Урсула К. – Парус для писателя от Урсулы Ле Гуин. Как управлять историей: от композиции до грамматики на примерах известных произведений (страница 21)

Если вам понравится это упражнение, повторите его (одну или обе части). Но во второй раз напишите отрывок не от имени автора, а от имени персонажа-рассказчика, одного из участников событий.

Примечание: когда вы занимаетесь описанием, время от времени стоит вспоминать о других чувствах, кроме зрения. Больше всего ассоциаций пробуждают звуки. Запахи не так-то просто описать словами, но упоминание об определенном запахе, приятном или неприятном, может задать атмосферу. Вкус и прикосновение отстраненный автор описать не может. Вовлеченный автор может рассказать о том, каков предмет на ощупь, но даже он не в состоянии ощутить вкус фрукта, который выглядит таким свежим и сладким в начищенной до блеска вазе или уже подгнил с одного бока, лежа на пыльном деревянном блюде… Но если историю рассказывает персонаж, он может задействовать все органы чувств.

Участники моих мастер-классов заинтересовались моей концепцией «разъяснительной пробки», что вполне естественно для писателей, и попросили дать им упражнение для борьбы с этой распространенной ошибкой. Я ответила, что не могу придумать такого упражнения. Тогда ученики сказали: «А вы придумайте факты, которые нам надо будет вплести в нарратив». Мне понравилась эта идея: я сочиняю, а ученикам достается вся самая сложная работа.

Поскольку я не очень разбираюсь в реальных предметах, то обычно придумываю фантастические факты. Не бойтесь: это всего лишь упражнение. Вы всегда сможете вернуться в реальный мир.

Внимательно изучите следующий отрывок – вымышленные исторические сведения и факты. На его основе напишите рассказ или опишите небольшую сцену. Для этого переработайте информацию, разделите ее на части, введите в разговор или описание действия: другими словами, распределите в повествовании так, чтобы она не концентрировалась в одном месте и не создавала «пробку». Неявно, намеками, подсказками – любыми средствами донесите эту информацию. Читатель не должен заметить, что узнает сведения из текста. Сообщите ровно столько, сколько необходимо, чтобы читатель понял, в какой ситуации оказалась королева. У вас получится две-три страницы текста, возможно чуть больше.

Прежде королевством Харат правили женщины, но вот уже сто лет как мужчины захватили власть и запретили женщинам наследовать трон. Двадцать лет назад в бою на границе Харата и Эннеди – страны, где живут колдуны, – пропал юный король Пелл. Харатцы никогда не занимались колдовством: религия запрещает проводить колдовские ритуалы, чтобы не разгневать Девять Богинь.

С тех пор о короле Пелле ничего не слышно. У него была жена, но не было наследников. В борьбе претендентов на трон верх одержал лорд Джасса, телохранитель королевы, но междоусобицы ослабили государство, народ обнищал и ропщет.

Рассказ начинается с того момента, когда эннедийцы готовят наступление на Харат с востока. Под предлогом обеспечения безопасности лорд Джасса держит королеву в неприступной башне. Королеве на тот момент около сорока. На самом деле Джасса боится ее; его пугают слухи о таинственном посетителе, который тайком наведывался к королеве, когда та находилась во дворце. Возможно, это глава повстанцев, незаконнорожденный сын королевы, а может быть, сам король Пелл, или колдун-эннедиец, или…

Дальше вы! Не нужно писать законченный рассказ: просто опишите одну-две сцены на основе этой информации, чтобы читатель, незнакомый с положением дел в Харате, все понял из вашего текста. Можно, к примеру, начать с описания башни, где содержится королева. Повествуйте от имени любого персонажа или автора. Имя королевы придумайте сами.

Этот вариант упражнения я придумала для мемуаристов. Поскольку в мемуарах мы описываем реальные события, я не могу дать вам примерный материал. Вспомните какое-либо действие, состоящее из сложной последовательности конкретных шагов: выпечка хлеба, изготовление украшений, строительство сарая, создание костюма, игра в блек-джек или поло, управление яхтой, ремонт мотора, организация конференции, наложение шины при переломе, ручной набор шрифта. Это должно быть что-то, что вы умеете делать хорошо, но не каждый человек может; большинству читателей понадобится объяснить, как это делается.

Если ничего не приходит в голову, откройте энциклопедию и прочтите статью о каком-нибудь процессе – возможно, о том, чему вам всегда хотелось научиться: изготовление бумаги, книжный переплет, подковка лошадей и т. д. Призовите на помощь воображение и дополните описание сенсорными деталями. (Индустриальные процессы, как правило, слишком сложны для этого упражнения, но если вы хорошо владеете тем или иным процессом, попробуйте его описать – это отличная практика.)

