V Кейн – На чёрных просторах (страница 3)

Этот рёв, отточенный годами на плацах и в ангарах, заглушил бы грохот работающего двигателя. Семь молодых солдат-срочников, зелёных и перепуганных, сорвались с мест, засуетились, зацепились друг за друга и ринулись к выходу, подхлёстываемые паническим инстинктом. За ними, с куда большим достоинством, но всё же ускоряясь, потянулись остальные — старослужащие из разных частей, явно застигнутые приказом в увольнительной.

Офицер оставался спокоен. Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. Этот сержантский крик был до боли знаком, он был музыкой его юности — от военной школы-интерната до академии. Сейчас, спустя годы, это казалось не страшным, а забавным и почти уютным ритуалом.

Он встал последним, неспешно поправил форму, взял свою спортивную сумку, подаренную капитаном Пакстоном, и уверенной походкой направился к выходу.

Сержант, не умолкая, осыпал «салаг» очередной порцией «вдохновляющих» комментариев, но его взгляд скользнул на приближающегося офицера. И он осекся. На мгновение. Взгляд сержанта, привыкший видеть испуг или показную браваду, встретился со спокойным, оценивающим взглядом старшего лейтенанта. Взглядом не мальчишки-выпускника, а человека, видевшего службу со всех сторон — и со склада, и с капитанского мостика. И главное — на плечах офицера красовались лычки старшего помощника капитана. Пусть и с какого-то «Лунного Стража», но всё же.

Сержант, не меняя общего выражения вечного раздражения, лишь чуть скорректировал свою стойку, отдавая честь не столько званию, сколько очевидному опыту.

Офицер кивнул ему с едва заметным уважением, проходя мимо. Он ступил на палубу ангара «Сталинграда». Воздух пах озоном, смазочными маслами и сладковатым запахом переработанного кислорода. Гул тысяч механизмов отдавался в костях.

Он был дома.

Вот он, ангар, и знакомая армейская суета. Сержант приказал всем построиться в три ряда. Но сначала они оставили свои вещи на отдраенном до зеркального блеска стальном полу и прошли через сканирующую рамку. Шла автоматическая биометрическая регистрация: программа безошибочно определяла каждого человека, проходящего мимо камер, сверяла данные и заносила их в реестр.

Как только строй был построен, перед ними возник всё тот же сержант с двумя капралами. А последним подошёл человек, выглядевший как эталон пехотинца. Его взгляд мог бы переиграть в гляделки самого льва. Вокруг него витала аура превосходства, полной сосредоточенности и уверенности в каждом действии. Человек был явно ветераном, лет за пятьдесят. Худощавое лицо с усами в военном стиле, тронутыми сединой. Ростом около ста семидесяти сантиметров, астенического сложения. Но это никак не умаляло его достоинства. «Поначалу таких побаиваешься, — подумал старший лейтенант, — потом привыкаешь, а потом понимаешь: с таким хоть в ад. Этот человек, знает своё дело».

Это подтверждали и его помощники. Даже тот орущий сержант теперь стоял рядом с видом преданного пса.

— Здрав-ю желаю, товарищи солдаты, матросы и офицеры! — прогремел его скрипучий, но твёрдый голос, словно удар судейского молотка, заглушив шум ангара. — Я — лейтенант Ниц. Начальник четвёртого ангара и старший офицер по дисциплине. Времени у нас в обрез. Знакомиться будем быстро и без лишней нежности! Я называю фамилию. Вы отвечаете. Я говорю, куда вы приписаны, — и вы бегом по назначению. С этим бардаком надо покончить быстро и без болтовни. Ясно?

— Так точно! — дружно, хотя в основном солдаты, прогремело в ответ.

Офицер начал зачитывать фамилии с электронного планшета.

— Сержант Усманов!

—Я!

—Бегом в третий ангар, там формируется твоя рота.

—Сержант Гаврилов! Рейнджер Эдмунд! Рядовой Бейкер! Рядовой Семёнов! Туда же, третий ангар!

Строй быстро редел. Рядом с Владимиром стоял темнокожий парень, высокий, симпатичный, с бритой налысо головой, лейтенант ВКС. Он покосился на Владимира, пытаясь привлечь внимание, и слегка толкнул его локтем.

— Привет, — прошептал он. — Ты тоже пилот? Или из экипажа?

Старпом пожал плечами.— Сейчас и узнаем.

—Я Эдди, Эдди Стронг.

— Это кто там базарит? — крикнул Ниц, не отрываясь от планшета. — Вы там, в конце строя! Строевую подготовку позабыли?

Эдди неуверенно улыбнулся. Ниц между тем назва ещё несколько имён, но шестерых выделил особо — это были не простые пехотинцы, а бойцы сил специального назначения, элита, будущая абордажная команда. Ниц отдал им честь — он явно таких уважал.

— Лейтенант Стронг!

—Здесь, — неуверенно отозвался тот.

—Что-о? — переспросил Ниц. — Где ты?

—Отвечай по уставу! — рявкнул сержант.

—То есть я! — поправился лейтенант.

Ниц, глядя в планшет, усмехнулся. — Стронг, поздравляю. Пилот. Четвёртый ангар. Мы с тобой ещё очень, очень часто будем видеться. Ты же любишь поболтать, правда? А теперь выйди из строя и жди!

Эдди словно впал в ступор, что-то пробормотав себе под нос. Видно было, пилот молодой, только из училища.

— Что бормочешь? — спросил Ниц, но тут же махнул рукой. — Старший лейтенант Никитин!

—Я! — чётко ответил Владимир.

