Ульяна Соболева – Судьбы Осколки (страница 6)

"Хорошо," — подумала я. — "Если он что-то скрывал, то только там. Но какой пароль он мог поставить?"

Глава 4

Сначала я попробовала самое очевидное — дату нашей свадьбы. Мы оба её не забывали. Андрей отличался тем, что помнил все даты. Я ввела цифры, но компьютер ответил отказом.

Затем я ввела свою дату рождения. Ведь если кто-то и значил для него что-то, то это я. Мы. Наша семья. Но снова ничего.

Моё сердце начинало колотиться быстрее. Каждая неудачная попытка была как пощёчина. Что ты скрывал, Андрей? А я точно тебя знаю?

Я попробовала ещё несколько комбинаций: даты рождения детей, даже наш номер квартиры. Всё напрасно.

И только потом я вспомнила. Его дата рождения. Его имя.

Я ввела: "Андрей1983".

На этот раз почта открылась.

Я замерла, не в силах дышать. Всё так просто. Только его имя. Только его дата.

"Он использовал только свои данные... Как будто я и семья вообще не существовали в его жизни," — пронеслось в голове.

Эта мысль ударила сильнее, чем я ожидала. Всё внутри сжалось. Я посмотрела на экран, на сотни писем, которые заполонили его почту, но моё сознание не могло сосредоточиться.

Моя жизнь, мой брак, всё, что я строила… Это значило для него так мало? Почему он не выбрал ничего, что связано со мной или с детьми? Почему он выбрал только себя?

Мои пальцы дрожали, когда я начала прокручивать письма. Я знала, что там будет правда. Но знала ли я, что готова её узнать?

На первый взгляд — ничего подозрительного. Всё слишком правильно, слишком стерильно.

Но когда я начала прокручивать список писем, моё сердце вдруг сжалось. Среди всех этих привычных адресов выделялся один — личный. Без логотипа компании, без официальности. Просто электронная почта с женским именем. Вера Полякова .

Тема письма звучала как тревожный звонок: "Нужна встреча."

Я кликнула на письмо, чувствуя, как холод пробегает по коже. Оно было коротким. Всего одно предложение.

"Мне нужно поговорить с тобой. Хватит сбрасывать звонки. Не смей забывать о прошлом и о твоей вине ."

Мои пальцы на мышке застыли. Моё дыхание участилось, а в груди разлилась тяжесть.

– Вера… – прошептала я, всматриваясь в это имя. Оно звучало знакомо, но я не могла вспомнить, чтобы Андрей когда-либо упоминал его. Кто она? Почему она пишет ему на личный адрес? И что это за "прошлое"? Какая вина?

Я пыталась найти хоть что-то в своей памяти, но ничего не всплывало. Андрей никогда не говорил мне о какой-то Вере. Ни разу.

"Что ещё ты скрывал от меня?" — вопрос эхом звучал в голове.

Я перечитала это короткое письмо ещё раз, словно надеялась найти в нём скрытый смысл. Но оно было таким простым, таким прямолинейным, что это лишь усиливало мои страхи.

Мои пальцы задрожали, когда я потянулась к следующему письму. Но в этот момент тишину снова разорвал звук телефона.

Я вздрогнула, едва не уронив ноутбук. Телефон вибрировал на столе, экран светился тем же незнакомым номером, что и прошлой ночью.

Сердце бешено заколотилось. Это был он. Тот самый звонок.

Я медленно взяла трубку, словно каждое движение давалось мне с трудом. Ответила, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

– Алло? – мой голос дрожал.

На другом конце снова была пауза.

– Кто это? Что вы хотите? – спросила я, но голос уже оборвался. Звонок сбросили.

Я опустила телефон, чувствуя, как мои руки дрожат. Моё тело будто окоченело, но внутри всё горело от страха и тревоги.

