Внимательно внимая.
Здесь на восточной стороне
Встал теремов узорный ряд,
Блестя, как хрупкая резьба
Из яшмы или кости.
На западной, – зубцами крыш
Беседки, башенки горят,
Где могут на ночлег всегда
Расположиться гости.
На южной – залы ты найдешь
Для праведников и святых.
Огни курильниц зажжены,
Светло от их мерцаний.
На северной – в тени дерев
Немало пагод золотых
Для строгих, безмятежных дум
И чистых созерцаний.
А за листвой, среди цветов
Две стройных башни поднялись.
Где можно душу укреплять
Наедине с собою.
Двойные кровли их парят,
Как будто устремляясь ввысь,
Блистая в утренних лучах
Глазурью голубою.
А там, где горы над водой,
Светелки тихие видны,
Где избавляются сердца
От злого духа-мары.
Покоем дышат окна их,
Всегда прозрачны и ясны,
Любой, кто хочет, в них входи –
И молодой и старый.
И, право, сами небеса
Благословили этот край,
Где можно жить, уединясь,
Забыв и грех и горе.
И незачем приют искать
На островах Пэнлай, Инчжоу:
Таких благословенных мест
Нет и в Восточном море!
Учитель и его ученики провели в саду целый день, любуясь его красотами, и вечером отправились в храм, где уже зажгли фонари, а затем в пригород, на предпраздничное гулянье. Оттуда они смотрели на город, который утопал в море огней.
Блещет весь огромный город,
Как в агатовых цветах,
И пышней великолепья
Не увидишь и в мечтах,
Словно яркою глазурью
Ниши светятся внутри,
И качаются повсюду
Расписные фонари.
А кругом светло, как в полдень,
И дворцы блестят вдали,
Озаренные огнями,
Как слюда иль хрустали,
Словно кто-то разноцветной,
Драгоценною парчой
Их изящно разукрасил
И поставил в длинный строй.
От мостов ложатся тени
И скользят по глади вод,
Будто движутся, качаясь,
И земля и небосвод.
Словно в пламени деревья –
То с раскидистых ветвей
Алый свет кругом струится 
