Ульяна Берёзкина – Дистанция (страница 9)

– Я задумалась, – призналась Лиза. – Объясните мне, пожалуйста.

Вадим Евгеньевич кивнул и начал ей рассказывать о расстройствах аутистического спектра, похожих на аутизм, но не являющихся истинным аутизмом. Лиза не всё поняла. Но один вывод сделала – Андрей почти нормален. Но это «почти» никуда не денется. Не изменится с возрастом, не пропадёт вдруг после какого-то события и ничем не излечится.

– Поэтому лучшее, что вы, Лиза, можете сделать, – прекратить ваше общение. Хватит ходить к нему в кабинет.

– Всё равно я не понимаю. Если я нравлюсь Андрею, а он мне, то почему вы говорите – прекратить?

– Лиза, вы бы вышли за Андрея замуж? – спросил Вадим Евгеньевич.

Вот в чём дело. Может быть, Романов-старший опасается, что сын женится на ком попало, тогда как у него на этот счёт другие мысли и другие кандидатки?

– Предупреждаете, чтобы я об этом даже не думала? Не хотели бы, чтобы он женился на такой как я?

Романов вдруг засмеялся:

– Что вы, Лизонька. Я был бы самым счастливым человеком, если бы Андрей женился по любви на такой милой девушке, как вы. Особенно если бы она не развелась с ним через год, а прожила всю жизнь и родила мне внуков. О таком можно только мечтать. Я не хочу сказать, что вы чем-то мне не нравитесь. Я хочу сказать, что вам самой это не нужно. Ничего серьёзного у вас не будет. А короткий роман… Вы уйдёте и спокойно вступите в следующие отношения, а что будет с Андреем?

– Может, он сам уйдёт и вступит в следующие, – возразила Лиза. Наверное, зря. Но почему её заранее в чём-то обвиняют?

– Это маловероятно. Лиза, давайте не будем препираться и выяснять, кто кого, возможно, бросит и чем всё, возможно, закончится. Я знаю Андрея двадцать пять лет. Согласитесь, мне проще делать выводы. Вам нравится Андрей? Замечательно. Значит, вы охотно поступите так, как для него будет лучше.

– Хорошо, – сказала Лиза. – И что же мне делать?

– Сидите у меня в приёмной, как и раньше. Сократите общение с моим сыном. Документы… поручим секретарям. Найдём выход.

Вадим Евгеньевич счёл, что тема исчерпана и согласие Лизы он получил. А согласна ли была Лиза?

За спиной Романова сидела пара – парень и девушка. Влюблённые. Он что-то говорил ей на ухо, положив руку на плечо, она улыбалась. Потом они поцеловались и снова о чём-то говорили.

– Как вам вообще в нашей компании?

– Нравится, – Лиза продолжала смотреть на пару. Им хорошо. Отец этого парня точно не заявит девушке – отстань от него, а то мало ли…

Потом Вадим Евгеньевич спросил её о родителях. Рассказав, что мама с папой за тысячи километров от Москвы и видела она их последний раз после выпуска из университета, а когда увидит снова, пока не знает и, конечно, скучает, Лиза решилась ещё на один вопрос.

– Скажите, пожалуйста, Андрей… вообще не может полюбить? Я не о себе, я в принципе. Вы странно это описали. Привыкает мало к кому, но сильно. Может, это и есть любовь?

– Он-то утверждает, что любовь. Была у него девушка…

Романов помолчал, видимо, определяясь, рассказывать эту историю Лизе или нет, и наконец решился. Раз уж она нравится Андрею, имеет право знать. Может, сделает всё, чтобы он к ней не привык. История была о девушке Полине, которую, по утверждению Андрея, он полюбил. Сам Вадим Евгеньевич в терминах был осторожен и слово «любовь» обходил. Мол, встречались. Очень непродолжительное время, на одной из сессий в институте. Девушка решила, что Андрей ей не нужен. После чего он вышел из своего обычного спокойного и даже немного заторможенного состояния и переломал дома всё, что можно было переломать.

– Сам весь поранился. До сих пор считает, что виноват в их расставании. Не хочется, чтобы это повторилось.

Лиза не могла представить Андрея что-то ломающим. Наверное, ему было очень плохо в тот момент. А его отец имеет полное право считать, что и с Лизой у Андрея произойдёт то же самое – короткий роман и большие проблемы в итоге. И сказать – я не такая, я останусь с ним навсегда – Лиза не может, потому что о «навсегда» не думала. Вообще ни о чём подумать не успела, так всё неожиданно произошло.

Вадим Евгеньевич заговорил о завтрашней встрече. Особой необходимости в Лизином присутствии нет, но она может пойти. А может просто погулять. То есть и привёз он её в Прагу с единственной целью – забрать от Андрея и объяснить, что к чему. Пока она не совершила чего-нибудь, что ему же потом придётся расхлёбывать…

Они пробыли в Праге три дня. Лиза присутствовала только на двух встречах, в остальное время гуляла, купила сувенир маме – когда только сможет его передать? – и две смешные игрушки Оксанкиным двойняшкам… Будет повод заехать в гости, всё-таки дружили. И… спички. Не обычные, тонкие, а большие, в коробке с ладонь размером. Сувенирные. Купила, естественно, не собираясь дарить их Андрею. Решила – в чём-то Вадим Евгеньевич прав. В том, что их с Андреем чувства только зарождаются. И скорее всего, прекратить это в самом начале – правильно для всех. Он, может, и отвык от неё за эти дни. А она не готова к такой ответственности – дать кому-то гарантию, что будет с ним всегда. Хотя Андрей ей очень нравится…

В четверг, придя на работу пораньше, Лиза села за компьютер. Итак, ходить к Андрею ей теперь не надо, Вадим Евгеньевич будет посылать за документами кого-то другого. Однако не прошло и получаса, как Андрей явился сам. В одной руке у него был оранжевый цветок, во второй – баночка с шоколадной пастой, которую мажут на хлеб.

