Уиллоу Роуз – Вспомни, что ты сделала (страница 25)

Потом я отправилась на работу. Через полтора часа, когда, прочитав только что полученный отчет из лаборатории, я налила себе вторую чашку кофе, приехал Мэтт. Мы были в кабинете одни, он наклонился ко мне и нежно поцеловал.

– М-м-м, я прямо ожила, – промурчала я.

Мэтт улыбнулся, провел пальцами по моей щеке и серьезно спросил:

– Ты вообще как?

– Не очень, если честно, – вздохнула я. – Нужен еще один поцелуй.

Он хмыкнул и снова меня поцеловал. В этот момент вошла шеф Энни. Мэтт закашлялся и быстро сел за свой стол, весь красный. Энни хохотнула:

– А то про вас никто не знает, тоже мне секрет!

Она бросила Мэтту на стол папку, а Мэтт за ее спиной быстренько мне подмигнул.

– Здесь результаты взрывотехнической экспертизы. Бомба была самая простая, самодельная, состояла из трех устройств, которые преступник привел в действие с помощью таймера, но сработало только основное устройство. Два других, соединенных проводами, нашли в кузове фургона. Взрыв был мощный и мог нанести серьезные травмы гораздо большему числу людей. Дело хотят забрать себе фэбээровцы из подразделения по борьбе с терроризмом. Я им сказала, что это связано с другим делом – об убийстве – и что у нас уже работает один из их агентов. Так что, Ева Рэй, вам надо поскорее доказать, что все это проворачивает один и тот же человек. Поймайте этого больного ублюдка, пока в город не понаехали федералы. А то будут путаться под ногами и мешать расследованию.

Я согласно кивнула, а Мэтт открыл папку.

– Спасибо, Энни, – сказала я. – Если они тут влезут со своим терроризмом, то нас и близко к делу не подпустят, и подонок будет гулять на свободе.

– Полностью тебе доверяю, Ева Рэй. Надеюсь, что не пожалею об этом. – С этими словами Энни вышла.

Я тоже на это надеюсь.

Мэтт пролистал отчеты, затем откинулся на спинку стула.

– Так, резюмируем, что мы имеем. Похищены три девушки, четвертую изнасиловали, лишили глаз и приковали к качелям. Затем при взрыве самодельной бомбы пострадал наш коллега, а одна из пропавших девушек найдена избитой до смерти. И что? В чем смысл его действий? Непонятно. Похищает, насилует, взрывает, избивает… Абсолютно никакой логики. О чем это говорит? Почему его поведение настолько непредсказуемо?

Я поставила кофе на стол. Мэтт обращался ко мне, потому что я много лет проработала профайлером в ФБР, составила сотни психологических портретов предполагаемых серийных убийц, написала несколько книг по судебной психологии. Но тут, если честно, я была в таком же замешательстве, что и он.

– Я сама не знаю, – призналась я. – Только подумаю, что раскусила его, как он делает что-то абсолютно не вписывающееся в составленный мной психологический портрет. До недавних пор я была уверена, что это белый мужчина, холостяк, лет тридцати с лишним, ну, может, сорока, с военной подготовкой. Но такие обычно не забивают девушек до смерти в состоянии аффекта. Перед твоим приходом я звонила Джамиле из судмедэкспертизы, она говорит, что, скорее всего, он не использовал никаких предметов и бил Аву только руками и ногами. Они работали с телом девушки все утро – знали, что нам срочно нужны результаты. Но дело в том, что тот, кто способен на такое, и тот, кто устанавливает бомбу и подрывает полицейского, – это разные типы чудовищ. Наш преступник мстит полиции? И да и нет. Он оставляет Молли именно у меня во дворе и подрывает именно Купера, но при этом ни одна из похищенных девушек не имеет отношения к полиции. Он сексуальный маньяк? И да и нет. Аву, в отличие от Молли, он не насиловал. Он жестокий садист, которого заводят страдания юных невинных девушек? Да, потому что он взял скальпель и удалил Молли глаза.

– Скальпель?

Мэтт аж побледнел, в его глазах мелькнул ужас.

– Да, забыла тебе сказать, сегодня пришла вторая часть экспертизы по Молли. Они пишут, что он воспользовался именно скальпелем. Разрезы сделаны очень профессионально. Так что, возможно, нам надо искать кого-то с хирургическим прошлым или даже действующего хирурга, что опять уводит нас в новом направлении…

– Кошмар, короче, – резюмировал Мэтт.

– Тут даже слова подобрать сложно. Единственное утешение, что он дал Молли сильное обезболивающее и снотворное. У нее в крови обнаружена большая доза кетамина. Надеюсь, она ничего не чувствовала и, может, даже не поняла, что ее изнасиловали, – прошептала я со вздохом, подумав о Молли и Мелиссе.

