Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 64)

— Отец Мэррин в кабинете,—сообщила она Дэмьену.

Каррас осторожно постучал и вошел, неся коробку на вы­тянутых руках.

— Извините, святой отец,—сказал он.—Я немного...

Каррас неожиданно остановился. Мэррин, одетый в брю­ки и рубашку с короткими рукавами, стоял на коленях у кро­вати и молился, опустив голову на сложенные руки. Каррас секунду стоял неподвижно, как будто вдруг очутился в детст­ве и увидел себя, бегущего куда-то вперед с перекинутой че­рез руку рясой дьячка.

Он перевел взгляд на коробку из-под белья, на еще не просохшие капельки дождя. Потом медленно подошел к ди­вану и молча выложил на него содержимое коробки. Закон­чив эту процедуру, он снял плащ и аккуратно повесил его на стул, взял стихарь из белой материи и стал надевать поверх рясы. Он услышал, как Мэррин встал и сказал:

— Спасибо, Дэмьен.

Каррас повернулся к нему, поправляя одежду. Мэррин подошел к дивану и оглядел принесенные вещи.

Каррас взял в руки свитер.

— Я подумал, может быть, вы наденете под рясу вот это, святой отец? —сказал он, протягивая его Мэррину.—В ком­нате иногда становится очень холодно.

Мэррин дотронулся до свитера.

— Вы очень внимательны, Дэмьен.

Каррас взял с дивана рясу Мэррина и молча наблюдал, как тот надевает свитер. Только теперь он ощутил величие, силу этого человека, этой минуты, тишины дома, которая сейчас давила и душила его

Он опомнился, когда почувствовал, что Мэррин тянет у него из рук рясу.

— Вы знакомы с правилами ритуала, Дэмьен?

— Да,—коротко ответил Каррас.

Мэррин начал застегиваться.

— Особенно важно не вступать с бесом в разговоры...

Бес. «Он произнес слово как бы между прочим»,—поду­мал Каррас. Именно это и поразило его.

— Мы можем спрашивать только очень немногое,—ска­зал Мэррин, застегивая пуговицу на воротнике.—И помните, что все излишнее — чрезвычайно опасно.—Он взял стихарь и надел его поверх рясы.—Ни в коем случае не прислуши­вайтесь к тому, что он говорит. Бес — лжец. Он будет лгать, чтобы смутить нас, но при этом будет подмешивать к своей лжи долю правды. Это психологическая атака, Дэмьен. И очень серьезная. Не слушайте его. Помните об этом и не слушайте.

Каррас передал ему епитрахиль[14], и Мэррин спросил:

— Вы еще что-то хотите узнать, Дэмьен?

Каррас отрицательно покачал головой.

— Нет, но я думаю, что вам стоит познакомиться с раз­ными личностями, которыми одержима Регана. Пока что их три.

— Всего одна,—мягко ответил Мэррин, поправляя оде­жду. На секунду он крепко сжал епитрахиль, и на лице его появилось мучительное выражение страдания и боли. Потом он взял «Ритуал» и дал один экземпляр Каррасу.

— Литании святым мы пропускаем. У вас есть святая вода?

Каррас вынул из кармана маленький пузырек, заткнутый пробкой. Мэррин взял его и кивнул в сторону двери:

— Идите, пожалуйста, первым, Дэмьен.

Наверху в напряженном ожидании стояли Крис и Ша­рон. На них были надеты теплые кофты и свитеры. При зву­ке открываемой двери они повернулись и, глядя вниз, увиде­ли, что к лестнице идут Каррас и Мэррин.

«Высокие,—подумала Крис,—какие они высокие и вели­чественные!»

Наблюдая за тем, как Каррас подходит все ближе и бли­же, Крис возликовала. Ко мне на помощь пришел мой старший брат, иберегись теперь, прокля - тый! Она ощутила сильное сердцебиение.

Около двери в комнату иезуиты остановились. Увидев теплую одежду Крис, Каррас нахмурился.

— Вы тоже собираетесь пойти туда?

— Мне показалось, что так будет лучше.