– Привет, я по тебе соскучился, – сообщил Андрей, глядя на её стол и протягивая ей и цветок, и баночку одновременно. – Не знаю, какие ты любишь цветы. Этот, мне кажется, красивый. Ещё я думал про шоколадку, но никогда не угадаешь, что там завёрнуто, хороший шоколад или нет. А в этой пасте я уверен.

Лиза смотрела на него и понимала, что договорённость с Романовым-старшим и её собственные намерения летят к чертям. Потому что она тоже очень соскучилась.

– И… давай с тобой куда-нибудь сходим. В обеденный перерыв.

Ответа он ждать не стал, сказал, что зайдёт, и вышел. Это было необычно. На обед он не уходил из офиса никогда – приносил еду с собой из дома. И вдруг решил её куда-то повести?

К перерыву Лиза настроилась на то, что должна Андрею рассказать – его отец против их отношений. И тому, что они куда-то вместе пойдут, не обрадуется… Но и не пойти не могла. Надо поговорить.

Когда Лиза поняла, куда Андрей её ведёт, то мысленно провалилась сквозь землю. Направлялись они прямо к кафе «Ветерок». Причём она издалека видела входящих туда секретарей. Притормозив, ухватила Андрея за локоть, чтобы он остановился и посмотрел на неё.

– Может… в другое кафе?

– Я других не знаю, – сказал он. – Тут я был. Несколько раз. Кажется, четыре. Или пять?

Он задумался, а Лиза махнула рукой. Если сейчас начать разбираться, где ещё тут есть кафе, они так и не поговорят.

Разумеется, коллеги их увидели. Уставились, одинаково округлив глаза. Могли бы и не демонстрировать свой интерес настолько активно. Лиза заказала кофе и пирожное, получив возможность не перехватывать безумные взгляды Матвеевой и Инессы, а ковыряться в этом пирожном ложечкой. Андрей сообщил – не голоден. И у них тут просто свидание. Смешивать обед и свидание не обязательно.

– Так вот, о свиданиях, – сказала Лиза. – Твой отец не в восторге от моих визитов к тебе в кабинет. И он против нашего общения.

– Давай тайно, – немного подумав, предложил Андрей, – всегда мечтал научиться делать что-то тайно. Это будет интересно, правда? Можно встречаться по выходным. Ты приедешь ко мне домой. Я же обещал научить тебя делать домики. Ты не думай, я не забыл. Просто было некогда. И расскажи мне, какие ты любишь цветы…

– Оранжевые.

Итак, за эти дни он от неё не отвык. И собирается тайно ходить с ней на свидания. Сказать сейчас – нет, я против? Невозможно.

12

– В Прагу-то ты её потащил зачем?

Андрей услышал голос Виктории Станиславовны через дверь и отошёл. Подслушивать плохо, тем более не стоит заходить и сообщать, что ты всё слышал и имеешь собственное мнение. Отец возил Лизу в Прагу работать, зачем же ещё. Странно этого не понимать.

Он бы пошёл домой, но ему нужна была Виктория. По вопросу, который можно решить только с ней. У неё был свой магазин со всякой ерундой вроде сумочек и украшений. И логично именно Виктории задать вопрос, что бы такого подарить девушке, чтобы ей было приятно. Спросишь Милану – начнёт издеваться, спросишь кого-то из молодых секретарей – начнут обсуждать. А у Людмилы Ивановны нет такого магазина. Естественно, Виктория разбирается в этом лучше. Только надо подождать, пока они наговорятся с отцом.

Андрей сел за стол отца. Компьютер был включён, и Андрей улыбнулся. На его собственный компьютер в офисе Лиза утром установила замечательную программу, которая раньше была ему не нужна, а теперь оказалось, что это очень удобно – мгновенный обмен сообщениями. Он даже сначала подумал – удобнее, чем говорить. Ты не видишь собеседника, а ещё важнее – он не видит тебя. Можешь сидеть с каким угодно выражением лица и вообще делать всё, что тебе хочется. И при этом тот, с кем ты говоришь, воспринимает информацию о тебе конкретно – читая, что ты написал, а не делая странных выводов по твоим движениям и мимике. К тому же теперь он мог разговаривать с Лизой почти непрерывно. Считать и одновременно писать ей. Он даже не путался в расчётах. И можно было наконец выяснить, какие она любит цветы, какую музыку и так далее. Правда, потом, просидев за компом целый день, понял: нет, это не лучший из возможных вариантов. И нарисованная им картинка идеального общества – когда каждый за компом, у каждого программа с зелёным цветочком и никто никого не видит – всё-таки ущербна. Через монитор Лизу второй раз не поцелуешь.