Уиллоу Роуз – Вспомни, что ты сделала (страница 24)
Почему этот тип так сказал?
Нервничая, я принюхалась к ужасному запаху, вылезла из постели и отошла на несколько шагов. Минуту спустя набралась храбрости и на подкашивающихся ногах вернулась к кровати.
Дрожащими руками я приподняла матрас, и после увиденного меня вырвало на новенький ковер.
Глава 48
– Гари, как ты там? Все нормально? – послышался в наушнике голос Питерсона.
Коллеги держались поодаль, за деревьями, готовые выскочить, как только покажется похититель.
Местом передачи выкупа был назначен парк в центре города – небольшой, уютный, со столиками для пикника. Похититель позвонил два дня назад и сказал, куда принести деньги. Если его звонок попытаются отследить, предупредил он, или если в парке появится полиция, то он убьет Оливера. Гари нужно просто вложить деньги в газету и оставить на третьем столике для пикника. Как только родители выполнят требования, сразу получат своего младенца целым и невредимым.
Все. И никаких проблем.
– Мы его возьмем, не волнуйся, – сказал Питерсон, повторив это, наверное, уже в сотый раз за те семь дней, что прошли с исчезновения Оливера.
С каждым разом Гари верил ему все меньше. Эту неделю он почти не спал и еле держался. Айрис была на грани сумасшествия, ожидание звонка от похитителя совершенно ее измучило. Гари было больно видеть ее такой, но в то же время между ними разверзлась пропасть. Вроде как ему нужно поддерживать и утешать жену, но ему совершенно этого не хотелось. Не хотелось прикасаться к ней, смотреть на нее.
– Так, ты на месте. Клади деньги на стол и уходи. Остальное – за нами.
Гари остановился у третьего столика и посмотрел на газету у себя в руках. Он знал, что парк окружен фэбээровцами и похитителю не уйти, но не был уверен в том, что они правильно все спланировали. Этому типу ведь нужно будет съездить за Оливером, а если ФБР его задержит, то найдут ли они потом малыша? Питерсон в этом не сомневался и без устали повторял, что не родился еще тот преступник, которого бы он не смог расколоть.
Агент Уилсон и еще несколько коллег охраняли Айрис и дом. Все тылы были прикрыты. Почему же ему казалось, что они ошибаются и вот-вот все пойдет наперекосяк? Гари отбросил неприятную мысль и сконцентрировался на своей задаче. Оглядевшись, он сел за третий столик и дрожащими руками осторожно положил газету перед собой.
– Все, теперь иди, – произнес голос Питерсона в ухо. – Просто вставай и уходи, не оглядываясь, будто газета и не нужна тебе больше.
Гари сделал, как ему сказали: поднялся и пошел. Мимо пробежала женщина с собакой, ритмично дыша в такт движению. Невдалеке на скамейке сидел мужчина с книжкой. Какой-то парень пил воду из бутылки за одним из столиков в зоне пикников, уставившись в свой мобильный. Он мельком глянул на Гари, их глаза встретились.
Молодой человек улыбнулся, снова бросил взгляд в телефон, допил воду, встал и пошел прочь, надев рюкзак на одно плечо. Гари посмотрел в другую сторону. На лужайке резвились две собаки. По дорожке шла женщина за руку с малышом, второй рукой толкая коляску со спящим младенцем. На секунду Гари почудилось, что это Оливер, но когда он поравнялся с женщиной, то понял, что ошибся.
– Гари! Гари! На выход. Просто уходи из парка тихо, спокойно, как будто ничего не случилось. Мы наблюдаем за столиком. Давай, делай, как договаривались.
– Все, ухожу, – отозвался Гари, с трудом оторвав взгляд от коляски.
Опустив глаза в землю и стараясь сосредоточиться на своих шагах, а не высматривать подозрительных лиц, он двинулся по направлению к выходу, и тут к нему кто-то подбежал. Дама на высоких каблуках, в короткой красной юбке и нарядном жакете словно выросла из-под земли и сунула в лицо Гари микрофон. За ней стоял оператор с камерой.
– Мистер Пирс, вы передали выкуп? Когда вам вернут сына?
Оторопевший Гари молча смотрел на репортершу. Через несколько секунд вокруг них началась суета: замелькали новые юбки, каблуки, микрофоны. Прежде чем он успел запротестовать, его окружила толпа журналистов, и со всех сторон посыпались вопросы.
Глава 49
Среагировав первой, ко мне в спальню вбежала Оливия.
– Мамочка, что случилось? Ты кричала…
– Тут… В общем, не подходи близко, хорошо?
Дочь взглянула на ковер с рвотной массой, потом на кровать и ахнула.
– Позвони скорее Мэтту. С моего телефона. Скажи, чтоб срочно приехал к нам. И не пускай сюда младших, ладно? Нельзя им такое видеть.
Оливия несколько секунд смотрела на меня полными ужаса глазами, потом кивнула:
– Да, поняла.
Я рванула в ванную, где меня снова стошнило, умылась и сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы успокоиться. Прошло немного времени, и я услышала на ступеньках торопливые шаги Мэтта. Боже, как хорошо, что он живет рядом. Он был моей опорой, моей «жилеткой» с самого детства, я всегда к нему убегала, когда дома становилось совсем тяжко, у его мамы всегда находилось для меня местечко. Вернувшись в Коко-Бич спустя двадцать лет разлуки, я поняла, что между нами ничего не изменилось. Мэтт был и всегда будет рядом со мной. Не знаю, почему мне потребовалось столько времени, чтобы разглядеть в нем главного мужчину своей жизни.
