Уильям Шекспир – Гамлет (страница 47)

Мать, мой отец был вами оскорблен.

КОРОЛЕВА:

Не отвечайте языком фигляра!

ГАМЛЕТ:

Не спрашивайте языком ханжи.

КОРОЛЕВА:

Такое – мне!..

ГАМЛЕТ (обрывает):

Зачем меня вы звали?

КОРОЛЕВА:

Забыли, кто я?

ГАМЛЕТ:

Помню, вот вам крест.

Вы – королева, ваш супруг – брат мужа,

А мне вы – вот ведь горе! – даже мать.

КОРОЛЕВА:

Тогда – поговорят другие с вами.

ГАМЛЕТ:

Ну, нет! Садитесь. Сядьте! Не пущу,

Пока не дам самой полюбоваться,

Как в зеркале, на все свое нутро!

КОРОЛЕВА:

Что ты затеял? Он зарезать хочет!

Спасите!

ПОЛОНИЙ (за ковром):

Боже! Стража, стража, стража!

ГАМЛЕТ (обнажая клинок):

Ага! Тут крыса? Спорим, – ей конец!

(Колет сквозь ковер.)

ПОЛОНИЙ (за ковром):

Убили! (Падает и умирает.)

КОРОЛЕВА:

Что ты сделал!

ГАМЛЕТ:

Сам не знаю.

Там что – король?

КОРОЛЕВА:

Такого натворить!

Кроваво, безрассудно, вмах!

ГАМЛЕТ:

Кроваво?

Не больше, чем, сгубивши короля,

Встать с братом короля у алтаря!

КОРОЛЕВА:

Сгубивши короля?

ГАМЛЕТ:

Да, леди, верно!

(Поднимает ковер и обнаруживает Полония.)

Прощай, бедняга, надоеда-клоун.

Я – ставку взял бы выше, ты – судьбу,

Но, видишь, вредно быть не в меру прытким.

Вы – сядьте. Тише. Не терзайте рук!

Мне предоставьте истерзать вам сердце,

Коль поддается ломке эта вещь

И не вконец обронзовела к чувству,

Надев броней привычку к срамоте.

КОРОЛЕВА:

Но что такое сделать я могла,

Чтоб так со мной ты…

ГАМЛЕТ:

Вы смогли такое,

Что и пристойность осквернит, и стыд,

Честь выставит ханжой, а вместо розы

Лоб чистой страсти уснастит клеймом,

Как шлюхе; обернет супругов клятвы