Ула Ноктюрн – Пожиратели: Зов Крови (страница 3)

Дженни упала обратно на подушку. Ее взгляд уткнулся в потолок, но мысли были далеко. Она перевернулась набок, укутываясь в одеяло. Кошмары уже тоже стали ее рутиной.

«Когда же это уже закончится?» – подумала она, чувствуя, как усталость постепенно берет свое. «Может, было бы лучше, закончись все в тот день именно так».

Глава 2: Запахи Города

Квартира Моргана была обставлена в минималистичном стиле, буквально без лишних предметов, словно сама по себе была лишь фоном для человека, который в ней жил. Простая мебель, ничего яркого – только строгие линии и серые тона. Он стоял перед зеркалом, его почти лысая голова отражала тусклый свет из пыльного окна. Морган поправил полицейскую форму, кажущуюся такой хрупкой на его широких плечах и мощных руках, поднял воротник, и, стиснув зубы, вышел. Его лицо всегда казалось слегка напряженным и суровым, даже в те редкие секунды, когда он улыбался.

Как только он оказался на улице, его встретил знакомый, почти ощутимый запах не самого лучшего района города. Бензин, дым, старые здания с облупленной краской и граффити, которое здесь почти сливалось с окружающим миром. В воздухе витал запах сигарет и неумолимой тоски. Кто-то за углом кричал, вокруг слышались глухие ругательства, смешиваясь с шумом проезжающих машин. Морган не обращал на это внимания, как и на то, что сосед, чьи окна выходили на эту же сторону улицы, снова спорил с женой.

У дома уже стояла полицейская машина, внутри, за рулем, сидел Уинстон, с растрепанной прической, совершенно не заботящийся о том, что это казалось полностью неуместным для такой фигуры, как полицейский. Когда Морган сел в машину и захлопнул за собой дверь, он развернулся нему и сразу улыбнулся.

– Доброго утречка, коллега, – сказал Уинстон с явным энтузиазмом, – Проснись и пой!

Морган не ответил сразу. Он бросил на него косой взгляд, чуть стиснув челюсти.

– Заткнись, – выдохнул он, достаточно спокойно, слова были как камень, но, в отличие от них, его голос не был острым.

– Ладненько, поехали, – Уинстон снова не убрал улыбки, словно даже не заметив сказанного, и, как ни в чем не бывало, завел мотор.

Машина двинулась с места, и, как всегда, по пути мимо них проносились старые, давно заброшенные и новые дома, с яркими вывесками и узкими проулками. Составленные в странную картину, здания переплетались между собой, словно создавая иллюзию хаоса, который был так знаком каждому, кто жил здесь.

Они двигались по широкой магистрали, медленно выезжая из серых улиц на огромный мост. Утренний туман обвивал его высокие арки, словно живое существо, скользящее по стальным тросам и башням. Ветра не было, и мир вокруг казался застывшим, замкнутым в этом непроглядном свете. Легкие клочья тумана висели в воздухе, не позволяя увидеть дальше нескольких сотен метров, а над горизонтом тускло светило солнце, едва пробивающееся сквозь облака.

Мост был величественным, его арки угрожающе поднимались в небо, а стальные тросы ползли к облакам, как натянутые струны, готовые порваться в любой момент. Трудно было представить, сколько жизней отдано за это сооружение, сколько усилий и крови потребовалось, чтобы оно стало тем, чем являлось сегодня. За четырнадцать лет строительства рабочие гибли от кессонной болезни, обвалов и травм при взрывных работах. Несмотря на всю свою монументальность, мост казался уязвимым, напоминая о том, как хрупка человеческая жизнь.

Морган и Уинстон вошли в полицейский участок, его стены казались такими знакомыми, но все еще чуждыми одновременно. Когда они прошли через дверь, сразу почувствовали на себе взгляды – коллеги в форме, не отрываясь от своих дел, уважительно кивали им. В их жестах не было лишней торопливости, но это была не обычная профессиональная вежливость, как если бы они просто привыкли к тому, что эти двое – часть этой механики, часть того, что здесь происходит. Все точно знали, кто перед ними. В каждом жесте, в каждом кивке было понимание. Эти двое – люди, с которыми лучше не спорить. Морган ощущал взгляды сотрудников, которые были полны не только уважения, но и некоторой настороженности.

Мужчина средних лет с сединой на висках, деловито шагал по коридору. Его лицо было усталым, глаза выдавали напряжение и бессонные ночи. Но когда он увидел Моргана, кивнул ему с каким-то скрытым облегчением, как будто ожидал его появления.

– Хорошо, что ты здесь, – сказал он, не тратя времени на лишние слова, – Срочный вызов, ты нужен на месте.

– Что там? – коротко ответил Морган, не меняя выражения лица, он оставался суровым и безэмоциональным одновременно.