"Кто-то наблюдает за мной. Кто-то знает, что я ищу. И этот кто-то… играет со мной," — осознание пронзило меня, словно ледяной нож, проехалось по нервам.

Я смотрела на телефон, надеясь, что он снова зазвонит, но экран погас. Моя голова кружилась от беспомощности.

Я перевела взгляд на экран ноутбука, где всё ещё светилось имя "Вера". Она. Всё это связано с ней. Я чувствовала это.

***

Я стояла у входа в квартиру Марины Николаевны, с трудом удерживая на лице маску спокойствия. Эта женщина всегда вызывала у меня уважение и… холодный трепет. Её взгляд мог прожечь тебя насквозь, как будто она сразу видит всё, что ты хочешь скрыть.

Когда дверь открылась, я невольно выпрямила спину.

– Олеся? – её голос был холодным, как и всегда, но я заметила лёгкое удивление в её глазах.

Марина Николаевна выглядела так, будто готовилась к приёму гостей высокого ранга. Светлый брючный костюм, идеально уложенные волосы, лёгкий макияж. Даже дома она выглядела так, словно всё в её жизни под контролем.

– Здравствуйте, – произнесла я, стараясь говорить ровно. – Могу я войти?

– Конечно, – её голос был безэмоциональным.

Я вошла в просторную гостиную, где всё буквально кричало о роскоши. Высокие потолки, мягкий свет из дорогой люстры, мраморный пол, блестящий так, что можно было увидеть своё отражение. Большие окна, через которые открывался вид на центр города, и строгая мебель, которая выглядела так, будто её никогда не трогали руками.

Марина прошла в сторону кухни и жестом пригласила меня сесть на диван.

– Чай? Кофе? – спросила она, не глядя в мою сторону.

– Нет, спасибо, – ответила я. Мне нужно было говорить, а не пить.

Я смотрела на неё, стараясь поймать её взгляд, но она словно избегала его, занятая своими делами. Я не стала ждать.

– Марина Николаевна, – начала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. – Вы знаете, где Андрей?

Она замерла, на секунду медленно повернула голову ко мне, а затем вновь занялась чашкой, будто вопрос был совершенно будничным.

– Я же уже сказала, Олеся. Я не знаю, где он, – её голос был таким же ровным и бесстрастным, как всегда.

– Но вы точно уверены? Может, он упоминал что-то, говорил, что собирается куда-то? Не понимаю, почему вы так спокойны?

– Олеся, – она взглянула на меня, её серо-голубые глаза холодно блеснули. – Ты изводишь себя. Андрей… он просто занят. Иногда мужчины так делают. Мне не о чем переживать. Я просто знаю своего сына.

Её слова ударили меня, как пощёчина. "Занят"? Он пропал уже несколько дней. Как можно быть таким спокойным?

– Простите, но "занят" – это не объяснение, – резко произнесла я. – Он исчез. Телефон выключен. Его нет на работе. И вы хотите сказать, что это нормально?

Она слегка сжала губы, поставила чашку на стол и села напротив меня.

– Олеся, я понимаю, ты переживаешь, – сказала она. – Но Андрей — взрослый мужчина. Может, он просто решил побыть один.

Я смотрела на неё, чувствуя, как внутри всё закипает. Она говорила это так легко, так отстранённо, что мне захотелось закричать.

– "Побыть один"? Вы серьёзно? Он исчез без объяснений, без звонков, а вы говорите, что это нормально?

Её взгляд чуть напрягся, но она тут же вернула себе привычное спокойствие.

– Олеся, не драматизируй. Всё уладится.

– Хорошо, – я сделала глубокий вдох, прежде чем задать следующий вопрос. – Тогда скажите, кто такая Вера?

Её лицо изменилось. На секунду. Очень короткую, но я это заметила.

– Кто? – спросила она, приподняв брови.

– Вера, – повторила я. – Он получал письма от неё. Личный адрес. Она написала, что это касается прошлого.