— Не надо, прошу вас,—принялся убеждать ее Кар- рас.—Не надо. Вы совершите большую ошибку.

Крис вопросительно посмотрела на Мэррина.

— Отцу Каррасу виднее,—спокойно ответил тот.

— Хорошо,—в отчаянии произнесла она и прислонилась к стене.—Я буду ждать здесь.

— Какое второе имя у вашей дочери? — спросил Мэррин.

— Тереза.

— Прекрасное имя.—Мэррин ободряюще посмотрел ей прямо в глаза, потом перевел взгляд на дверь. Крис вновь по­чувствовала какое-то напряжение, будто темнота сгущалась и давила на нее. Изнутри. Оттуда, из спальни.

— Все в порядке,—тихо произнес Мэррин.

Каррас открыл дверь и сразу же отшатнулся от волны зловония и ледяного холода. В углу комнаты, сгорбившись на стуле, сидел Карл. На нем был старый зеленый охотничий костюм. Карл вопросительно посмотрел на Карраса. Иезуит перевел взгляд на беса, чей яростный взгляд сверлил фигуру Мэррина.

Каррас подошел к кровати и встал в ногах у беса, а Мэр­рин, высокий и стройный, подошел сбоку. Он остановился и склонился над кроватью.

Гнетущая тишина воцарилась в комнате. Регана облизну­лась распухшим, почерневшим языком. Раздался звук, похо­жий на шорох пергамента.

— Ну что, чирей проклятый,—проскрипел бес.—Нако­нец-то! Наконец-то ты явился собственной персоной!

Старый священник поднял руку и перекрестил кровать, а потом и всю комнату. Повернувшись, он открыл пузырек со святой водой.

— Ах, ну да! Вот и святая моча!— зарычал бес.—Семя святых!

Мэррин поднял пузырек, и лицо беса исказилось от зло­сти.

— Давай же.

Мэррин начал разбрызгивать воду. Бес вскинул голову и затрясся от ярости.

— Давай, продолжай! Валяй, Мэррин! Вымочи нас! Пото­пи нас в своем поту! Ведь твой пот священный, святой Мэр­рин! А теперь нагнись и испусти немного благовония!

— Молчи!

Слово вылетело, как стрела. Каррас резко повернул голо­ву и с удивлением посмотрел на Мэррина, который повелева- юще глядел на Регану. Бес замолчал. Он тоже смотрел на Мэррина, и в глазах его мелькнуло сомнение. Бес насторо­жился.

Мэррин закрыл пузырек, встал на колени у кровати, за­крыл глаза и начал читать «Отче наш».

Регана плюнула, желтоватый комок слюны попал в лицо Мэррина и начал медленно сползать по щеке.

— ...Да приидет царствие Твое.—Мэррин достал из кар­мана платок и не спеша вытер с лица плевок.—И не введи нас во искушение.

— Но избави нас от лукавого,—подхватил Каррас и ко­ротко взглянул на Регану.

Ее глаза закатились так, что были видны одни белки. Кар- рас встревожился, почувствовав усилившийся в комнате хо­лод. Он вернулся к тексту и стал следить за молитвой.

— Бог и Отче наш, я взываю к святому имени Твоему, молю о милосердии Твоем, сжалься и помоги мне одолеть врага Твоего, который измывается над созданием Твоим, по­моги мне, Боже,—продолжал молиться Мэррин.

— Аминь,—произнес Каррас.

— Боже, создатель и защитник рода человеческого, сжалься, смилуйся над рабой Твоей, Реганой-Терезой Мак­нейл, чьи душа и тело находятся в лапах врага нашего, иску­сителя, который...

Каррас услышал, что Регана зашипела, и взглянул на нее. Она выпрямилась, закатила глаза и быстро задвигала языком. При этом голова ее тоже двигалась, каку кобры.

Каррас снова ощутил беспокойство и снова заглянул в текст.

— Спаси рабу Твою,—молился Мэррин, читая «Ритуал».

— Которая верует в Тебя, Господи,—отзывался Каррас.