– Два трупа, – мужчина не стал вдаваться в подробности, зная, что здесь и так все понятно.

– Займусь, – кивнув, сказал он, и, не дождавшись ответа, повернулся к Уинстону, ожидая его очередного совершенно ненужного комментария.

Тот, конечно, не смог удержаться от привычной ухмылки, оглядываясь на Моргана. Его взгляд был полон беспечной уверенности, как будто для него весь этот ад был просто частью игры.

– Что ж, утро обещает быть интересным, – произнес он с игривой ноткой в голосе.

Стиснув губы, Морган лишь мрачно покачал головой, снова погружаясь в молчание. Он направился к терминалу, не замечая всего, что происходило вокруг. Тихие разговоры коллег, бессмысленный шум, доносящийся с соседних столов, и звуки принтеров с телефонами, которые не умолкали – все это было лишь фоном. Он не обращал внимания на привычный хаос.

В углу, рядом с регистрационным журналом, стоял терминал для отметок. Морган подошел и, не замедляя шага, приложил руку к экрану. Сенсор отреагировал мгновенно – монитор тускло загорелся голубым холодным светом. Он даже почти не смотрел на него, машинально ткнув пальцем в нужную точку.

На экране появилось окно с запросом на вход. Простой пароль – пару секунд, и система подтвердила его имя, должность и статус. На самом деле его должность не играла никакой роли, ведь все в участке знали, что даже начальник департамента сделает так, как скажет Морган. Это было странным, но никто не задавал лишних вопросов, интуитивно принимая, что так и должно быть.

Машина плавно остановилась у обочины, и Морган взглянул на дом, выделяющийся на фоне тихого, ухоженного района. Здесь, в самой южной части города, семейные улицы, окруженные парками, обычно дышали спокойствием. Но сегодня все было иначе. В воздухе витал запах смерти и крови, а возле дома уже стояли несколько патрульных машин. Желтая лента ограждала участок, не пуская зевак и настойчивых журналистов. Дежурные полицейские, выставленные по периметру, хмуро следили за происходящим.

Морган в сопровождении напарника вышел из машины, он привычным движением поправил значок на груди, прежде чем направиться к дому. Внутри царила напряженная суета – криминалисты в перчатках методично осматривали место преступления. Один из них убирал тампон, пропитанный кровью, в стерильный пакет. Увидев Моргана, они быстро поднялись и отошли от тел, словно нашкодившие котята. Теперь это место принадлежало ему.

Здесь, на полу, забрызганном кровью, лежали двое потерпевших – мужчина и женщина, на первый взгляд им было немного за сорок. Тела обоих были не просто покрыты рваными ранами, они были буквально испещрены кровавыми линиями. Одежда жертв была изодрана, а мебель вокруг – поломана и раскидана по комнате. Стены украшали кровавые брызги, которые, казалось, застыли в безмолвной агонии своих хозяев. Моргану был прекрасно знаком этот почерк – следы острых как бритва когтей и зубов, методичное нанесение хаотичных ран, все указывало на то удовольствие, что монстр получает от причинения боли беспомощным перед этим ужасом жертвам.

Один из криминалистов, окинув взглядом тела, с заметным недоумением повернулся к Моргану. Даже для бывалого специалиста это казалось чем-то выходящим за грань.

– Выглядит так, словно их рвали дикие животные, – он, морщась, обернулся на погибших, – Но животные так не делают, они хватают либо в шею, либо в грудь, но это… это просто какая-то чудовищная расправа.

Морган подошел ближе, скользнув взглядом по изувеченным телам, и глубоко вздохнул. Но вздох был не столько обеспокоенным, сколько уставшим. Он сталкивался с подобными ситуациями чаще, чем могло показаться. Можно сказать, что именно это и являлось его главной обязанностью, его огромный вклад в поддержание Маскировки – создавать из ужаса и безумия простую рутину.

– Это обычная бытовуха, – Морган поднял взгляд на полицейских, – Он напал на нее, она защищалась. Ничего необычного.

Лица окружающих в один миг преобразились и стали почти спокойными. Словно по щелчку пальцев атмосфера в комнате приняла непринужденный окрас, будто прямо посреди гостиной не лежали эти измученные люди, чьи последние секунды были наполнены шокирующей жестокостью. Один из полицейских поднял взгляд на криминалиста.

– Да это обычная бытовуха, – уверенно сказал он, – Тут нечего выяснять, нужно паковать их и везти. Парни, документируйте время.

Все вокруг поддерживающе кивнули и мгновенно вернулись к суете. Уинстон, не колеблясь, присел на шатающийся стул у стены, на коленях разместив пластиковый кейс и, щелкнув застежками, достал бланк протокола. Каждая строка была знакома ему до мельчайших деталей.