Опишите сцену с участием минимум двух персонажей и выбранного процесса; процесс может быть фоном для разговора или центральным действием. Описывайте точные, конкретные действия. Избегайте профессионального жаргона, но если без него не обойтись, так и быть. Постарайтесь четко объяснить все шаги процесса читателю. При этом у него не должно возникнуть ощущение, что отрывок посвящен объяснению процесса.

Глава 10. Концентрация и перепрыгивание

Стоит лишь сбросить балласт, И мы вмиг доберемся до цели.

Когда я проводила мастер-классы с упражнениями, собранными в этой книге, то задумалась об одном аспекте техники повествования, который прежде оставляла без внимания. Он касается того, что стоит включать в повествование, а что лучше опустить. Этот прием связан с деталями и имеет отношение к фокусу предложения, абзаца, произведения в целом. Я называю это концентрацией и перепрыгиванием, потому что эти слова описывают процесс в физическом смысле, что мне нравится.

Под концентрацией я подразумеваю то же, что и Китс, некогда призывавший Шелли «заполнить каждую расселину золотой рудой»: когда мы, авторы, стремимся избегать дряблой болтовни, не использовать клише или десять слов с туманным смыслом, если достаточно двух подходящих по смыслу. Концентрация – это стремление найти самую яркую фразу и точное слово, насыщенность повествования, в котором постоянно должно что-то происходить. Повествование призвано двигаться вперед, не провисать, не блуждать, углубляясь в дебри незначительных сюжетных ответвлений; все в нем должно быть взаимосвязано и полно отголосков и намеков, предвосхищающих дальнейшие события. Яркая, точная, конкретная, четкая, насыщенная, богатая: эти эпитеты описывают прозу, полную ощущений, смыслов и подтекстов.

Не менее важным является перепрыгивание. То, что ты перепрыгиваешь, это то, что ты пропускаешь. И то, что ты пропускаешь, бесконечно важнее, чем то, что ты оставляешь. Должно быть белое пространство вокруг слова, тишина вокруг голоса. Перечисление – не описание. Нужно только то, что относится к делу. Некоторые говорят, что Бог в деталях; другие говорят, что дьявол в деталях. Оба утверждения верны.

Если вы попытаетесь включить в описание все, вас ждет участь Фунеса памятливого из одноименного рассказа Борхеса (если вы его не читали, от всего сердца рекомендую прочитать). Перегруженное деталями описание тормозит нарратив и вызывает у читателя ощущение нехватки воздуха. Пример романа, насмерть задавленного обилием слов, – «Саламбо» Гюстава Флобера. Флобера обычно приводят в пример как мастера литературного языка, его тексты считают образцом mot juste* – верно подобранных слов, но «Саламбо» – свидетельство того, что и в верно подобранных словах можно увязнуть, как в болоте.

Хорошая тактика для писателя – в черновой рукописи болтать без умолку, вставить все, что хочется, рассказать обо всем и обо всех. Затем, пересматривая, убрать все повторы и детали, не несущие смысловой нагрузки, все, что тормозит или мешает повествованию. Оставить лишь самое важное, необходимое для повествования, а остальное вырезать или скомпоновать иначе. Прыгайте смело.

Писатели экшена часто прибегают к концентрации действия, но при этом обычно не знают, в какой момент нужно перепрыгнуть – пропустить ненужные подробности. Мы все читали описания драк, битв, спортивных состязаний, в которых описывается буквально каждый удар, приводя читателя в замешательство и нагоняя скуку. В описании подобных сцен одно и то же действие нередко повторяется многократно: герой рубит голову сначала одному рыцарю, потом второму, третьему и т. д. Но простое перечисление насильственных действий не делает книгу интересной.

Если вы хотите узнать, как нужно писать экшен-сцены, прочитайте описания морских сражений в цикле романов о капитане Джеке Обри и докторе Стивене Мэтьюрине Патрика О’Брайена. В них есть все, что нужно знать читателю, и ничего больше. Читатель ни на секунду не теряет нить повествования и точно знает, что происходит в данный момент. Каждая деталь обогащает повествование и движет его вперед. Язык прозрачен. Сенсорные ощущения переданы кратко, точно, ярко. И невозможно оторваться, пока не дочитаешь до конца.

Талантливому писателю достаточно нескольких слов, чтобы рассказать очень долгую историю. Иногда мастерство авторов по этой части просто ошеломляет. Возьмем пример 18: жизнеописание мистера Флойда в изложении Вирджинии Вулф. Мистер Флойд, школьный учитель, сделал предложение миссис Фландерс, которая старше него на восемь лет. Арчер, Джейкоб и Джон – ее сыновья; она вдова.