. Совершенство из композитной плоти и холодного разума. Потомок легендарных «МиГов», «Сухих» и «Яков», чьи агрессивные, плавные линии и мощь угадывались в его облике. Подвески для внешнего вооружения, массивные поворотные сопла — всё дышало неумолимой силой.

Сердце Владимира забилось чаще, будто он увидел женщину своей мечты. Это была не просто машина — это была цель, к которой он шёл всю жизнь.

— Вот этот ваш, товарищ старший лейтенант, — голос механика вернул его к реальности. — Только что с консервации. Системы проверили — в норме. Сегодня запихнём в него эту штуку, и аппарат готов к службе.

Механик пнул ботинком лежащую на полу электромагнитную пушку — чудовище весом в полтонны, способное выплевывать разрывные снаряды со скоростью тысяча двести выстрелов в минуту.

— Да, — буркнул он сам себе, — постараемся сегодня. А то у нас ещё сотня на расконсервации.

Эдди, задрав голову, рассматривал свою машину. Его истребитель был полностью готов, и для удобства техников его подняли под самый потолок на массивных захватах.

— Это чувство… — прошептал Эдди, не отрывая взгляда от стального хищника. — Ты же его чувствуешь, да? Этот трепет где-то глубоко в груди?

— Да, — кивнул Владимир. — Годы учёбы, тренировок… всё ради того, чтобы залезть в эту кабину.

— Я… я увидел их в детстве, — продолжил Эдди, и в его голосе звучало давнее восхищение. — На Марсе, у нас там огромная оранжерея под куполом. Вывели нас с классом смотреть парад кораблей. И они пролетели… так низко, так медленно, прямо над стеклом. Парализовало просто. Вечером я уже искал, как поступить в лётную академию. Пришлось оценки подтягивать. И вот… я здесь.

— Эти птицы никого не оставят равнодушным, — констатировал Владимир.

— Прямо как рекламный слоган, — усмехнулся Стронг.

«И всё-таки это совершенство», — подумал Владимир.

Машина и правда была шедевром. МС-90 родился в горниле Четвёртой мировой, Климатической войны, когда границы между друзьями и врагами стёрлись, а человечество уже строило лунные базы и отправляло первых колонистов на Марс. Война ушла в космос, и потребовалось новое решение — аппарат, способный сражаться везде и в атмосфере и в ледяном вакууме. Так появился он.

Его броня — это слоёный пирог из технологий: металл с идеальной кристаллической решёткой, виброгасящие полимеры, радиационная защита, тепловой экран, эластичная углеродная броня. Сверху — краска, снижающая трение и отражающая тепло. Фонарь кабины — выращенный кристалл, покрытый умным стеклом, способным проецировать информацию прямо перед глазами пилота.

Внутри — аскетичный, но совершенный кокпит. Цифровые экраны и, как дань традиции, аналоговые приборы на левой панели. Кресло с гелевым наполнителем, гасящим до 90% перегрузок. Рычаг управления, который можно настроить под себя — хоть под движение глаз, хоть под голосовые команды.

Два асинхронных двигателя, два основных сопла и двенадцать маневровых. Тридцать камер наружного обзора. Четыре экранированных компьютера, непрерывно анализирующих состояние машины, тактическую обстановку и даже физиологию пилота. Всё это позволяло разогнать эту «пташку» до 65% скорости света и выполнять манёвры, немыслимые для человеческого тела.

«Зачем тогда пилот?» — мог бы спросить несведущий. «Если машина может всё это, человек — просто балласт».

История дала жёсткий ответ. Ещё до Третьей мировой войны человечество уверенно шло к эре беспилотников. Сражения часто выигрывали операторы дронов, а не пехота. Но однажды группа учёных создала вирус, способный передаваться по радиоканалу и взламывать любую сеть. Это открытие, рождённое из исследований квантовой телепортации данных, перевернуло всё. Дроны массово обращались против своих создателей. Известны случаи, когда только что взлетевший беспилотник врезался в штаб противника, уничтожая высший командный состав.

К концу Третьей мировой войны солдат снова воевал против солдата, а в кабины вернулись живые пилоты.

Теперь все критически важные системы были экранированы. В истребителях, подобных МС-90, внешняя радиосвязь замыкалась только на шлем пилота. Беспилотники остались лишь в виде маломощных, простых систем ПРО. Даже ракеты наводились по лазеру или запоминали координаты цели — вирус мог подменить и сигнатуру снаряда.

Командование пришло к простому выводу: если земляне додумались до компьютерного радиовируса, то инопланетные расы, открывшие квантовую сеть, наверняка смогли на большее. Возможно, их кибератаки — это то, о чём люди пока не имеют понятия.

Поэтому пилот-человек, его опыт, его интуиция, его способность принимать решения вопреки логике — оставались единственным нерушимым звеном в этой цепи смерти. И теперь им предстояло проверить это на практике. Против врага, о котором они не знали ровным счётом ничего. Тревожная мысль скользнула в сознании Владимира, но он тут же отогнал её, глядя на стального хищника. Страху здесь не было места. Только холодная ясность и готовность.

— Ну что, насмотрелись на свои новые игрушки? — раздался голос Андрея Армина, прерывая их восхищение.

Владимир и Эдди перевели на него взгляды.

—Отлично, — не дожидаясь ответа, продолжил Армин. — Тогда вперёд, не задерживаемся. Бегом в учебный класс. Вас нужно многому научить, чтобы сработаться, а вы тут не одни. Очередь на симуляторы длинная.

Они не заставили себя ждать, быстрыми шагами направившись за товарищем.

Учебный класс оказался огромным залом, уставленными точными копиями кабин истребителей МС-90.

—На этой тренировке отрабатываем боевые порядки и взаимодействие: ведущий-ведомый, — объявил майор ДеОливейра. — Владимир, ты старший по званию, ты ведущий. Эдди, теперь ты в его паре.