– Оливия звонила. Что тут у вас? – Мэтт влетел в комнату.
Я кивнула в сторону кровати. До этого я стащила верхний, ортопедический, матрас на пол, и теперь было видно, что пружинный блок вспорот, а в вырезанной нише лежит тело девушки. Мэтт закрыл рот рукой и ошалело посмотрел на меня:
– Это ведь…
– Похоже, что Ава Моралес, – сказала я. – Но ее так избили, что бедняжку теперь не узнать.
– Она мертва?
– Боюсь, что да. Наступило трупное окоченение, и видно, что кровь собралась в нижней части тела. Она умерла какое-то время назад. Есть еще кое-что.
– Ну?
– Он позвонил мне. Позвонил и дал наводку. Иначе бы я всю ночь проспала с телом под матрасом.
От этой мысли меня снова чуть не вырвало. Да и запах никуда не делся, и мне приходилось бороться с приступами тошноты. За дверью в коридоре Оливия удерживала Алекса, который рвался «поговорить с мамочкой» и не хотел ждать ни минуты.
– Не сейчас! – прикрикнула она, и Алекс принялся плакать.
– Иди успокой их, – сказал Мэтт. – Я сейчас сообщу нашим, и мы постараемся отследить звонок. Тебе надо было сразу меня набрать.
Я вздохнула:
– Я собиралась, но потом… нашла Аву.
Я снова посмотрела на обнаженную девушку и не смогла сдержать слез. Лицо и тело у нее были сплошь в синяках.
– Ма-ма-а-а-а!
Я сглотнула комок в горле и вышла в коридор в тот момент, когда Мэтт вызывал полицию. Дверь я плотно закрыла, чтобы дети ничего не увидели. Я хотела защитить своих крошек, которым и так досталось. Как только я подхватила сына на руки и прижала к себе, он громко разревелся:
– Мне страшно, ма-а-а-а-ма-а-а-а! Мне так страшно! Почему ты кричала? – спрашивал он, шмыгая носом и вытирая слезы, которые тут же вновь катились по щекам.
– Я тоже немножко боюсь, дружочек, – сказала я и увидела Кристину, стоявшую у дверей своей комнаты.
Ее я тоже притянула к себе и крепко обняла, проклиная этого ублюдка. Кем он себя возомнил? Почему он решил, что может так пугать моих детей? Я чуть не разрыдалась от бессилия. Потом меня охватил гнев. Я его накажу. Никто не смеет трогать мою семью. Никто!
Мы спустились вниз, где в халате поверх ночнушки сидела встревоженная мама.
– Ева Рэй, что происходит? Кто-то кричал. И Мэтт здесь? Я видела его машину.
Глаза у меня наполнились слезами, и мама поняла, что дела плохи. Алекс заерзал у меня на руках, и я спустила его на пол. Он побежал в гостиную и схватил своего любимого плюшевого мишку, которого Сидни положила на кресло. Кристина села на диван и погрузилась в телефон.
– У меня в комнате… – начала я объяснять шепотом, чтобы не услышали дети, хотя, кто знает, может, Оливия им что-то и рассказала. – Ох, как сказать-то… в общем, у меня под матрасом было спрятано тело девушки.
– О господи! – вскрикнула мама, прижав руки к груди. – Как? Почему? Как такое возможно? К нам кто-то залез? Каким образом? Что этому человеку нужно?
– Я знаю не больше твоего, мама, – расплакавшись, призналась я.
Я правда ничего не понимала. Почему я? Почему он выбрал мишенью именно меня?
– К нам едет оперативная группа из офиса шерифа. Что делать с детьми? Они напуганы, им надо отдохнуть.
Мама понимающе кивнула:
– Здесь им нельзя оставаться. Давай я с ними переночую в отеле где-нибудь в центре. Сейчас оденусь и соберу сумку.
Оливия упаковала рюкзаки себе и брату с сестрой. Помимо одежды там оказались и «самые необходимые» вещи, без которых они отказывались уезжать: Алексу, например, был нужен медвежонок и как минимум одна пожарная машина, а Кристине – любимая подушка. Потом все уселись в мамину машину и поехали, а я смотрела вслед, пока они не скрылись из виду. Хорошо, что я их отправила из дома. Теперь здесь небезопасно.
Глава 50
Ночь выдалась тяжелой. Приехала оперативная группа, припарковала под окнами свою передвижную лабораторию, пустила на территорию собак и обсыпала все поверхности дактилоскопическим порошком. Пока они прочесывали дом и двор, складывая улики в маленькие пакетики, Мэтт сидел со мной в гостиной и записывал мои показания.
Я рассказала, как накануне провела день, потом перешла непосредственно к странному ночному звонку, после которого мне пришло в голову заглянуть под матрас. Когда мы закончили, Мэтт подбросил меня в отель. Совсем скоро мне уже надо были везти детей в школу. Мама предлагала оставить их в номере, но я чувствовала, что в школе им будет лучше – пусть, несмотря ни на что, живут в привычном режиме. Я буквально кожей ощутила, с каким облегчением они вышли из машины на школьной парковке. Как бы ни было тяжело, я не могла позволить этому ублюдку портить нам жизнь, он и так уже зашел слишком далеко. К тому же я давала ему понять, что у него не получилось выбить меня из колеи.