Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 63)

Сверху доносились дикий хохот и ругательства в адрес Мэррина.

— Вы очень плохо выглядите,—сказал Мэррин.—Вы устали?

— Нет. А почему вы об этом спрашиваете?

— У вас есть с собой плащ?

Каррас отрицательно покачал головой.

— Тогда возьмите мой,—сказал седовласый иезуит, рас­стегивая пдащ.—Я попросил бы вас принести мне рясу, два стихаря, орарь, немного святой воды и два экземпляра «Риту­ала».—Он протянул плащ изумленному Каррасу.—Мне ка­жется, надо начинать.

Каррас нахмурился:

— Что вы имеете в виду? Прямо сейчас?

— Да, именно так.

— Может быть, вы сначала хотите послушать ее исто­рию, святой отец?

— Зачем?

Мэррин непонимающе поднял брови.

Каррас понял, что ему нечего на это ответить, и отвел взгляд от чистых бесхитростных глаз.

— Хорошо,—ответил он.—Я сейчас все принесу.

Мэррин посмотрел на Крис.

— Вы не возражаете, если мы начнем сразу же? —тихо спросил он.

Она смотрела на него и чувствовала, как все ее существо наполняется облегчением, решимостью и уверенностью. Эти чувства обрушились внезапно, как гром среди ясного неба.

— Вы, наверное, устали, святой отец? Не хотите ли ча­шечку кофе? Его только что заварили.—Голос ее звучал на­стойчиво, и в то же время в нем прослушивались нотки мольбы.—Он горячий. Не хотите, святой отец?

Мэррин заметил ее усталые глаза и то, как она нервно сжимала и разжимала кулаки.

— Да, с удовольствием,—тепло сказал он.— Спасибо. Ес­ли только вас это не затруднит.

Крис провела его на кухню, и через минуту он уже дер­жал в руке чашку с черным кофе.

— Хотите, я налью в кофе немного бренди, святой отец? Мэррин склонил голову и ровным голосом произнес:

— Врачи не разрешают.—И добавил, протягивая ей чаш­ку: — Но, слава Богу, воля у меня слабая.

Крис увидела веселую искорку в его глазах и налила ему бренди.

— Какое у вас чудесное имя,—сказал он.—Крис Мак­нейл. Это не псевдоним?

Она налила себе немного бренди и покачала головой.

— Нет, мое настоящее имя не Эсмеральда Глютц.

— Ну и слава Богу,—пробормотал Мэррин.

Крис улыбнулась.

— А что такое Ланкэстер, святой отец? Такое необычное имя. Вас назвали в чью-нибудь честь?

— В честь грузового судна. Или в честь моста. Да, по­мнится, это был мост.—Он задумался, потом продол­жил;—Дэмьен! Как бы мне хотелось, чтобы меня звали Дэ­мьен! Это имя священника, который посвятил свою жизнь прокаженным острова Молокай. В конце концов он сам забо­лел. Прекрасное имя. Я считаю, что если бы меня звали Дэ­мьен, я даже согласился бы на фамилию Глютц.

Крис засмеялась, и ей стало легче. Некоторое время они разговаривали с Мэррином о домашних делах и разных ме­лочах. В дверях появилась Шарон. Мэррин встал, как будто только и ждал ее появления, отнес кружку в мойку, ополос­нул ее и аккуратно поставил в сушилку.

— Спасибо, кофе был очень вкусный, как раз то, что надо.

— Я провожу вас в вашу комнату.

Он поблагодарил и пошел за ней к кабинету.

— Если вам что-нибудь понадобится, святой отец, скажи­те мне.

Он положил ей руку на плечо и ободряюще сжал его. Крис почувствовала, как в нее вливаются сила и тепло. И по­кой. Она явно ощутила покой! И еще одно странное чув­ство... безопасности.

— Вы очень добры.—Ее глаза улыбались.—Благодарю вас.

Он опустил руку и посмотрел ей вслед. Но как только Крис скрылась, лицо его исказилось от боли. Мэррин вошел в кабинет и тщательно закрыл дверь. Из кармана брюк он до­стал коробочку с надписью «аспирин», открыл ее, вынул отту­да таблетку нитроглицерина и осторожно положил ее под язык...

Крис прошла на кухню. Прислонившись к двери, она смотрела на Шарон, которая стояла у плиты и, положив руки на кофейник, ждала, когда подогреется кофе.

— Послушай, дружок, почему ты не хочешь отдо­хнуть? — озабоченно спросила Крис.

Молчание. Казалось, Шарон была погружена в размышле­ния. Потом она повернулась и уставилась на Крис.

— Извини. Ты что-то сказала?

Крис заметила какое-то напряжение в ее лице.

— Что произошло наверху, Шарон?

— Где произошло?

— В комнате. Когда туда вошел отец Мэррин.

— Ах, да...—Шарон нахмурилась.—Да. Это было за­бавно.

— Забавно?

— Странно. Они только...—Она запнулась.—Ну, в об­щем, они молча посмотрели друг на друга, а потом Регана, то есть это существо, сказало...

— Что сказало?

— Оно сказало: «На этот раз ты проиграешь».

— А потом?

— Это все,—ответила Шарон.—Отец Мэррин повернул­ся и вышел из комнаты.

— А как он при этом выглядел? — спросила Крис.

— Забавно.

— О Боже, Шарон, оставь в покое это слово! — вспылила Крис и хотела добавить еще что-то, но вдруг заметила, как Шарон склонила голову набок, будто к чему-то прислушива­лась.

Бес внезапно прекратил бушевать, и еще... что-то тревож­ное и тягостное разливалось в воздухе вокруг них.

Женщины уставились друг на друга.

— Ты тоже это чувствуешь? — спросила Шарон.

Крис кивнула. Дом. Что-то было в самом доме. Напряже­ние. Воздух постепенно сгущался, в нем явно угадывалась пульсация, вибрация какой-то посторонней энергии.

Звонок у входной двери вывел их из оцепенения.

— Я открою.

Шарон пошла в холл и открыла дверь. Вернулся Каррас и принес с собой картонную коробку из-под белья.

— Спасибо, Шарон.