Уильям Блэтти – Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен (страница 62)

Он посмотрел на горькую черноту в чашке и ощутил хо­лод утраты.

— Проклятый святоша!!!

Бес все еще был в бешенстве.

«Надо было сразу же делать уколы».

Каррас вернулся в спальню Реганы и удерживал ее, пока Шарон делала укол либриума. Доза на этот раз составляла пятьсот ^миллиграммов.

Шарон прижала тампон к месту укола, и тут Каррас изу­мленно взглянул на Регану. Ругательства на этот раз относи­лись не к ним, а к кому-то другому, кто был невидим и нахо­дился далеко отсюда.

— Я сейчас вернусь,—сказал он Шарон и спустился на кухню, где в одиночестве за столом сидела Крис, подливая себе в кофе бренди.

— Вы не передумали, святой отец? — спросила она.

Он отрицательно покачал головой и устало опустился на стул.

— Вы разговаривали с ее отцом?

— Да, он звонил.—Молчание.—Он хотел поговорить с Рэге.

— И что же вы ему сказали?

— Я сказала, что она ушла в гости.

Снова тишина. Каррас взглянул на Крис и увидел, что она смотрит на потолок. Он заметил, что крики наверху наконец смолкли.

— Мне кажется, либриум подействовал,—с удовлетворе­нием произнес Каррас.

В дверь позвонили. Он посмотрел на Крис, и она уловила догадку в его глазах.

Киндерман?

Потянулись долгие секунды. Они ждали. Уилли отдыха­ла, Шарон и Карл были еще наверху. Крис резко поднялась и пошла в комнату. Она приподняла занавеску и посмотрела в окно на незваного гостя. Слава Богу! Это не Киндер­ман. Вместо детектива она увидела высокого пожилого муж­чину в поношенном плаще. Склонив голову, он терпеливо ждал под дождем, держа в руках старомодный, потертый че­моданчик.

Звонок прозвенел еще раз.

Кто он?

Удивленная Крис, пошла к выходу, приоткрыла дверь и высунулась в темноту.

— Я вас слушаю.

Поля шляпы скрывали глаза незнакомца.

— Миссис Макнейл? — раздался его голос. Он был чи­стым, мягким и вместе с тем достаточно уверенным.

Старик снял шляпу, и Крис увидела глаза, которые оше­ломили ее. Умные и добрые, они словно сияли и были на­полнены пониманием и состраданием. Они излучали тепло, и источник этой целительной энергии был одновременно в них самих и вовне, и поток этот не имел границ.

— Я —отец Мэррин.

Секунду она непонимающе смотрела на него, на его ху­дое лицо аскета, на рельефные, тщательно выбритые скулы, а потом поспешно распахнула дверь:

— О Боже! Пожалуйста, входите! О, входите! Видите ли, я... В самом деле! Я не знаю, где мои...

Он вошел в дом, и она закрыла дверь.

— То есть я хочу сказать, что я ждала вас только завтра утром!

— Да, я знаю,—услышала она в ответ. Крис обернулась и увидела, что отец Мэррин стоит, склонив голову набок, и смотрит вверх, как будто слышит что-то, нет, чувствует чье-то невидимое присутствие... Какие-то отдаленные вибра­ции, которые ему давно знакомы. Она с удивлением наблю­дала за пришельцем.

— Можно я помогу вам, святой отец? Мне кажется, ваш багаж слишком тяжел.

— Спасибо,—мягко ответил он.—Этот чемодан —как часть меня самого: такой же старый... и потрепанный.—Отец Мэррин опустил глаза, и в них мелькнуло что-то совсем доб­рое и ласковое.—Я привык к грузу... Отец Каррас здесь?

— Да, он на кухне. Кстати, вы сегодня обедали, святой отец?

Послышался скрип открываемой двери.

— Да, я поел в поезде.

— Вы не хотите еще перекусить?

Через секунду дверь закрыли.

— Нет, спасибо.

— Этот противный дождь,—сокрушалась Крис.—Если бы я только знала, что вы приедете, я бы вас встретила на вокзале.

— Это не важно.

— Вы долго искали такси?

— Всего несколько минут.

— Все равно я перед вами виновата, святой отец!

С лестницы быстро спустился Карл, взял из рук священ­ника чемодан и понес его через зал.

— Вам приготовлена постель в кабинете, святой отец,— засуетилась Крис.—Там очень удобно, я подумала, что вы лю­бите, когда вас не беспокоят. Я провожу.—Она шагнула впе­ред и остановилась.—Или, может быть, вы хотите повидать отца Карраса?

— Прежде всего я хотел бы повидать вашу дочь,—сказал Мэррин.

Она удивилась.

— Прямо сейчас, святой отец?

— Да, прямо сейчас.

— Она спит.

— Не думаю.

— Ну, если...

И тут Крис вздрогнула, услышав, как сверху раздался приглушенный яростный крик беса. Он был похож на вопль заживо похороненного человека.

— Мэр-р-р-ри-и-и-и-и-н-н-н!!!

За этим последовал глухой удар, потрясший стены спальни.

— О, Боже всемогущий! —Крис прижала руки к груди и онемела от ужаса. Священник не шевелился. Он смотрел наверх, напряженно и сосредоточенно, и в глазах его не было и намека на удивление. Даже больше, отметила про себя Крис, он, похоже, узнавал этот голос.

Еще один удар потряс стены.

— Мэр-р-р-и-и-и-н-н-н-н-н-н!!!

Иезуит медленно двинулся вперед, не обращая внимания ни на Крис, ни на Карраса, внезапно появившегося в дверях кухни. Жуткие удары о стены не прекращались. Отец Мэр- рин хладнокровно подошел к лестнице, и рука его, тонкая и изящная, будто вылепленная из гипса, легко заскользила вверх по перилам.

Каррас подошел к Крис и вместе с ней наблюдал, как Мэррин вошел в спальню Реганы и закрыл за собой дверь. Несколько секунд было тихо. Внезапно раздался резкий хо­хот дьявола, и Мэррин вышел из комнаты. Он закрыл за со­бой дверь и пошел в зал. Дверь в спальню снова открылась, оттуда выглянула удивленная Шарон.

Иезуит быстро спустился по лестнице и протянул руку Каррасу, ждавшему его внизу.

— Отец Каррас...

— Здравствуйте, святой отец.

Мэррин стиснул руку Карраса и серьезно посмотрел ему в глаза.