Во мне вновь вскипела ярость. Когда я доберусь до этого подонка, ему мало не покажется.

– В общем, сложно представить его психологический портрет.

– Так бывает? – cпросил Мэтт. – Что это вообще значит?

– Он не подходит под один портрет, – сказала я. – Он подходит под все.

Глава 51

– Ну что, Джордан, ситуация складывается не в вашу пользу.

Мэтт испепелял взглядом сидевшую перед нами женщину. Она, казалось, усохла и стала еще меньше с нашей последней встречи. Ночь в камере никого не красит. Ее жалкий вид говорил о том, что она не будет упираться и выложит нужную нам информацию.

Мэтт открыл папку с делом Авы Моралес и достал фотографии, сделанные в моей спальне. Меня снова затошнило.

– Смотрите-смотрите, – сказал он. – Мы обнаружили ее тело прошлой ночью.

Джордан мельком взглянула на снимки и сначала никак не отреагировала, но потом до нее дошло, кто на них, и она побледнела.

– Это Ава Моралес, – добавила я, – фотографии которой мы нашли у вас дома, хотя вы и утверждали, что знать ее не знаете. Как вы это объясните?

– Это не я! Я этого не делала! – запротестовала она с вытаращенными глазами. – Клянусь!

– А кто тогда? – подавшись к ней, спросила я.

Она помотала головой:

– Понятия не имею. Откуда мне знать?

– Как вы на нее вышли? – перехватил инициативу Мэтт. – Так же писали в соцсетях, как и другим?

У Джордан дергались губы и раздувались ноздри.

– Я никому больше не писала! Только ей.

– Хорошо, допустим. С какой целью вы ей писали?

Нервничая, Джордан принялась скрести руки ногтями. Правая рука уже была красной и поцарапанной – видимо, она чесалась всю ночь. По состоянию женщины было видно, что она близка к тому, чтобы расколоться. Я собиралась вытянуть из нее все, что она скрывала, и неважно, как долго нам придется здесь сидеть.

– Увидела симпатичную девушку. Подумала, что у нее есть шансы подзаработать в качестве модели. Пригласила ее на фотосессию, но честно предупредила, что это платно. Я ведь не мошенница какая-нибудь. Дала ей номер телефона, и однажды она позвонила и записалась на съемку. Я ее поснимала, она заплатила, и все. Больше я ее не видела.

– Сколько она заплатила?

– Двести баксов. Я много не беру. Вот почему у меня много клиенток. За эти деньги они получают отличные фото. Другие за такое просят чуть ли не тысячу.

– А моделями-то они становятся? – спросила я. – Ну, после ваших фотосессий.

Она пожала плечами:

– Не знаю. Это уже не мое дело. С меня – только хорошие снимки, которые они потом могут разослать по агентствам.

Я пролистала папку с делом Молли и достала распечатку переписки с «Амино».

– Ну а вот Молли Карсон вы, например, сказали, что у вас есть связи в модельных агентствах и что вы ее сведете с нужными людьми в Орландо. Вы собирались вместе туда ехать и ночевать в отеле.

– Можно глянуть?

Я пододвинула распечатку к Джордан. Она пробежала ее глазами и качнула головой.

– Говорю вам, я никогда ей не писала. Писала только Аве, да и то в другой соцсети. А вот эту – как она называется – я даже не знаю.

– «Амино», – подсказала я. – Платформа, где находят друзей по интересам. Это может быть искусство, рукоделие, спорт, аниме, веганская еда – что угодно.

– Понятно, не знала о такой. Повторю: это писала не я.

Опять двадцать пять. Я вздохнула: ее упрямство мне поднадоело. В этот момент в комнату для допросов постучали и в дверь просунулась голова Питера – парня из отдела компьютерной криминалистики.

– Можно кого-то из вас на пару слов?

Глава 52

Они прождали сутки, но похититель так и не появился. Газета с фальшивыми деньгами осталась лежать на столике для пикника: за ней никто не пришел.

– Чертовы репортеры! – сказал Питерсон, когда они все собрались у Гари дома. Он отодвинул штору и посмотрел на припаркованные за забором микроавтобусы телеканалов.

Информацию о похищении держали в секрете, но репортеры каким-то образом пронюхали о передаче денег в парке и теперь не давали Гари проходу.

– Они его спугнули.

– Какой у нас теперь план? – спросил Гари.

– Ждать, – ответил Питерсон. – Будем надеяться, что он снова позвонит и назначит новое место.

– Если только не решит от страха избавиться от ребенка, – пробормотал Гари.