Ниц бросил на него оценивающий взгляд, сверился с планшетом. — Владимир Никитин. Пилот-истребдитель. Четвёртый ангар. Выйти из строя. — Он ещё раз окинул Владимира взглядом, заметив трёхдневную щетину. — Приведите себя в порядок. Надеюсь, бритву не забыл?

—Так точно! — отчеканил Владимир.

—Как там поживает капитан Пакстон? Ещё не на пенсии? — неожиданно спросил Ниц более мягким тоном.

—Никак нет, — ответил офицер. — Собирался через пол года.

—Хорошо, — буркнул лейтенант Ниц.

Он подозвал сержанта и приказал: — Отведи этих двоих к майору ДеОливейре. Смотри, чтоб не заплутали.

Тот чуть ли не бегом принялся выполнять приказ.— Взять вещи! Быстро за мной!

Они послушно схватили свои сумки и быстрым шагом последовали за сержантом в конец ангара, где стояла группа пилотов. Некоторые были заняты делом — учётом и распределением грузов, судя по маркировке на контейнерах, с продуктами.

— Товарищ майор, — отвлёк того сержант, — это ваше пополнение. Разрешите идти?

—Свободен, сержант, — спокойно ответил майор, окидывая новичков оценивающим взглядом.

Затем он улыбнулся и пожал обоим руки. — Добро пожаловать в нашу скромную компанию. Девятнадцатая эскадрилья штурмовой авиации корпуса объединённых войск ВКС.

К нему присоединились остальные пилоты — всего десять человек, девять мужчин и одна девушка. Красивая, — молнией пронеслось в голове у Владимира. Она протянула ему руку, и её взгляд задержался на его лице чуть дольше необходимого.

— Ольга, Ольга Орлова, — улыбнулась она.

Её взгляд будто что-то искал в глазах старшего лейтенанта, но их разъединил вмешавшийся Эдди.

—Лейтенант Стронг! — представился он гордо и немного вычурно. По нему было видно, что он поражён внешностью Ольги.

Майор кратко объяснил, что сегодня и, возможно, завтра все будут загружены по полной — привести такой корабль в полную боеготовность дело нелёгкое. Поэтому с знакомством и экскурсиями придётся подождать. Он поручил их старшему лейтенанту Гансу Элистеру, чтобы тот провёл их в казарму и вкратце объяснил, что к чему.

Ганс оказался немногословным, но общительным мужчиной лет сорока. По дороге он пояснил систему навигации по кораблю: красная полоса ведёт в док, синяя — к спасательным капсулам, зелёная — в лазарет, жёлтая — к лифтам. Приведя их в небольшое автоматизированное помещение, он сказал получить форму.

— Встаньте перед камерой, назовитесь.

Первым подошёл Эдди. Назвавшись, он получил из автомата большой сверток. На мониторе высветились его метрики: рост — почти сто девяносто, вес — семьдесят девять.

Владимир проделал то же самое.В его комплект вошли два повседневных костюма, спортивный комплект, нижнее бельё, носки и берцы на молнии и пара кроссовок .

— Все данные загружаются в систему при подтверждении прибытия, — пояснил Ганс.

Затем он отвёл их в казарму — а точнее, в кубрик пилотов их эскадрильи. По сравнению с тесными отсеками «Лунного Стража» это были хоромы класса «люкс». Тишина, свежий воздух. Пространство делилось на три каюты и общую гостиную. В каждой каюте — четыре спальных места, отгороженных непроницаемыми шторами, личный шкаф и полки. В распоряжении пилотов была своя душевая, санузел. В общей комнате — мягкая мебель, большой стол, телевизор, книги, игровые приставки, два холодильника, микроволновка и бесплатный кофейный автомат.

— Вот это сервис! — восхитился Эдди.

Владимир же сохранял внешнее хладнокровие, хотя внутри был приятно поражён таким контрастом.

— Ну, располагайтесь, а мне пора, — сказал Ганс на прощание. — И майор велел передать: отдыхайте. Ваш перелёт был долгим. Вся работа — с завтрашнего дня.

— Отличный парень, этот майор, — выдохнул Эдди, когда Ганс ушёл. — Похоже, нам повезло.

—Наверное, — сухо ответил Владимир.

Но его взгляд был прикован к старому альбому для фотографий, обернутый в обшарпанную кожаный переплет. В нем хранилась частичка его наследия, фото его предков, отца, несколько, поздравительных открыток отправленных ему родителями на дни рождения, которые он встречал в военной школе интернате, да пара писем написанных ему. Капитан лунного стража позаботился что бы это вернулось его хозяину.

Наследие подумал офицер.

Владимир разобрал всё, что было так бережно собрано для него капитаном. Вещей оказалось не так много: в основном книги по навигации и квантовой упругой сети для точных расчётов координат. Несколько личных вещей — любимые футболки, джинсы, гражданская куртка из непромокаемой ткани, реплика куртки пилота времён ХХ века. Пара совместных фото с членами их немногочисленного экипажа. Его электронный планшет, забитый как учебной информацией, так и любимыми фильмами и сериалами для досуга. Часто он просто запускал один из них на экране, чтобы хоть кто-то говорил, а сам в это время сидел за учебниками — так он чувствовал себя менее одиноко. Его нож, забытый на тумбочке в каюте, капитан тоже не забыл упаковать. Эта вещь когда-то принадлежала его отцу. Были ещё часы, которые тот однажды снял с руки и подарил ему. Но Владимир вернул их обратно, положив на гроб на похоронах, вместе с пачкой отцовских сигарет.